Осколки Верности

Глава 9. Воспоминания о друге

Малкольм начал часто предаваться воспоминаниям. Не получив приглашение на похороны короля, что тоже было завуалированным оскорблением, он начал перебирать те моменты прошлого, когда он мог назвать Генриха своим другом. Их объединяло многое до тех пор, пока королевский титул не заставил его держать дистанцию с бывшими друзьями. Выбор в жизни отделил их друг от друга, как часто бывает с теми, кто дружил в юности. Сделал их почти незнакомыми людьми. Проваливаясь в воспоминания о прошлом, Малкольм думал, что всё могло бы быть по-другому

Болота окружали их со всех сторон, наполняя воздух влажностью и запахом гниющей растительности. Густой туман стелился по земле, скрывая очертания деревьев и зыбкой почвы, создавая иллюзию, что мир замер в тревожном ожидании. Лошади осторожно ступали по узкой тропе, и лишь плеск воды под копытами нарушал зловещую тишину. Малкольм ехал во главе небольшого отряда, рядом с ним Генрих, облачённый в походный доспех без королевских регалий, его высокий статус показывала только золотое шитьё на плаще. Тит замыкал строй, время от времени оглядываясь назад, чтобы убедиться, что их никто не преследует.

— Проклятые болота, — пробормотал один из всадников, хрипло кашлянув. — Чувствую себя добычей за которой следит хищник.

— Тише, — отозвался Малкольм, не оборачиваясь. Его глаза напряжённо всматривались в туман впереди. — Солдат, мы должны соблюдать тишину, в тумане звуки разносятся далеко.

Генрих, натянув поводья, подъехал ближе, его голос звучал глухо, но твёрдо.

— Нам нужно как можно скорее разведать обстановку у замка. Если мы возьмём Раук быстро, мятежникам будет сложнее перегруппироваться. Война затягивается, и чем больше мы медлим, тем сильнее она ослабляет королевство. Слишком многие ещё колеблются, и, если мы покажем силу, они присягнут мне.

Малкольм кивнул, соглашаясь, но не оборачиваясь.

— Если Сарж укрепил замок так, как говорят, нас ждёт непростая задача. Наша главная цель найти слабое место. Ворота, запасы, гарнизон. Чем меньше времени уйдёт на осаду, тем лучше. Мой отец говорит, что ваши подданные должны понять, что мы не пришли разрушать, а вернуть законного короля.

— Хочешь войти в замок, как хозяин, а не как завоеватель, — ухмыльнулся Тит, ехавший позади. — Благородно. Но с Саржем такие штучки не пройдут. Он скорее сожжёт замок, чем сдаст его.

Генрих мрачно кивнул.

— Потому мы и здесь. Чтобы найти способ проникнуть внутрь быстро и без лишней крови.

Внезапно болота ожили. Раздался боевой клич, пронзивший туман:

— САРЖ!!!

Щелчки арбалетов разорвали воздух, как хлопки кнута, и в следующую секунду половина всадников рухнула на землю, не успев даже вскрикнуть. Малкольм инстинктивно дёрнул поводья, разворачивая коня, но слишком поздно. Следующая стрела ударила в бедро его скакуна, заставив того закружиться на месте и заржать в агонии.

— Засада! — рявкнул он, вытаскивая меч.

Генрих вскрикнул, схватившись за плечо, его доспех был пробит, кровь залила плащ. Тит, едва не упав с седла, успел скрыться за ближайшей возвышенностью, крича:

— Прорываемся к лесу! Быстро!

Малкольм подхватил Генриха, перекидывая его через лошадь, и стиснув зубы, развернул коня прочь из ловушки. Болото под копытами бурлило, сзади продолжали свистеть стрелы, а вскоре из тумана начали проступать тёмные силуэты, бойцы Саржа в потрёпанных, но явно дорогих кольчугах, и с длинными арбалетами в руках.

— Какого чёрта у него арбалеты?! — рявкнул Малкольм, разя мечом ближайшего противника, который с криком упал в грязь.

На пути Малкольма встали ещё два противника, его люди падали один за другим, поражённые стрелами, невидимых за пеленой тумана, арбалетчиков. Раненая лошадь Малкольма теряла силы при каждом шаге, тело Генриха на крупе лошади казалось последней каплей, которая вот-вот добьёт раненого скакуна. Малкольм соскочил с коня, когда в его грудь с глухим шлепком по самое оперение вошли ещё два арбалетных болта. Малкольм увидел, как круп лошади Тита скрывается за холмом и понял, что он остался совсем один против неизвестного числа нападающих, но сначала нужно справиться с теми, что были прямо перед ним. Отчаянным рвущим мышцы рывком, Малкольм добрался до одного из противников, до того, как тот успел перезарядить арбалет и вспорол ему живот, человек неверящим взглядом смотрел как его внутренности выпадают наружу сквозь прореху в кольчуге, которая не смогла защитить своего хозяина. Малкольм не теряя времени отпрыгнул в сторону и ещё один арбалетный болт просвистел мимо него. Второй противник не стал повторять ошибку первого и отбросил арбалет, не пытаясь перезарядить оружие, взявшись за короткий меч. Но у него не было и шанса, клинок Малкольма был длиннее, а руки сильнее, парировав и с лёгкостью отбросив клинок противника в сторону, он ударил его в лицо закованным в железо кулаком, и добил врага, меч снёс ему половину черепа.

Вернувшись к лошади, Малкольм с трудом вытащил из-под неё бессознательное тело короля, взвалил его на плечи и побрёл в сторону леса. За спиной ещё раздавались звуки схватки, но он знал, что скоро сопротивление его людей будет подавлено, слишком невыгодными были условия для боя, сейчас главной задачей было спасти короля. Иначе всей компании конец. Внезапно звуки боя за спиной стихли и Малкольм понял, что времени добраться до леса у него всё меньше. В тумане раздался крик.

— Разделится, найти и добить выживших, за Барона Саржа!

Вскоре они вырвались из зоны обстрела, Малкольм плёлся вперёд, сгибаясь под непомерным грузом тела в доспехах, ломая тростник и ветки, подальше от смертоносной западни. Его ноги подгибались, проваливались во влажную, вязкую почву болота замедляя каждый его шаг. Вынуть ногу из засасывавшей её грязи с каждым разом было всё труднее и труднее. Малкольм, взглянул на короля. Генрих был без сознания, его дыхание было тяжёлым, но ровным. Сдаться ему не позволяла только мысль о том, что сделает с ним отец, если он вернется без такого знатного нанимателя. Время от времени за спиной раздавались крики нагонявших его людей мятежного барона, несколько раз он слышал крики раненых и звуки недолгого боя. Ему не верилось, что его люди до сих пор держатся, но он был им искренне благодарен, ведь если бы не их жертва он не прошел бы так далеко, тело короля сгибало его спину всё ниже и ниже к земле.