Осколки Верности 4: Врата Миров

Глава 8. Теперь они не смогут служить мне

Марк тренировался на небольшой насыпанной между палатками площадке, засыпанной песком специально для него. Даже ради тренировки он считал недопустимым пачкать доспехи грязью. Два клинка свистели у него в руках разрезая невидимого врага. Он стремительно прорабатывал удары, рубя по воображаемым целям, отрабатывая перемещение веса, и комбинации ударов. Каждый выпад, каждый поворот корпуса были отточенной привычкой, выстроенной годами битв и побед.

Его сосредоточенность прервало лёгкое покашливание. Джон остановился рядом с Марком, деликатно пытаясь обратить на себя внимание.

— Господин… — сказал он ровным голосом. — У меня плохие новости. Я сразу поспешил к вам. Вы первый кто узнает об этом. Несколько солдат из армии вашего деда были осушены.

Марк резко остановился так резко, что клинки застонали в его руках, как будто чувствуя приступ гнева своего хозяина.

— Кто это сделал? — спросил он коротко.

— Я не знаю, мой господин. Но очевидно, что это был кто-то из войска Морсиба.

Марк зашел в уютный шатёр Ульриха и Рейнхарда без приглашения, Джон следовал за ним. Оба хозяина шатра подняли головы, когда Марк откинул полог и вступил внутрь. Шатёр изнутри был больше, чем казался снаружи, тут точно не обошлось без магии дома Зу Алхи. Жилище отражало характеры братьев, похожих как две капли воды, но разных по своей природе. Одна половина была забита охотничьими трофеями Ульриха, а вторая мягкой мебелью и книгами, в этом отчётливо угадывался почерк Рейнхарда.

— Кто это сделал? — спросил Марк прямо, без церемоний.

Братья переглянулись. Ульрих пожал плечами.

— О чём ты говоришь? Мы не в курсе.

Марк посмотрел ему в глаза и позволил заглянуть в свои мысли. Ульрих, как любой вампир из дома Аксани, воспользовался приглашением. Улыбка на его лице потухла, лицо побледнело, он непроизвольно сделал шаг назад, стараясь держаться от Марка подальше.

Рейнхард видя реакцию брата быстро добавил.

— Мы стараемся не лезть в дела дома Зу Арк, наши силы не равны. Но возможно ты найдёшь то, что ищешь в северной части их лагеря.

— Спасибо.

Марк откинул полог шатра и вышел наружу. Джон следовал за ним след в след. Выходя, Джон уловил, как Ульрих облегченно выдыхает после чего тихо всхлипывает. Что такого открыв свой разум мог показать его господин пережившему не один десяток лет вампиру?

Марк и Джон двинулись в северную часть лагеря войска Морсиба, занятую кланом Зу Арк. В отличие от вампиров Зу Аксани и Зу Алхи эти, казалось, потеряли больше человеческого чем все остальные кланы. Многие даже не разбивали палатки предпочитая спать в снегу. Повсюду сновали рабы, истощенные и измученные, хозяева не озаботились ни нормальной одеждой, ни достойным пропитанием для своих слуг. Упыри, прикованные цепями рядом с жилищами хозяев голодными взглядами, следили за движениями рабов. Джон сморщился от этого жалкого зрелища. От армии Малкольма веяло порядком и дисциплиной. От разбросанных палаток прочих вампиров он чувствовал гедонизм и расслабленное соскальзывание в упадок, но здесь среди Зу Арков он видел только грязь и звериную глупость.

Джон следовал за Марком, а тот медленно шел по лагерю, втягивая носом новые запахи. Всюду чувствовался запах крови, но гнилая кровь раба отличалась от запаха крови солдата. Вскоре он нашел нужную палатку, от неё тянуло свежей недавно оборванной жизнью, полог был разорван, словно кто-то пытался вырваться изнутри. Джон шагнул внутрь след за Марком, его взору предстала отвратительная картина. На полу лежало тело с искаженным мукой лицом, молодой человек двадцати лет был облачен в испещрённую кровавыми пятнами серую форму линейной пехоты Мортении. Обе руки пехотинца были вывернуты под неестественным углом, сломаны ещё при жизни, он пытался сопротивляться. Два вампира сидели, неподалёку лениво переговариваясь между собой.

— Вы убили этого пехотинца? — Спросил Марк, окидывая вампиров взглядом.

— Убили? Мы просто утолили голод. Кто же знал, что человечек не переживёт этого? — Ответил с вызовом один из них.

Другой вампир добавил, лениво покручивая в руках нож.

— Ты пришел сюда только ради этого человека? Я бы ради такого даже с места не поднялся. Наши рабы заканчиваются, вот и берём иногда ваших.

Слова эти были как яд, и Марк почувствовал, как в нём нарастает холодная ярость.

— Вы нанесли ущерб войску моего деда. А значит вам придётся заплатить кровавую цену.

Первый вампир не успел дать свой ответ лезвие промелькнуло, и его голова покатилась по грязи, оставив за собой кровавый след. Джон пронзил мозг в лежащей на полу голове своим клинком. Второй вампир успел достать свой меч и атаковать Марка. Тот играючи отбил его лезвие и ткнул мечом в живот заставляя вампира закричать от боли. От взмахов клинков полог шатра обрушился на них сверху. Марк резко взмахнув двумя клинками разрезал его на части.

— Давай дерись, покажи мне на что ты способен. — Крикнул он вампиру, позволяя тому восстановить равновесие.

Вампир рванулся вперёд, с силой, что могла бы снести человека с ног. Марк шагнул вбок, клинки столкнулись с коротким звоном один принял удар, второй в то же мгновение вспорол воздух и отсёк нападавшему руку. Вампир зарычал от ярости и сразу же кинулся в новую атаку.

— Наконец-то в тебе появилось что-то похожее на запал. — Бросил Марк.

Марк легко уклонился от удара и отсёк нападавшему левую ногу. Тело Зу Арка повалилось в грязь. Вокруг них уже собиралась толпа. Марк ударом сапога выбил меч из рук противника, вонзил клинок в его живот и поднял вопящее от боли тело в воздух, так, чтобы видели все вокруг. Джон следил за жестокостью своего господина, готовясь прикрыть ему спину, если толпа вступится за убийц солдата.

— Этот вампир посягнул на чужую собственность, — произнёс он громко и властно. — Люди Мортении собственность моего деда, Малкольма Фон Раука. Он их король. Их повелитель и только ему решать умрут они или будут жить. Их жизни имеют смысл. Смерть лишает их возможности быть нашими слугами! Они смертны для того, чтобы учиться, чтобы стать достаточно умелыми и ценными для обращения и служить нам в вечности! Любой, кто посягнет на собственность рода Фон Раук разделит его судьбу.