Осколки Вечности: Перерождение.

Глава 7. Память Искателя Ничто.

Глава 7

Память Искателя Ничто.

Синь Линчэнь спал.
Во сне он вновь оказался там — в самом сердце вселенной, на далёкой планете, покрытой бесконечным ковром цветов.
Тысячи лепестков тянулись к небу, сияя мягким светом. Пространство было наполнено тишиной… и вдруг — раздался смех. Девичий. Звонкий, как колокольчики. Чистый, как родник.
Он стоял посреди всего этого великолепия, закованный в тяжёлую чёрную броню, покрытую кровью.
Кровь капала с доспехов, впитываясь в нежные лепестки, окрашивая их алым.
И в этот миг — весь мир словно задрожал. Свет цветов сменился кровавым сиянием. Смех оборвался.
Он обернулся туда, откуда слышался голос.
И увидел Её.
Силуэт девушки стоял вдалеке. Но её лицо…
Его не было.
Будто кто-то вырезал её из реальности. Лицо поглощала темнота, как чёрная дыра. Ощущение — будто кто-то насильственно вырвал её из памяти мира, лишив самого существования.
Он шагнул вперёд. Протянул руку. Хотел дотронуться, вспомнить, удержать…
В этот момент небеса во сне внезапно дрогнули.
И вспыхнуло воспоминание — неясное, как отблеск звезды в мёртвой воде. Он видел себя… не человеком, а чем-то иным. Существом, у которого отняли всё.
Злом, которого не создали — которое само родилось в бездне от боли.
Одинокий волк, изгнанный из стаи творцов. Машина уничтожения, что сражалась с самими богами.
Сражение длилось миллиарды лет — Создатель против Создания.
Ни один бог не мог его победить. Ни сила, ни время, ни жертвы — ничто не остановило его.
И тогда… они использовали последнее оружие — не клинок, а эмоцию.
Ту самую, что сейчас звенела в том голосе. В том девичьем смехе.
Любовь.
И он сломался.
Но память была искажена. Лицо было стёрто. Остался только голос. И пустота.
Но проснулся.
Резко сел, тяжело дыша. В глазах — растерянность, в сердце — невыносимая пустота.
Ммм…а — выдохнул он, как ребёнок, потерянный среди теней.
Рядом зашевелилась Лун Юэхуа. Она открыла глаза и сразу почувствовала: что-то тревожит сына.
Без слов она обняла его. Тепло, мягко, как мать, защищающая малыша от кошмара.
Не бойся… мама рядом, — прошептала она, прижимая его к себе. — Ты в безопасности.
Она покормила его грудью, чтобы успокоить.
Он не сопротивлялся — просто лежал, чувствуя тепло и ритм её сердца.
Но его разум всё ещё был там — среди цветов, крови и звона, что внезапно оборвался.
Она… та, из-за которой я стал злом. Я знаю это. Но я… не помню её. Ни имени, ни лица. Только голос. Только пустоту…
Он закрыл глаза. Глубоко вдохнул.
Забудь всё уже позади. Это моя новая жизнь. Я не хочу больше помнить свою старую версию. Пусть она останется там… в пустоте.
Но где-то в глубинах вселенной, в тех тенях, что не подвластны разуму, силуэт продолжал ждать… без имени… без лица… без права быть забытой.