Осколки зеркала

Глава 18

— Отец?!

Я тоже подскочила со своего стула. Что за шутки со стороны Антона? Или они втроём таким образом хотят освободить меня, рискуя своими жизнями? А почему Дон тогда молчит?

— Ничего не говоришь? Потому что сказать нечего в своё оправдание, — кривился от злости рот Антона.

Понятно, что обращался он ко мне, больше просто не к кому.

— Взять её, — приказал герцог.

Несколько стражников рьяно кинулись исполнять приказ. Они приблизились ко мне, которая внезапно из гостьи герцога, превратилась в его пленницу, и ощетинились своими мечами в мою сторону. Но я на удивление нисколько их не испугалась, продолжая стоять на месте. Наверное, удивление от слов Антона эмоционально оказалось сильнее страха. Я стояла и таращилась в сторону так внезапно появившейся троицы.

Один из стражников протянул ко мне руку, пытаясь схватить за край платья, но вдруг страшно закричал, а потом упал на мраморный пол залы и стал кататься по нему, корчась от боли, — у стражника напрочь отсутствовала кисть, словно кто-то отгрыз её или мгновенно откусил, а из страшной рваной раны толчками вытекала кровь, окрашивая пол залы в красный и лишая стражника жизни.

— Отец, разве ты не видишь? Она монстр? Сбрось с неё иллюзию и ты все сам увидишь, что она из себя представляет, — выкрикнул Антон, обращаясь уже к герцогу.

— Ты убила моего самого верного и преданного слугу, — гневно произнёс герцог.

— Я не специально, — растерялась я.

Я и на самом деле ничего такого не желала, по крайней мере, смерти воина точно, просто не хотела, чтобы он прикасался ко мне. Жуть какая-то!

— Я сейчас, — кинулась к своему рюкзаку, — перевяжу его рану.

— Ему это не поможет, — покачал головой герцог. — Но попробуй, — предложил он милостиво.

— Не верь ей, — бесновался Антон на месте, разве что не прыгал, как в детстве.

Он бы давно уже прорвался к герцогу, если бы не мечи и копья, выставленные в его сторону.

— Я для начала сброшу с тебя иллюзию, — хмыкнул герцог, поднимая руки, а потом выбрасывая их вперёд. — Со своей гостьей я разберусь потом — пусть пока раненым занимается. Может, у неё получится. На неё какой-то очень сильный маг наложил защиту, с которой мне не справиться.

Из кончиков ногтей герцога стал сочиться жёлтый дым. Я, обернувшись, поёжилась — наглотавшись точно такого же, впала в забытье и очутилась здесь, во власти герцога. Что ждёт меня теперь? А Антона?

Хотелось крикнуть: «Не дыши». Но я только закрыла рот ладошкой от ужаса, чтобы самой дышать через раз, и молча принялась рыться в своём рюкзаке. Что-то не давало мне сдвинуться с места и кинуться на защиту сына.

Антон снова истерично расхохотался.

— Отец, это я. Ты не можешь и теперь отречься от меня, — проговорил он и принялся жадно поглощать жёлтый дым, который почему-то обходил не только меня стороной, но и Дона и козла. — Я уже не тот слабенький мальчик, которого ты обрёк на смерть только потому, что я родился непохожим на тебя. Свою силу и любовь мне все сполна передала матушка. И если бы не эта тварь…

Антон снова ткнул рукой в мою сторону.

— Антоша, как ты можешь? — растерянно проговорила я.

Я дарила сыну и любовь, и ласку, мы с дедом не жалели денег на его воспитание и образование. А он назвал меня тварью. Как такое возможно?

— Антоша? — нахмурился герцог. — Тоха? — спросил он с напряжением в голосе.

— Да, это я, — громогласно расхохотался Антон. — Узнал.

Он все глотал и глотал жёлтый дым, и теперь слабо напоминал того нежного юношу, с которым я отправилась в поход. Кожа его приобрела тот же оттенок, что и сам дым, который он продолжал поглощать, а сам Антон неимоверно вырос и раздался вширь.

— Халк, — негромко хмыкнула я. — Только тот был зелёным.

Наконец нашарила в одном из карманов рюкзака бинты и уже готова была кинуться, чтобы перевязать стражника, так нелепо пострадавшего из-за меня, но пальцы вдруг нащупали камешек, который дала мне предсказательница. Может, это именно тот случай. Почему не спасти жизнь ни в чём не повинного человека? Он не хотел мне сделать ничего дурного — только исполнял приказ своего господина.

Но едва я приблизилась к умирающему, он из последних сил шарахнулся от меня в сторону.

— Послушай, — я присела на корточки рядом со стражником, пачкая юбки в его крови, — я не желаю тебе зла. Поверь.

И протянула на раскрытой ладони гранат.

— Проглоти его.

Потом поняла, что мужчина ни за что не протянет ко мне здоровую руку, опасаясь лишиться и ее тоже. Пришлось самой схватить стражника за нижнюю челюсть и силой потянуть, чтобы тот раскрыл рот. Мужчина настолько был напуган происходящим, что не оказал хрупкой женщине никакого сопротивления. А, может, просто обессилел уже от потери крови, которая продолжала вытекать из обрубка руки.

И о, чудо! Агония прекратилась. По залу наряду с жёлтым поплыл ещё и красный туман, он сворачивался клубами вокруг раненного стражника, становясь все гуще и гуще, пока полностью не скрыл его от окружающих…

Когда и один, и второй дым рассеялись, за столом сидели я и герцог и мирно поглощали десерт. Дверь в залу неожиданно распахнулась, на пороге возникли трое. Один из них что-то кричал, но его никто не слышал…

— Как смотрите на то, чтобы отправиться к императору вместо моей дочери? — задал риторический вопрос герцог и взмахнул бокалом с вином, приглашая меня, свою гостью, а не пленницу, присоединиться к нему. — Для вас это ничего не стоит…

«Ой ли», — хмыкнула я, тоже беря в руку бокал с вином. Надо выторговать себе хоть каких-то преференций — теперь я знала гораздо больше, чем некоторое время назад.

— Да и судьбе своих друзей подумать надо, — добавил герцог весьма выразительно.

— А что с моими друзьями не так? — я несколько напряглась.

Насколько могла видеть, им никто и ничто не угрожало. Ронни спутан, так это тоже временно.

— Пока все так, — кивнул герцог, отпивая из своего бокала и заедая вино бисквитом.