Осколки Верности 4: Врата Миров

Глава 1. Первый снег

📘 Это четвертая книга цикла "Хроники Мортении". Первая книга "Осколки Верности" жаждет вашего внимания. Ссылка на первую книгу ниже.
https://litnet.com/shrt/xwJi

Первые хлопья снега падали на выжженные поля, словно небо само устало смотреть на черноту земли и решило укрыть её покровом забвения. Белые крупицы медленно ложились на вымершие луга, на обугленные балки сожжённых ферм, на скелеты деревьев, что вытянули к небу свои обугленные руки, будто просили о милости. Зима вступала в свои права.

Малкольм стоял у распахнутого окна тронного зала и не ощущал холода. Он долго смотрел, как первые снежинки падают на стекло и тают, оставляя прозрачные капли, похожие на слёзы. Для него этот снег был не просто предвестником зимы, он был избавлением. Он был подобен острому ножу, который наконец рассечёт узел, сжимающийся на его горле долгие месяцы.

За спиной послышались шаги. Лука уже свыкся со своей ролью короля и теперь вёл себя гораздо увереннее.

— Когда вижу тебя у открытого окна, всё время беспокоюсь за твоё здоровье, дедушка, — произнёс он, подходя ближе. — Но потом вспоминаю, что простудится ты не можешь.

Малкольм усмехнулся уголком рта.

— Это смешно, внук. Хорошая шутка.

Какое-то время они стояли молча.

— Военная кампания ставит нас в трудное положение. Мы не справляемся, — опять начал приводить аргументы Лука. — Поля не вспаханы из-за войны. Самые плодородные земли провинции Ортенбург всё ещё в руках врага. Фермы в окрестностях Архендора брошены, по ним бродят упыри и крестьяне не хотят браться за работу. Торговые пути больше не безопасны, Даави покинули нас, их фабрики опустели. Экспорт артефактов единственное, что поддерживает жизнь нашей экономики, но Палатия наступает нам на пятки, конкуренция всё сильнее. Казна пуста, а зерно дорожает каждый день.

Он говорил горячо и убеждённо, глядя на своего внука Малкольм невольно почувствовал гордость.

— Когда наступят холода и ты уйдёшь на запад, нас ждёт голод. Мы не можем позволить себе кормить армию. Людей от голода погибнет больше, чем на поле битвы. Этот поход самоубийство.

Малкольм медленно кивнул. В его глазах не было ни злости, ни раздражения, только осознание правдивости слов Луки.

— Я и так тянул, как мог, — ответил он спокойно. — Мне с трудом удалось убедить патриархов начинать кампанию зимой. Когда холод будет терзать Детей Солнца, дни станут темнее, а ночи длиннее, что позволит нам защитить упырей от солнца. Больше тянуть нельзя.

Он подошёл к столу, на котором лежали свитки карт, приказы, отчёты. Пальцы, иссечённые старыми шрамами, скользнули по пергаменту.

— Я убедил их ждать, — продолжал он. — Но ещё месяц промедления, и они вырвутся из-под контроля. Вампиры становятся беспокойными. Вечный шепчет в моих снах, и я чувствую его недовольство. Его нетерпение.

— Значит, всё решено? — в голосе Луки прорезалась горечь.

Малкольм посмотрел на него, и во взгляде его мелькнула тень сожаления.

— Разве можно противостоять воле существа, которое убило бога? — сказал он тихо. — Я дал ему клятву в обмен на свою жизнь. Теперь пришла пора её выполнить. Мы в любом случае должны избавиться от Детей Солнца. Они вероломно напали на нашу страну и почти взяли столицу. Они угроза.

Лука шагнул к нему ближе, словно его слово могло повлиять на решение Малкольма.

— Он убил только аватар бога. Может быть, он не настолько силён, как мы думаем? Ты не можешь оставить нас сейчас. Королевство держится только на тебе.

— Ты ошибаешься, — ответил Малкольм. — Теперь ты их король. Ты человек, мой законный наследник, тебе они верят больше. Я чувствую, что не справлялся с этой ролью так хорошо, как должен был. Я давно думал о том, чтобы передать корону тебе. И теперь время пришло.

— Но я не ты.

— И слава богу, — устало усмехнулся Малкольм.

Он опустился в кресло у окна. Снаружи ветер принёс горсть снега белые хлопья плавно осели на его плечи и таяли, оставляя мокрые следы на тёмной ткани.

— Ты должен будешь не только сохранить порядок в королевстве. Но и обеспечить армию провиантом, оружием и поддержкой.

Лука тяжело выдохнул. Его дыхание паром поднялось в воздухе в зале было по-зимнему холодно, даже несмотря на горящий камин.

— Это невозможно… — начал он, но Малкольм поднял руку.

— Ты сможешь. Бьянка останется с тобой. Она поможет тебе удержать под контролем наименее лояльные слои населения. Аларик поможет тебе в делах, связанных с магией.

Он встал, и тень от его фигуры нависла над Лукой.

— Я не знаю, как именно ты справишься, — сказал он, — но знаю, что справишься.

Он положил руку на плечо внука. Молодой король ощутил ледяную тяжесть руки вампира, но не отстранился.

— Когда я вернусь, — продолжил Малкольм, — Архендор должен стоять. Ради нашей семьи, твоих братьев и сестёр. Когда эта кампания закончится, мы наконец-то станем свободны.

— Но почему Вечный так подгоняет нас? Он же… Вечный? В его распоряжении были века, если не тысячелетия? Почему именно сейчас? — спросил Лука с отчаянием.

— Я не знаю, почему он стал таким активным именно сейчас, но видимо есть вещи, которые могут заставить спешить даже Вечного.

— Прежде чем ты уйдёшь, я хочу тебе кое-что показать. Возможно, это изменит твоё решение по поводу похода.

***

Лука, одетый в простую и неприметную одежду, вёл Малкольма по улицам Архендора, лишь изредка поглядывая на деда, будто пытаясь понять, насколько тот готов видеть истинное положение дел. Город, некогда сиявший светом мастерских, школ, таверн и рынков, встречал их тёмными проломами стен, заколоченными окнами, пустыми площадями, где ветер гонял пыль и прочий мелкий мусор. Некогда шумные перекрёстки верхнего города теперь пересекали только одинокие пешеходы, пряча лица и убыстряя шаг при виде незнакомцев.

— Посмотри сам, — наконец произнёс Лука и указал вперёд.

Перед ними открывалась площадь, на которой некогда стоял цветочный рынок. Теперь здесь раскинулся пункт записи в армию. Две длинные очереди, огибая полуразрушенный фонтан, тянулись к шатру, где стояли писари. Люди жались друг к другу худые, замёрзшие, истощённые. Они смотрели на шатёр, словно на последний шанс выжить.