Осколки Верности

Глава 16. Надежда на лучшее

Прошло несколько месяцев с того момента, как Малкольм стал чем-то большим, чем просто человеком. Его земли, некогда ослабленные и терзаемые набегами, воспаряли духом. Те, кто раньше с сомнением смотрел в сторону замка Раук, теперь рассказывали о силе и решительности его господина, который навёл порядок железной рукой.

Деньги Катарины, обильные, словно дождь в засушливом поле, изменили всё. Малкольм не только восстановил пошатнувшееся благосостояние своих земель, но и начал активно расширять влияние. Прежде мирные дороги, теперь были усеяны вооружёнными патрулями. Караваны, проходящие через его земли, платили налоги, которые удвоились, и не осмеливались спорить. Ведь приказы лорда были подкреплены оружием его многочисленных воинов.

Золото текло в казну, словно полноводная река. На эти средства он начал набирать армию, состоящую из лояльных подданных и наёмников, тех, кто готов продать свои мечи за золото и клясться в верности новому правителю. Для тех, кто жил на его землях, новое правление означало стабильность и безопасность, пусть и ценой высоких налогов. Однако большинство принимало это как плату за мирную жизнь. Привлечённые слухами о большом жаловании и обилии работы, в его земли потянулось множество воинов, которые не могли найти себе применение в мирное время.

Форпосты на тракте, пустовавшие долгое время, теперь снова наполнялись людьми. Малкольм приказал укрепить стены, улучшить вооружение, нанять лучших инженеров для сооружения укреплений. Ремесленники трудились день и ночь, затачивая мечи и создавая доспехи для новобранцев, горны кузниц гудели беспрерывно. Под руководством опытных капитанов новички тренировались день и ночь, даже обычный сын крестьянина становился сносным бойцом.

Одним из новых приобретений Малкольма стал Маттео Орсини, глава отряда наёмников «Руки Ромула». И его 150 бойцов легкой кавалерии. Что сильно повысило боевые возможности армии Малкольма. То, что ещё полгода назад было хлипким гарнизоном, теперь становилось одной из самых могучих армий королевства. Единственное о чём жалел Малкольм в это время, так о том, что его сын не мог разделить с ним радость от увиденного.

Но он знал, что одного золота и наёмников мало для того, чтобы отомстить. Он развернул сеть шпионов и лазутчиков, которые проникли в земли соседних лордов, особенно в город Форенцию, обитель Мормера Де Кита. Приходили тревожные вести, Де Киты узнали о приготовлениях Малкольма и тоже начали собирать силы. Форенция была одним из самых крупных городов королевства. Крупнейшим портом, что делало невозможной осаду, без привлечения крупных соединений флота. Такими ресурсами Малкольм не располагал. Кроме того, согласно донесениям, население, гарнизон, торговые гильдии и городской совет безусловно поддерживали своего сюзерена. Полагая его правление справедливым и ведущим город к процветанию. В Форенции говорили, что Мормер может продать даже песок бедуину, и не было лучшего комплемента для властителя торгового города. Всё это работало не на руку Малкольму, время играло против него.

В его покоях постоянно велись тайные совещания. На стенах висели карты, усыпанные пометками и расчётами, разрабатывались сценарии боевых действий. Тит, в лояльности которого теперь не приходилось сомневаться, собирал данные об оборонительных возможностях врага, а Вальтер занимался подготовкой особых магических улучшений для войск, используя созданные им артефакты.

Сам Малкольм изменился. Он больше не просто лорд Раук. Он стал охотником, стратегом, кем-то, кто больше не терпел поражений. Его движения стали точными, осанка безупречно прямой, а голос холодным и уверенным. Воины смотрели на него не только с уважением, но и со страхом. Он больше не нуждался в одобрении короля или знати, теперь он сам вершил судьбы.

В каждом человеке, пересекающем его земли, он видел будущих подданных или врагов, которых нужно сломить. Слухи уже ползли по королевству, что лорд Раук готовится к войне, и никто не знал, насколько далеко он готов зайти.

***

Малкольм, облачённый в чёрный камзол, сидел в массивном кресле напротив Вальтера, наблюдая за тем, как маг бережно переворачивает страницы одной из своих древних книг. Его взгляд был холодным и оценивающим, но в нём читалось нескрываемое удовлетворение.

— Милорд, — Вальтер поднял голову, чуть склонив её в приветствии. — Вы редко посещаете меня без серьёзной причины. Что-то случилось?

Малкольм склонил голову, позволяя свету упасть на его лицо, озаряя холодный блеск глаз.

— Хочу поговорить о Элизабет, — спокойно произнёс он, наблюдая за реакцией Вальтера.

Маг приподнял бровь, отложил книгу и опёрся на стол.

— Я знаю, что ты начал обучать её магии без моего согласия. Если быть более точным, несмотря на мой прямой запрет. — Голос Малкольма был холодным и оценивающим.

— Ах, это... — Вальтер никогда не был трусом, его можно было назвать алчным, жадным до славы, гордецом, но сейчас он почувствовал себя стоящим перед хищником, который ждёт пока он покажет свою слабость. — Вы хотели узнать о её успехах? Поверьте, их немало, я рад что взялся за её обучение.

Малкольм медленно кивнул. То как Вальтер ушел от прямого ответа позабавило его.

— Расскажи.

Вальтер потер подбородок, задумчиво глядя на одну из книг, затем медленно кивнул.

— Она стала грозным противником, милорд. Честно говоря, её успехи даже больше, чем я ожидал. У неё природный дар к обработке внутренних источников маны, она использует их более эффективно чем большинство магов. Она использует внутренние ресурсы чтобы усилить своё тело и быстрее восстанавливаться. Она быстрее, сильнее, выносливее, чем кто-либо в её возрасте. — Он усмехнулся и добавил. — Обычный воин теперь не представляет для неё угрозы. Я наблюдал за её тренировками, обычный человек не может различить движений её клинка.

Малкольм задумчиво разжал кулак, пробегая пальцами по гладкой поверхности стола.

— Она осознаёт это? — его голос был низким, задумчивым.