Осколки Верности

Глава 21. Осада замка Раук

Элизабет очнулась внезапно, словно кто-то коснулся её плеча. Сердце билось неровно, дыхание сбилось, а беспокойство, терзавшее её уже несколько дней, достигло пика. Снова эти мысли об отце, ушедшем в бой, от которого до сих пор нет никаких вестей. Она провела ладонью по лицу, пытаясь избавиться от остатков сна, но тревожное предчувствие не отпускало.

Она медленно села на край кровати, прищурившись в полумраке комнаты. Что-то разбудило её, она прислушалась к себе, сегодня она уже не уснёт. Что бы ни разбудило её, сердце колотилось так, что о сне не могло быть и речи.

Элизабет быстро надела свой обычный тёмного цвета камзол, зашнуровала высокие сапоги, завязала волосы в хвост и сняла со стойки свою рапиру. Оружие легло в руку привычно, её пальцы сжали эфес рапиры, и в этот момент снаружи раздался грохот. Сначала одинокий, будто что-то тяжёлое упало с высоты, затем крик, полный ужаса, который мгновенно оборвался.

Она замерла, ловя звуки. Ещё один, и ещё. Затем всполохи пламени за окнами. Сердце сжалось, и она, не раздумывая, бросилась к двери.

Коридоры замка были уже наполнены хаосом. Слуги метались, поднимая крик, солдаты сбегались к стенам. Бойцы отца, ещё сонные в этот ранний час, не сразу поняли, что происходит. Шаги Элизабет отзывались гулким эхом, когда она направилась к лестнице, ведущей к крепостной стене.

Когда она выбежала на стены, перед ней развернулось настоящее побоище. Высокий, массивный человек в тёмных доспехах, на голову выше любого из солдат её отца, размахивал огромным двуручным мечом, прорубая себе путь через защитников. Каждым взмахом он сбивал с ног по двое, трое сразу. Его силуэт казался зловещим на фоне красного зарева подожжённых факелов. Над его головой развивался рыцарский плюмаж, показывая, что он один из лучших бойцов королевства. Один из стражников попытался атаковать его сзади, но противник, не оборачиваясь, молниеносным круговым движением клинка разрубил стражника надвое.

Элизабет сжала зубы. Ветер доносил до неё звуки битвы, а за плечами воина уже карабкались по верёвкам его товарищи. Нападавшие забирались на стены быстро и слаженно, их фигуры скользили по канатам, словно тени. Даже полный доспех не сковывал их движений, оказавшись на стене, они в считаные секунды натянули на руки латные перчатки, оказавшись снова закованными в броню с головы до пят. Звон стали и крики боли сливались в один сплошной поток. Она видела, как бойцы её отца отступают под натиском, и вскоре нападающие прорвались к воротам.

Колокола начали бить тревогу, их звук разносился по всему замку, заполняя ночное небо гулким эхом. Но было уже поздно. Ворота с глухим скрежетом распахнулись, впуская в замок десятки врагов. Они конные врывались в главную площадь, сталкивая с ног немногочисленных защитников, с лёгкостью прорезая их ряды и насаживая на длинные рыцарские копья. Паника охватила тех, кто не успел подготовиться, хаос поглотил двор замка.

Элизабет стиснула рукоять рапиры так сильно, что костяшки побелели. Её взгляд метался по внутреннему двору. Двор потерян, стены уже захвачены. Если они не закроют ворота цитадели, не удержат последний оплот, замок падёт.

Она развернулась и бросилась вниз по узкой лестнице, ведущей к воротам цитадели. Её ноги скользили по каменным ступеням, дыхание сбилось, но она не могла остановиться. Каждый удар сердца напоминал ей, что времени почти не осталось.

— Закрыть ворота цитадели! Двор потерян! Закрыть ворота Цитадели! — её голос прозвучал неожиданно громко, перекрывая грохот битвы.

Остатки стражи уже пытались занять оборону, но без командования они дрожали от страха.

— Грег, занять оборону здесь! Они не должны прорваться внутрь! Срочно закройте ворота! — крикнула она, и в её голосе прозвучала сталь, не оставляющая сомнений. Адъютант Декера оставленный им оборонять замок, вторил её команде. — Держать проём! Ты и ты живо закрыть ворота цитадели!

Солдаты собрались, страх на их лицах сменился решимостью. Они знали, что у них нет другого выбора, кроме как драться насмерть.

Элизабет, с рапирой в руках, стояла перед воротами, ведущими в цитадель. Вместе с ней проём охраняло всего с десяток стражников и Грег. Все остальные либо не успели проснуться, либо прямо сейчас гибли на стенах внешнего двора. В глазах заместителя Декера читалась решимость, но губы сжались в тонкую линию. Он знал, что их положение шаткое.

— Держим проход, — резко приказал Грег, вскидывая меч. — Нас здесь немного, но, чёрт побери, нам нужно продержаться, пока наши не закроют решетку. Герса цитадели не закрывалась уже лет пять, надеюсь они справятся быстро.

Снаружи доносился рёв нападающих, приближающихся к ним. Лязг доспехов, тяжёлые шаги, звон стали. В тусклом свете факелов показались первые фигуры. Их было пятеро, и шли они уверенно, огромные, закованные в разноцветные ухоженные доспехи. Оружие, которое они несли, было внушительным, двуручные мечи, топоры и щиты, испещрённые следами старых сражений.

Элизабет глубоко вдохнула и шагнула вперёд.

— Мы их остановим. Или умрём.

Один из нападавших остановился перед ними.

— Я Сэр Малорд Бессердечный, пожалованный королём Генрихом на поле боя в рыцарское звание. Я, приказывая вам сдаться именем короля и дома Де Китов, или ваши головы окажутся на пиках. Вы всё равно не удержите ворота, вас всего десять и одна девка.

Защитники только крепче сжали оружие и приготовились к бою.

— Вы сами выбрали свою смерть! — Нападавшие рванулись в атаку. Первый удар пришёлся на одного из стражников, массивный клинок двуручного меча врезался в щит, разнеся его в щепки и ломая держащую его руку. Элизабет быстро отступила в сторону, ловко уходя с траектории атаки. Её рапира скользнула вперёд, клинок с сухим хрустом вошёл между пластинами брони врага. Он взревел, попытался нанести ответный удар, но Грег вонзил меч в его грудь, умудрившись удачно пробить доспех.

— Не останавливайся! — рявкнул Грег, перехватывая рукоять меча двумя руками.