Осколки Верности 4: Врата Миров

Глава 2. Ночная охота

Снег лежал неровным ковром, укрывая старую дорогу, неподалёку от Архендора, по которой когда-то ездили купцы. Марк ехал впереди, вслушиваясь в скрип седла, в тишину ветра и цокот подкованных копыт своего коня. За его спиной держались два вампира: Рейнхард зу Алхи и Ульрих зу Аксани. Луна висела высоко, и от её холодного света чёрная рыцарская броня Марка казалась посеребрённой инеем.

Они двигались медленно, не торопясь. Ветер доносил запахи: старую кровь, дым, гниль. Земля вокруг была мертва, осада, которую устроили Дети Солнца разрушила окрестности Архендора, магия выжгла плодородную почву на метры в глубину. А шныряющие вокруг упыри не давали крестьянам вернуться на свои поля.

— Почему они разбегаются? — спросил Марк, нарушая тишину. — Разве упыри не находятся под контролем того, кто его создал?

Ульрих, ехавший слева, чуть повернул голову, и в бледном свете луны блеснули его клыки.

— Сразу видно, что ты никогда не управлял большим количеством упырей. Чем их больше, тем труднее. Зато теперь у нас есть отменное развлечение. Разве нет дела более благородного чем охота?

— А ещё, — добавил Рейнхард, более сдержанно, чем его брат, — их мозг гниёт. Это неизбежно. Чем сильнее повреждается мозг, тем сложнее их контролировать.

Марк замолчал. Упыри угрожали подданным его двоюродного брата и ему это не нравилось.

— Это портит репутацию Морсиба, — сказал он наконец. — Люди боятся того, что кланы не могут контролировать собственных созданий. Малкольм недоволен.

Ульрих хмыкнул, усмехнулся хищной, ленивой улыбкой.

— Смертные всегда недовольны. Им кажется, что если вампиры живут рядом, мы обязаны быть пастухами для каждой выродившейся твари. Но, — он сделал паузу, втянул носом воздух, — зато теперь у нас есть дело.

Он приподнялся в седле, повернув голову в сторону холмов.

— Я чувствую их там, — сказал он, глядя в темноту. — Штук десять. Держаться вместе. Судя по всему, загнали какую-то дичь.

Марк сжал поводья.

— Ты уверен?

— Абсолютно, — ответил Ульрих, и в его голосе мелькнула искра веселья. — Я чувствую обрывки их разума.

Рейнхард ответил не сразу.

— Благородство кончается там, где начинается нужда, — сказал он тихо. — Контролировать такое количество упырей невозможно. Даже патриарх не справится. Они тянутся к жизни, как голодные псы к мясу. А живых за городской стеной слишком много. Их запах сводит упырей с ума. Поэтому давай покончим с этим побыстрее брат. Покажем нашему гостю как это делается.

Марк посмотрел на него с интересом. Два брата, такие одинаковые, но в то же время не похожие друг на друга. Он начал понимать, почему кланы так разные.

— Как так получилось, что вы два брата, похожие друг на друга как две капли воды, являетесь вампирами разных домов?

— Красивых делают зу Аксани, а умных забирают зу Алхи. — Сказал Ульрих с усмешкой.

— Мой слишком остроумный брат пытается сказать, что вампир, обративший нас, был из дома зу Алхи. Он почувствовал магический дар, похитил нас из родного поместья. Зу Алхи дом магов, единственный дом, у которого нет патриарха. К нам может присоединиться любой вампир, обладающий магическим даром. Поскольку у Ульриха не было магического дара, а вампир, обративший нас, изначально был из клана зу Аксани, они приняли Ульриха к себе, а меня забрали зу Алхи.

— Никогда не слышал так много про дом зу Алхи. — Задумчиво протянул Марк.

— Да, мы самый необычный из высоких домов Морсиба. В нас есть понемногу от каждого. А структура больше всего похожа на ваш университет. Мы рады всем, у кого есть магический дар. Включая тебя.

— Меня? — Удивлённо переспросил Марк.

Слова повисли в воздухе. Снег падал медленно, крупными хлопьями, и казалось, будто сама ночь слушает их спор. Ульрих поднял руку в воздух, призывая к молчанию.

— Они совсем близко, прямо за тем холмом. — Сказал он.

Марк молчал, глядя в сторону тёмных холмов. Внутри него шевелилось странное чувство не страх и не отвращение, а что-то вроде зависти. Эти двое знали, кто они. Каждый из них знал своё место в этом мире. А он нет. Чужой для людей, потерянный для вампиров Морсиба. Его дом был среди его «Чёрных Роз», но достаточно ли этого? В глубине души Марк знал, что нет.

Они двинулись вперёд, добыча была совсем рядом. Они не стали спешиваться. Слишком многое зависело от скорости, и никто не хотел искать отбившихся упырей ещё пол ночи. Лошади шли шагом, потом перешли на рысь. Снег хрустел под копытами, ветви редких кустов царапали сапоги. Воздух становился плотнее, тяжелее в нём уже ощущался запах звериной крови.

Когда они перевалили через холм, им открылась отвратительная картина. Внизу, в ложбине, копошилось не меньше десятка упырей. Согбенные, уродливые, они напоминали людей только отдалённо, от них исходил запах гниения, их тела покрывали рваные остатки одежды, глаза напоминали бельма. Они рвали зубами мёртвую корову, оставленную крестьянами при бегстве. Труп животного уже был почти наполовину обглодан, хребет блестел обглоданными костями, пар поднимался от ещё тёплого мяса.

При появлении троицы чудовища подняли головы. На мгновение воцарилась мёртвая тишина. Потом из их глоток вырвалось низкое рычание гортанный звук звучал так, будто сама смерть училась говорить. Они чувствовали силу, что перед ними вампиры. Но не их хозяева.

— Они не признают нас, — тихо сказал Ульрих, сжав поводья. — Для них мы чужие. Они подчиняются только крови дома зу Арк. Так что, Марк, можешь не бояться, — усмехнулся он. — На тебя они не нападут.

— Боятся? — Усмехнулся Марк.

Вряд ли слово «бояться» хоть как-то подходило к тому, что он чувствовал сейчас. Эти твари были отбросами войны, следствием того, что осталось после великой осады. И если их не уничтожить, они будут множиться.

Рейнхард не стал терять время. Его глаза вспыхнули тусклым огнём, губы беззвучно зашевелились, и в воздухе появился запах серы. Из его ладони сорвался огненный шар, величиной с человеческую голову, и устремился к центру стаи. Вспышка ослепляла, на мгновение ночь стала днём.