Осколки верности 2: Битва за королевство

Глава 2. Прибытие в Архендор

Элизабет

Элизабет шагнула в ворота Архендора и перед ней раскинулся столичный город. Серый, величественный и чужой. Высокие каменные стены, под которыми копошилась людская масса, узкие улочки, уставленные домами с облупившейся штукатуркой, продавцы, зазывающие редких покупателей, и горький запах дыма и сточных канав. Здесь кипела жизнь, но не та, к которой она привыкла.

Толпы людей двигались медленно, сгорбленные под весом повседневных забот. Здесь не было праздности, не было гуляний. Город встречал её не праздничной суетой, а тяжёлым, угрюмым дыханием предчувствия того, что скоро жизнь станет ещё хуже. Она не могла не заметить, как многие косились на неё, одетую в грязный, потрёпанный плащ, скрывавший её лицо. Здесь бродяг встречали с подозрением.

Когда она добралась до дворца, её сердце билось глухо, предвкушая встречу с королевой. Дворец возвышался над городом. Белые каменные стены, высокие башни, флаг с гербом Мортении, развевающийся на ветру. Но красота королевского грифона, не внушала ей спокойствия. Они никогда не покидала надел своего отца, только для визита вежливости в замок их восточного соседа, ещё более мелкого дворянина или на ежегодную ярмарку в деревню западнее по тракту. Архендор давил на неё своими стенами, толпами народа и грязью.

Добравшись до верхнего города и дворца Элизабет пересекла внутренний двор, и, подойдя к массивным воротам, уверенно заговорила с дворцовыми стражниками:

— Я должна увидеть королеву.

Стражники посмотрели на неё, затем друг на друга и расхохотались. Один из них, высокий мужчина с густой бородой, лениво опёрся на алебарду и скривил губы в усмешке:

— Ты? Видеть королеву? Да ты хоть себя видела? Ты блаженная?

Элизабет стиснула зубы. Она выглядела как обычная бродяжка. Исхудавшая, с грязным лицом, в изорванной одежде. Её никогда длинные и ухоженные волосы спутались и частично закрывали лицо. А ещё несколько месяцев назад в этом дворце её встретили бы совсем иначе, ещё несколько месяцев назад на её красоту засматривалась свита короля Генриха.

— Я Элизабет Фон Раук, — твёрдо сказала она. — Дочь Малкольма Фон Раука. Я требую аудиенции.

Её слова вызвали новый приступ смеха.

— Дочь Фон Раука? — усмехнулся другой стражник, коренастый мужчина с шрамом на щеке. — Если бы ты на самом деле была дочкой предателя, тебя бы уже вели на плаху, уйди отсюда, пока мы не выкинули тебя с территории дворца.

— Прочь с дороги, — процедила Элизабет, чувствуя, как гнев волной накатывает на неё.

— Или что? — бородач ухмыльнулся, выставляя алебарду. — Ты плюнешь в нас?

Её рука рефлекторно сжалась на рукояти кинжала под плащом, но она заставила себя выдохнуть. Сейчас не время для насилия. Она должна попасть внутрь.

— Если вы не хотите отвечать за свою дерзость перед королевой, я советую вам передать ей моё имя.

Они всё ещё смеялись, когда один из стражников рукоятью алебарды попытался ударить ей в живот. Это произошло так неожиданно, что только инстинктивное применение магии позволило Элизабет избежать удара и последующего судорожного хватания ртом воздуха валяясь на грязных и холодных камнях мостовой.

— Ловкая, бродяжка, — его голос был полон угрозы. — Проваливай отсюда пока я тебя не покалечил.

Элизабет медленно попятилась, не выпуская стражника из поля зрения. Город встретил её враждебно. И дворец ничем не лучше. Но она была здесь не для того, чтобы её приняли с распростёртыми объятиями. Она была здесь, чтобы выжить. Она встретится с королевой, чего бы это не стоило.

***

Сумерки быстро опускались на Архендор, окутывая город темнотой и влажным холодом. У неё не было денег. Не было крыши над головой. И никто во дворце не собирался ей помогать. Утомлённая путешествием она не знала что делать, она не знала никого в этом городе.

Элизабет брела по узким улочкам, натягивая капюшон поглубже, чтобы скрыть лицо. Она искала хоть какой-то укромный угол, где могла бы провести ночь, не привлекая внимания. Её ноги устали, желудок сжимался от голода, а одежда прилипала к телу от влаги, впитывая туман, стелившийся по мостовой.

Она знала, что в городе таких, как она, не ждут. Здесь каждый выживал, как мог. Она видела тени людей, свернувшихся в арках домов, людей, у которых не было ничего, кроме рваной одежды и пустого взгляда. В глазах этих нищих читалось отчаяние. Но, в отличие от них, у неё был выбор. Она могла вернуться домой, к чудовищу которое поглотило её отца. От этой мысли ей стало тошно, очередная голодная судорога скрутила желудок.

Наконец она нашла небольшой проход между двумя зданиями, узкое пространство, где стены нависали так близко, что почти касались друг друга. Здесь не было ни костров, ни людей, только мусор, запах плесени и кое-где куски старого холста, которыми можно было укрыться. Элизабет присела, обняв себя руками, и уткнулась лбом в колени. Она надеялась что здесь её никто не тронет и она сможет забыться беспокойным сном на несколько часов.

Элизабет резко раскрыла глаза, ей удалось поспать всего несколько десятков минут. Кто-то приближался. Шаги были тяжёлыми, неторопливыми, но уверенными. Она медленно подняла голову и увидела, как из тени выступили три фигуры. Мужчины, одетые в потёртые, грязные плащи, судя по движениям пьяные. Представители низов городской жизни.

— Гляньте-ка, — усмехнулся один из них, высокий и худощавый, с впалыми щеками. — А ведь у нас тут девочка, да ещё и совсем одна.

— И, похоже без друзей, — добавил второй, коренастый, с грязными светлыми волосами. Он ухмыльнулся, обнажая несколько гнилых зубов.

— А может, у неё есть что-то ценное? — третий, приблизился ближе. Его взгляд был холодным, расчётливым.

Элизабет почувствовала, как в груди нарастает ярость. Они думали, что она жертва. Они не знали, кто она.

— Даже если при ней ничего ценного нет, такую молодую можно будет дорого продать. Или оставим себе? Кажется, сегодня нам повезло!