Осколок дня во чреве ночи

Глава 1 Будни Безымянного Чистильщика

I
Здесь утро не ищет лазейки и щели —
Ни блика, ни имени. Тьма.
Лишь пол под спиною — живое ущелье,
В аортах — слепая кутерьма.
Вдохнула махина — и сжались решетки,
Стекает по кости мазут.
Чистильщик сбился, запутав в четки
Числа минут и секунд.
II
У него нет лица. Только жест и глагол:
«Извлечь», «Удалять», «Разрывать».
В пальцах левой руки — костяной помол,
Три из пяти — рукоять.
Двенадцать ступеней. Дренажный затор.
Сгусток сомкнул челюста́.
Башня латает свой ржавый узор,
Он в ней — сорняк у моста.
III
Крюк и лопатка. Зеркальный оскал.
Восемь кругов он правил металл.
Там, где затылок привычно стрелял —
Компас дорогу шептал.
Воздух как падаль. Тягучий мазут.
Рот пережевывал скрип.
В узком сосуде, где Бога не ждут,
Слышится вкрадчивый всхлип.
IV
Стены стальные вросли в синеву,
Пульс — в человеческий локоть.
Башня живая. Ты в ней — наяву —
Только лишь винтик и копоть.
В горле застрял костяной монолит,
Саван из ветоши, рванья...
Башня не дышит. Башня болит.
Громом исходит земля.
V
Лезвие в вену — и черная кровь
Хлынет на серую грудь.
Запах древнее, чем слово «любовь»,
Древле, чем страха суть.
Выдрать! Протолкнуть! Очистить проход!
Гной оседает на дно.
Там, под стопой, пустота его ждет —
Ей, в общем, всё равно.
VI
Снова решетка. Липкий покой.
Слизь облепила ладонь.
Но под лопаткой — сухой и чужой —
Вдруг разгорелся огонь.
Золото. Жар. Невозможный рассвет.
То, чего Башня не знает.



Отредактировано: 17.05.2026





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять