Осколки вселенной

Да труп

Пока Петр Первый занимался своими делами, Леон терпеливо ждал когда его пустит Ламарка. На страже стояли две куклы с автоматами, и играть с ними не хотелось, лица страшные, глаза дикие. С людьми дело иметь приятнее, да и скорость у этих монстров не чета человеческой.
Когда, наконец, мальчика пропустили, Ламарка встретила его неприветливо.
- Чего приперся опять меня отвлекаешь.
Леон вежливо поклонился:
- Я нашел Люфиро.
- Ну и что с того?
- Она находиться в самой страшной политической тюрьме Лефортоворо. Там ее страшно истязают, девушка может умереть.
- Ой, ли! Думаешь, в каталажке всегда бьют.
- Ее точно, я сам разговаривал лично с палачом. Старший следователь Бруссино лично ее допрашивает. Сказал, что вытрясет душу.
- А ты уже со следователем познакомился, вот проныра.
- Надо спасать девчонку.
Ламарка усмехнулась:
- Во-первых, она не девчонка, а взросла женщина-киллер, а во-вторых, вернуть тебе сверхспособности я не могу.
- А я и не прошу! Надели ими другого мальчика или девочку, а может взрослого человека и пришли его мне на помощь.
- И это невозможно, у меня кризис, нет Леон, выпутывай ее сам.
- Ты это сказала?
- Да! И могу повторить!
- И как я это сделаю!
- Молча! Ты ведь любишь фантазировать!
- Десятилетний мальчик, без всяких сверхспособностей освободить женщину из самой охраняемой в стране политической тюрьмы. Такого ни в одном романе нет.
Разве не ясно, что ребенка не посильная задача.
- А ты, оказывается, назвал себя ребенком. Впервые слышу, чтобы мальчик так унизился.
- Еще издеваешься. Может в тебе говорит ревность.
- К кому! Я ведь тебя не люблю. Уморил Леон.
- Ну, хорошо, раз так я постараюсь это сделать без тебя. И если меня поймают и подвергнут истязаниям, то я тебя выдам.
Ламарка отрицательно мотнула головой.
- Нет, Леон я знаю тебя, ты скорее умрешь, чем погубишь дело революции. И поверь, я сочувствую твоему горю, но пока извини пустая. А тебе дам совет ты еще мальчик так и воспользуйся этим. Ведь тебя никто в серьез не воспринимает, пусть это станет главным твоим козырем.
- Хорошо Ламарка, я попытаюсь следовать твоему совету. - Мальчишка вышел из зала. Ему хотелось плакать, но он сдержал себя. Как бы то ни было, у него был знакомый палач, а значит, шанс вскоре увидеть свою подругу.
Леон перемещался как маленький чертик, бегом, впрочем большинство мальчишек предпочитают нестись сломя голову, и поэтому его поведение не вызывало подозрений. В первую очередь он решил заручиться поддержкой друзей, таких же мальчишек, как и сам. У него был под началом десяток сорванцов, в основном они занимались коммунистической пропагандой. Однако все ребята пока при деле или на работе: просят милостыню на хлеб насущный или совершают мелкие кражи. При этом, не забывая разбрасывать листовки, рисовать на стенах, писать лозунги на газетах, и даже выкладывать углем и запускать через заводской забор змеев с посланием. Посоветоваться было не с кем и мальчик вынужден был бесцельно бродить по улицам.
- Вот команда когда надо никого нет. Натянуть бы вам уши на зад! - Ругнулся Леон.
Впрочем, мальчишки вне зависимости от мироздания всегда могут найти друг друга. Вот один из них Кларк ошивался возле военного склада, чистил сапоги офицерам. Близился праздник, работы у мальчика было много, он даже снял рваную майку, и его шоколадная кожа блестела от пота. Впрочем, крем у него как раз заканчивался, замызганная кепка наполнилась мелочью.
Леон подбежал к нему:
- Ну что закончил?
- Пока да, можно купить еще крема и продолжить.
- Есть дело, можешь помочь.
- Тебе да, проси Леон, что хочешь.
- Нужно спасти от смертной казни девушку.
- Красивую?
- Очень! Как созвездие в небесах!
- Тогда если надо не пожалею жизни.
- Но тебе будет больно!
- Тем лучше, боль закаляет.
- Хорошо разыграем спектакль. Ты хотел быть киноактером!
- Ленин обещал что после революции все наши мечты сбудутся.
- Тогда слушай? - Леон зашептал Кларку на ухо. Мальчик в ответ кивал, потом произнес:
- Только зубы не выбивай, не хочу быть щербатым.
- Постараюсь, у меня приличный опыт драк.
- У меня тоже иначе на улице не выживешь.
- Я читал книгу подготовка спецназа.
- А тебя знаешь, как называют за глаза.
- Как?
- Бешеный комп! Ты как компьютер все знаешь и умеешь.
- А почему бешеный я без причины никого не бью и заступаюсь за слабых.
- Потому что о тебе ходят разные слухи, говорят, будто это замочил трех боссов мафии.
- Да нет, это ложь, кто придумал такую чушь.
- Ладно, не парься, я пошутил. - Сказал Кларк увидев, что Леон изменился в лице.
- Такие шутки могут стоить жизни.
- Да кто поверит, что малолетка разгромил подземный город с тысячами бойцов. Неужели в мафии сидят мечтатели? - Кларк помотал головой.
- Едва ли, а теперь приготовься, я разукрашу тебе физиономию.
Леон ударил кулаком по овальному бронзовому, довольно милому лицу мальчишки. Почти сразу набух фингал. Кларк полез в драку, но Леон был сильнее и техничнее. Снова ударил, затем увернулся, дал в нос, потекла юшка.
Мальчик кулаком зацепил Леону плечо, тот ударил ногой под коленку. Кларк захромал и получил хук в скулу:
- За что? - Захныкал он.
- Я предупреждал, у тебя должен быть измученный вид. - Леон снова прыгнул, засадил ногой в живот, заставив согнуться. У мальчика вылезли глаза, он закашлял. Леон, избивая вошел в азарт, лупил руками, ногами, а когда мальчик упал, принялся топтать. Хорошо что на ногах у ребенка не было ботинок, а то пришлось вызывать скорую помощь. Лишь когда голенью он угодил в висок и мальчишка затих, Леон наклонился и стал массировать щеки, разбитый нос. Мальчик пришел в себя, тогда только находившийся в ярости пацан улыбнулся и прошептал:
- Если можешь, прости меня Кларк.
- Я знаю это надо для дела революции.
- Тогда доведем спектакль до конца.
Леон накинул свитую из проволоки петлю-удавку и потащил на ней мальчишку.
При этом он оглядывался, вдруг тормознут полицейские. Затем подошел к телефону-автомату и набрал номер старшего следователя.
Сначала раздавались длинные гудки, затем трубку поднял сам Бруссино.
- Старший следователь по особо важным делам из отдела физической обработки слушает.
- Это я Леон. Помните того мальчика, что вернул вам документы и хочет стать истязателем.
- Да помню!
- Я для вас приготовил подарок.
- О, за это благодарю.
- Вы обещали меня научить своей нелегкой профессии.
- У меня много дел.
- Я не буду вас отвлекать только посмотрю, как вы истязаете , и это станет уроком.
- Может лучше через неделю.
- Нет сейчас у меня классный подарок.
- Хорошо жди меня возле памятника Гасмала, через час.
- Пошли! - Леон дернул Кларка за надетую на шею веревку.
Мальчик дрогнул:
- А если он будет меня пытать?
- Вряд ли станет размениваться на мелочь.
Мальчишки направились к памятнику, он было довольно далеко, и Леон снял проволоку. Дети, мелькая почерневшими на горячем асфальте босыми пятками, припустились бегом. Полицейский сопровождал их ленивым взглядом хотя ребята и перебежали дорогу в неположенном месте гоняться за голопузыми нищими в такую жару не хотелось.
Наконец оба мальчика промчавшись по улицам, едва не попав под колеса машины, достигли памятника Гасмале. Там они уселись и стали ждать.
Леон вновь накинул проволоку на шею Кларку, потянул и повалил мальчишку, затем положил свои пыльные ноги на лицо:
- Извини, но тебя придется унизить.
Проходящие мимо взрослые указывали пальцами, посмеивались, но никто не приходил на выручку Кларку.
- Да пацанчик мир жесток, несправедлив, коварен. Некому защитить.
- А затем так?
- Чтобы Бруссино видел и понял что я именно то, что ему нужно.
Вскоре из-за потока автомобилей выскочила громадная бронированная машина с тонированными стеклами. На ней горел федеральный номер главного палача.
Из машины выскочил сам старший следователь и два охранника-громилы. Увидев валяющего у ног Леона побитого мальчика, он присвистнул:
- А ты уже осваиваешь искусство палача.
- Как говорят мудрые - учись смолоду.
- Верно, я в тебе не ошибся. Ты достоин, быть палачом. - Старший следователь ласково потрепал мальчишку по щеке.
- Теперь разрешишь мне попробовать пытку.
- Конечно! Только брось этого сорванца, не положено пытать сверхурочно.
- Не знаю, я разве вам самим не хочется над ним поэкспериментировать?
Бруссино посмотрел на мальчугана.
- Ты ему ничего не отбил?
- Нет, я его часто мучаю, синяки на мордашке заживают быстро. А так не хочу, чтобы он умер.
- Мальчик красивый мускулистый. Мне как раз такой и нужен. Если пообещаешь мучить его только так, как я прикажу, то можешь взять с собой.
- Отличная идея! - Леон состроил умную физиономию. - Вы хотите его продать?
- А почему ты так решил?
- Интерес ко здоровью, обычно оно свидетельствует о ценности товара.
- Ты догадливый, может, даже знаешь куда.
Леон подмигнул:
- На трансплантацию органов. У мальчиков они весьма ценные.
Бруссино крутанул усы:
- Вот молодец, вижу толковый, у меня будет помощник. Да и именно туда. Врачам это нужно и интересно понаблюдать, как они режут.
- Вот и чудесно, сразу два удовольствия. - Леон изобразил неописуемую радость.
- Да и это мы делаем. Можешь считать, что тебя приняли в штат помощников.
- Едем сейчас!
- Да, но сначала нужно тебя переодеть помощник старшего следователя не должен ходить таким голым и босоногим.
Мальчик кивнул:
- А этого приоденем?
- Зачем, его будут просто истязать! Давай скорее в машину, сам волоки свою жертву.
Мальчишка запрыгнул. На ходу он переоделся в светло-оранжевую форму, натянул алые кроссовки, в них было удобно только жарковато, и желтую кепку с черепом и костями. Теперь Леон выглядел импозантно.
- Ну, вот я палач!
В машине было зеркало, и мальчик в него смотрелся. Кларк дрожал от страха. Леон стал шептать ему на ухо:
- Ничего не бойся. Сегодня тебе, возможно, придется убивать.
- Я готов!
- Тогда гляди смелее.
Забор в тюрьме был высок, вернее это была настоящая крепостная стена. Добрых пятьдесят пять метров в высоту, с пулеметными вышками и пушками, сверху еще натянута под опасным напряжением проволока. Чтобы ее взять требовалась целая армия. Леон подумал, что даже крупный отряд отборного спецназа полег бы при ее штурме. Теперь десятилетнему мальчику следовало без выстрела совершить чудо.
У ворот их встретила охрана, проверили документы. На Леона был уже выписан пропуск. Стоящие у входа солдаты обратили внимание на Кларка.
- Что новая жертва!
- Да вот словили преступника, следует обломать.
- Понятно разберите его на запчасти.
Про себя Леон подумал, что это халатность и жестокость позволять палачу пытать ребенка без всякой вины. Но видимо тут авторитет Бруссино был весьма высок.
Вот они въехали во двор, охранники были и внутри. У них автоматы, рации и несмотря на жару бронежилеты. Правда, кое-кто снял, если смысл мучиться, при трех солнцах!
Если у солдат стоявших во внешнем оцеплении непроницаемые лица, то внутри охрана потолще, некоторые видно дружат с зеленым змием. Леон весело марширует, ведя на поводке свою жертву.
Наконец два мальчика, следователь и громилы охраны входят в здание тюрьмы. Внутри прохладно, работают кондиционеры. Они идут по коридорам, по бокам видны двери с номерами. Леон обращает внимание на цифру тринадцать.
- Символично! - Произносит мальчишка.
Они проходили мимо зала, где ввели новую задержанную.
- Хочешь посмотреть на голых теток? - Сказал старший следователь.
Мальчик кивнул. С молодой женщины срывали одежду. Довольно миловидная, хотя и не такая красивая как Люфиро, она обладала приличной фигурой. Чтобы дополнительно унизить ее щупали и обыскивали мужчины в перчатках и белых халатах. Заглянули в рот, подергали язык, заставили раздвинуть ноги, грубо лазили по интимным местам. Девушка охала, по щекам катились слезы.
Леону было одновременно интересно смотреть на обнаженное тело и вместе с тем противно. Но внешне мальчик улыбался.
- Великолепно! - Произнес он.
- Ну ладно, ее сейчас оброют, но поведут ли сегодня на допрос, я не знаю. Может другой следователь ею займется.
Кларк выдавил из себя:
- Это омерзительно издеваться над женщиной.
Леон ударил его кулаком, физиономия мальчишки скривилась.
- Молчи раб.
Затем пацан стал выкручивать мальчишке руку. Тот взвыл.
- Осторожнее сломаешь. Связки должны быть целыми. Ладно, пошли в мои апартаменты, там интереснее.
Комната пыток оборудована по последнему слову техники. Рентгеновские аппараты, сканеры, излучатели, а также более примитивный набор инструментов. Тут были и сверла, иглы, шприцы, щипцы, паяльные лампы, горелки, утюги соединенные с электрошокером, и ультразвуковые приспособления и многое другое.
У Леона полезли глаза на лоб:
- Архикруто!
- Что нравиться!
- Суперкласс! Завидую палачам.
- Истязатель это не мясник, а врач и поэт в одном лице. Словно музыкант он играет на нервных окончаниях. Я научу тебя мальчик исполнять мелодию боли.
- Буду рад. Это так изумительно мучить людей ничто не сравниться с этим неслыханным кайфом. - Леон говорил почти искренне, он чувствовал в себе странное возбуждение идущее с низу живота.
Старший следователь погладил Леона по вихрам.
- Как звать твоего "друга".
- Этого Кларк.
- Скоро приведут очередную жертву. Женщину, ими да еще мальчиками приятно иметь дело. Но детей как правило пытают в нашей тюрьме редко, не тот уровень. Разве ребенок может быть важным политическим преступником или шпионом. А для сорванцов есть специальные тюремные приюты, их там зверски наказывают или заставляют вкалывать по шестнадцать часов в сутки. А вот женщин у нас много причем, как правило, молодых и красивых, враг часто использует лазутчиц и проституток. Мужчины неприятно пахнут, волосатые, грубый голос их пытать не интересно. Доить скирову лучше, чем козла.
- Верно!
- Разомнись на мальчике. - Сказал Бруссино. - Только пусть сначала примет душ, грязноват. Особенно тщательно пусть вымоет ноги, ступни у детей очень чувствительные в них много нервных окончаний, я покажу в какой последовательности надо прижигать их и бить током, что мальчику было больно, а сознание оставалось ясным.
Леон толкнул Кларка в спину.
- Иди в душ грязнуля.
Там его ждали прислужники к мочалками и шампунем. Раздели и грубо выбыли, пацанчик визжал.
- Вот живее его! - Подбадривал Леон.
- Гигиена правило для палача. Можно побрызгать его спиртом или одеколоном.
- Правильно, грязь не сало, потер, и отстало! - Не совсем к месту сострил Леон.- Лучше одеколон.
Наконец мальчика выволокли наружу, он растеряно улыбался. Его облили дешевым, но крепким одеколоном. Потом усадили в кресло, титановые зажимы закрепили руки, ноги. Леон заметил, что присутствие выдвижных игл. Бруссино стал давать советы:
- В первую очередь реши что для тебя лучше, ток, открытый, огонь, яды, щелочи, кислота, раскаленная сталь, сверла или что-то иное.
- Предпочитаю разнообразие. Может лучше всего начать с тока. Огнем я мальчикам и девочкам уже поджаривал пятки, а током не пробовал.
- Что же звучит разумно! А почему не пробовал.
- Если подключить прямо с розетки то убьет. Лучше спички, это проще - пожег и пали.
- А электрошокер!
- Он стоит денег, а я бедный.
- Хорошо используй принцип движения и сообщения проводов. - Бруссино показал соединения электродов. - Правый поставь на большой палец ноги, левый прикоснись чуть ниже пятки. Тут очень чувствительные места, начинай с небольшого напряжения, постепенно усиливая, пусть мальчику будет больно, но умеренно щади здоровье.
Леон посмотрел на подобие пистолета с циферблатом, где показывали силу, напряжение. Тем временем помощники установили на теле пацана несколько датчиков. Стали измерять, давление, пульс, электрокардиограмму, биоритмы мозга.
Леон смотрел на это с любопытством:
- Научно истязают. - Леону вдруг стало очень жалко бедного мальчика. - Что же надеюсь, ты проявишь мужество.
Кларк кивнул. Леон прикоснулся к твердой, огрубевшей стопе ребенка. Он установил минимальное напряжение. Мальчик вздрогнул от прикосновения, дернулся. Леон продолжал щекотать чуть усилив ток. Кларк слегка запищал.
- Если хочешь жить кричи громче. - Леон нажал на кнопку напряжение, выросло.
Было уже по настоящему больно, мальчик стал орать благим матом.
Тут Леону стало весьма стыдно, он почувствовал себя таким мерзким. Но игру следовало продолжать. Теперь прикосновения к стопам товарища стали болезненными, словно жалишь самого себя. Он уже не увеличивал напряжение, щадя партнера, впрочем, Кларк подыгрывал весьма натурально. Тем не менее Леон не столько мучил как мучался. Наконец послышалось долгожданное объявление.
- Особо опасная преступница Люфиро прибыла.
- Наконец-то давно у меня не было такой замечательной жертвы.
В помещение ввели девушку. В последние часы ей дали немного поспать и покормили, теперь Люфиро стала выглядеть гораздо бодрее. Не смотря на темные круги под глазами, выглядит она по-прежнему великолепно, даже улыбается. Почти голая в тонком лифчике и пляжных трусиках, девушка весьма фигуриста, только босые ноги прихрамывают, в прошлый раз Бруссино поджег их огоньком. Видны ожоги и потемневшая кожа. Правда Люфиро сохраняет выдержку, охрана ее держит, цепи на ногах и скованных сзади руках звенят, девушка не может сделать широкий шаг. Охрана снимает наручники, видно, что бойцы очень крупные, легко отрывают от пола немаленькую женщину. Затем ее садят в специальное движущее кресло, сковывают, грубо сдирая последнее жалкое подобие одежды. К ней подъезжает довольно примитивный, не боевой, робот-истязатель. Он вставляет разнообразные приборы, тоже различные датчики, чтобы знать, чем девушка дышит. Леон отвлекается и подбегает к ним.
Ему хочется плакать, глядя на измученную подругу, но он сдерживается, а наоборот усмехается.
- Да она очень красивая, люблю телок.
Девушка с удивлением смотрит на него, но узнать в комбинезоне, прежнего голоногого замарашку нелегко. Тем не менее, Люфиро произносит:
- Вы и ребенка привлекли к подобным мерзостям.
- Дети наше будущее, им надо учиться, учиться и учиться. - Сказал Бруссино.
- Вот бы они поучились на тебе.
- Пока жертвой являешься ты! - Следователь схватил и дернул девушку за ухо.
Леон подскочил к ней и легонько ущипнул за крепкую, уже испытавшую болезненные удары грудь.
- Ее мы тоже током или огнем? - Спросил Леон.
- Нет! Огонь примитивно, а током ее уже пробовали. Есть более интересные пытки, когда истязаешь, даже не прикасаясь.
- Причинить боль не прикасаясь, а это можно? - Спросил мальчишка.
- Да именно это мы и сделаем! Начнем с музыки.
Мерзкий карлик подскочил девушке, грубо схватил пальцами за нос и вывернул:
- Знай наших.
Кресло с Люфиро поехало, ей закрепили наушники и привинтили электроды к ушным раковинкам и мозгу. После чего началось. Леон и старший следователь слушали это в пол уха. Звучал напоминающий скребку когтями по стеклу голос:
- Ты последняя шлюха, конченый человек.
Затем следовал почти повтор.
- Ты конченая шлюха, последний человек.
И так далее! С каждым разом голос делался все противнее, скрежет становился зловещее и тоньше.
- Ты последняя шлюха, конченый человек. Казалось, неслось со всех углов.
Даже Леону стало не по себе, а ведь он слышал ослабленный вариант, а Люфиро буквально раскалывалась голова, а мозги превращались всмятку. Не выдержав, девушка стала орать и биться как пичужка, угодившая в сеть. Леон не находил в себе место ему хотелось убить главного палача. Ох, вот если бы ему вернулись сверхспособности, ну хоть на минуту, один удар - шея сломана и голова отлетела. Но чудес не бывает. В помещении помимо Бруссино дюжина крупных охранников с автоматами, три помощника, робот и карлик. Как с ними справиться безоружному мальчику, да и еще выйти из этой неприступной крепости. Лефортоворо переводится с древних языков - "Чрево дракона", то есть капитально пожирает человечий фарш.
Леон лихорадочно обдумывает, тем временем из носа и ушей Люфиро начинает капать кровь, похоже, включили ультразвук.
- Полегче еще немного и она сойдет с ума. - Произнес палач. - Что нравиться.
- До чертиков! Но я хочу помучить своего пацанчика.
- Это можно! Давай!
- Но мне так не интересно, он прикрученный и совсем беспомощный, дайте, я его раскую и погоняю.
Бруссино рассмеялся:
- Так даже интереснее, это меня позабавит, вернее всех нас.
Леон схватил длинную электрическую плеть. Затем снял оковы с мальчика. Тем временем следователь добавил Люфиро мучений, девушке надели специальные очки не дающие закрыть глаза, затем навели лазер.
- Будет кино, бордель и казино. - Хихикнул палач. - Девушка забилась в конвульсиях, лазер давал такую волну, и сочетание цвета, что весьма сильно воздействовало на психику, терзая мозг.
- Ну что Кларк побегаем! - Леон сделал вид, что кусает за ухо, а на самом деле шепнул. - Будь готов!
Затем хлестнул плетью по голым ногам, посыпались искры. Мальчик подпрыгнул, на пятках появились крошечные точки от ожогов. Леон гонялся за ним, при этом смеялся, все-таки умеют дети притворяться веселыми, особенно в диких играх взрослых.
- Что трусишка бегаешь! - Крикнул он.
- Ты заплатишь подонок.
Бруссино наслаждался кино, продолжал накручивать, обороты, увлекаясь своей игрой. Как восхитительно слышать стоны и видеть извивающиеся женские тела, ни с чем не сопоставимо. Выбить еще одну муку.
Леон отметил его увлеченность и сладострастные взгляды помощников. В голове мальчишки возник детский план. Когда после очередного удара, Кларк развернулся и плюнул попав Леону в лицо, пацан притворился разъяренным и обратился к охраннику наблюдавшему за всем с явным интересом.
- Дайте, пожалуйста, автомат, я перебью ему ноги.
- Может я сам! Не положено! - У бойца горели глаза.
- Нет, я сам! Дядя Бруссино мне не дают поохотиться!
-Не мешай ребенку! - Огрызнулся палач.
Спорить со старшим следователем, и возможно самым коварным истязателем в стране чревато. Охранник, не прекословя, отдал пистолет-пулемет мальчишке.
Это было новейшее самое лучшее оружие, с патронами разрывными имевшими урановый сердечник, весьма скорострельным и большим запасов патронов.
- Класс! - Произнес Леон.
Мальчик отошел в сторонку прицелился, и нажал курок. Он специально выбрал такую точку, что можно было видеть всех охранников. Оружие работало бесшумно, так что натасканные как сторожевые псы бойцы не сразу сообразили, откуда пришла напасть. Ну, кто мог подумать, что мальчик друг палача номер один окажется злобный терминатором. Охранники падали, урановый сердечник пробивал бронежилеты, внутри они разрывались. Слышались вскрики, Бруссино оглянулся, в его глазах застыл ужас. Леон перевел огонь на помощников, у него был навык и способность убивать. Пусть не так эффективно как в образе мультяшки, но достаточно грозно чтобы во все стороны разлетались труппы.
Лишь карлик успел отскочить в сторону и выстрелить в ответ. Леон почувствовал, ожег в плече и упал. В это момент Кларк подхвативший свободный автомат всадил уродцу прямо в глаз:
- Вот так, ты видишь, я умею стрелять.
- Я это знал, поэтому и выбрал тебя.
Мальчишки приблизились к главному палачу. Тот дрожал от страха. Бруссино был неверующим, и перспектива что он не будет существовать его сильно пугала.
Тем более страшным был мальчишка, к которому он испытывал сильную симпатию, и неожиданно ребенок оказался не просто монстром, а монстром враждебным. Да и второй мальчик вызывает содрогание.
- Не убивайте меня! Требуйте, все сделаю! - Прохрипел он.
Леон произнес:
- Мы от тебя много не требуем. Помоги вывести из тюрьмы нашу подругу.
- А это реально?
- Почему и нет! Мы ее можем вывести как труп.
- Это проверяется!
- Тогда скажи, что хочешь разобрать красавицу на трансплантацию. Ведь трупы на это не годятся! - Леона охватило вдохновение. - Ведь раньше вы так делали!
- Случалось! - Прохрипел палач.
- Ну вот, ты знаешь нужных людей, кому что сказать.
- Но меня отдадут под суд!
- Вывернешься и откупишься, сам знаешь, что наш суд самый гуманный в мире. А вот от пули не убежишь, мы с моим другом будем держать тебя под прицелом.
- Вам не уйти!
- Так мы уже смертники, а ты еще лишняя угроза будешь изрешечен.
Бруссино заткнулся.
- Освободи девушку и перекинь ее на носилки.
Палач отключил оборудование, затем достал шприц.
- Зачем? - Спросил Леон.
- Чтобы ввести ее в состояние каталепсии, тогда будет меньше разговоров.
- Стой, а что если тут яд, вколи сначала себе.
- Так я застыну!
- А ты вместе с антидотом. И не ври, я знаю, что он у тебя есть.
Вздохнув, следователь вколол немного себе, затем ввел антидот. Его немного трясло, он с трудом подавлял волнение:
- Годиться! Теперь пусть робот ее толкает, все должно выглядеть максимально естественно. И смотри один лишний жест и тебе конец. От двух опытных профессионалов тебе не уйти!
- Так вы меня разыграли!
- А ты что думал! Будто тебя разум пупа вселенной. Да я своего друга жизни не пожалею, а боль стерпеть тем более. - Сказал Кларк.
- Это хорошо для вас плохо для меня. В следующий раз буду умнее.
- Для тебя палач главная задача живым от нас уйти! - Леон сдвинул брови и выстрелил из реквизированного у охранника пистолета.
Пуля пролетела над ухом, срезав волосок.
- Понял да!
Лицо Бруссино перекосило:
- Не надо я и так все уразумел. Клянусь, выведу вас отсюда. Только пускай твой товарищ переоденется, два заключенных в сопровождении всего лишь мальчика-новичка и меня вызовут подозрения.
-Верно, переоденься в красный комбинезон карлика.
Уродец был худощав и примерно одного роста с Кларком. Рядом с ним лежала резиновая маска, карлик ее успел стащить, так она мешала стрелять.
- А зачем он носит ее? - Спросил Леон.
- Ты что не видишь, какой он урод! - Сказал Бруссино.
Физиономия помощника палача и впрямь была омерзительной, не столько страшной сколько противной.
- В маске он лучше! - Ответил Кларк. - Но зато я от него не сильно буду отличаться.
- Только подложи немного ваты, у него большой перекошенный нос, и выпирающий подбородок, и сделай себе горбик.
- Само собой, он не болтлив?
- Нет! Часто косит под глухонемого, общается жестами, возможно, ему противен собственный голос. - Сказал Бруссино.
- Тем лучше перевоплощение будет полным.
Леон немного помог Кларку, придавая внешнее сходство с карликом. Это он проделал с большим артистизмом. Кларк сгорбился, стал казаться толще, если специально не приглядываться, то от уродца не отличишь. Затем мальчики переложили подобие трупа Люфиро на носилки, и робот покатил их.
Стрельбы естественно никто не слышал, а видеонаблюдение во время проведения пыток старший следователь отключал. Не очень хотелось, чтобы лишние люди знали какое удовольствие, он получает во время истязаний, да и свои дела порой лишать решать надо. В частности торговлю списанными трупами и трансплантацией. Гестапо прогнило и погрязло в коррупции, как и любое другое ведомство.
Пропустили без особых проблем, слишком хорошо знали тяжелый характер палача.
Правда, пройти пришлось несколько постов. Бруссино лишь дважды спросили:
- Труп везешь!
- Да труп!