Особенная группа № 4

Катастрофа

Настя пришла на работу на пятнадцать минут раньше. Яна Константиновна гуляла, поскольку погода была хоть и промозглой, но без дождя. Дети рассредоточились по площадке обследовать окружающее. Мирон стаскивал под горку найденные на площадке стеклянные камешки, за ним бегали Толик и Ванечка. Толик мешал, Ваня – помогал. Федя обследовал клумбу и переселял крапиву за веранду. Девочки всей компанией строили какой-то невероятный торт и украшали его всем, что находили на площадке.
Коля просто наворачивал круги, периодически то прибегая обниматься с Яной Константиновной, то получал от девочек тарелку «каши», то подходил к Феде. К троице с камнями он не совался.
— А Пантелеймон где?
— Дефектолога терроризирует.
Собственно Пантелеймон по своему обыкновению просто был собой. Добросовестно сортировал камушки, строил пирамидки и матрёшки, переписывал буквы и цифры, читал даже. Сбивался, терял и путал буквы, но читал. Дефектолог пыталась с него стрясти связное предложение, но Пантелеймон не видел никакого смысла размазываться и объяснять то, что и так видно.
— А комиссия?
— Планы смотрит, группы изучает.
— Я так и не спросила. А комиссия в курсе наших… особенностей?
— По документам у нас группа компенсирующей направленности. Так что эта — не в курсе. Вот в городской ПМПК у нас свои люди есть.
Тут подбежали Коля с Федей и продемонстрировали пластиковое ведёрко, на дне которого деловито копошился многоногий чёрный червяк.
— Яна Константиновна, а это кто? – спросил Федя.
— Похоже на многоножку. Отпусти её на землю за верандой. Они предпочитают темноту и сырость.
— Класс! А она ядовитая? – подошедший Толик посмотрел в ведро.
— Для людей – нет. Но руками лучше её не трогать.
— Такая интересная! – восхитился Федя.
— Быстрая. Мы её еле поймали, — Коля крутился у ведра.
— И страшная! – восхитился Толик.
— Пойдём тогда отнесём её за веранду. Её там наверное родственники ждут, стол накрыли комарами. Они едят комаров и мелких мух. На самом деле очень полезные существа, — предложила Настя.
— Идите отнесите аккуратненько, мы пока порядок наведём, — сказала Яна Константиновна.
***
Во время комиссии детский сад усиленно притворялся, что продолжает жизнь так же, как и раньше. Но всё равно напряжение было сильнее. Когда Настя и Яна Константиновна привели детей с прогулки, комиссия как раз дошла до их группы. Три солидные дамы с причёсками, на каблуках. Они придирчиво наблюдали, что происходит в раздевалке. Дети чувствовали напряжение и терялись.
Пантелеймон, которого как раз привели, тут же закрылся в своём шкафу. Коля за ним повторил. Из кармана Мирона посыпались камушки, он принялся их собирать, в процессе наступил на ногу Толику, тот рассердился. Случилась ссора. Яна Константиновна забрала мальчиков мыть руки и поговорить о случившемся.
Аня тихонько проскользнула за ними, в какой-то момент Настя её потеряла из виду и не на шутку испугалась.
Федя переодевался довольно медленно и изучал зачем-то подошву ботинка.
— Федя, без тебя всё съедят.
— Не съедят. Мою капусту всё равно никто не ест.
И это было не самое худшее. Худшее Настя заметила на подоконнике.
Издалека это смотрелось, как чёрная гусеница. С множеством ног. Настя украдкой вытолкнула её наружу. Вторая оказалась на стенке. И на потолке.
Комиссия пока была занята тем, как дети держат ложки и вилки. Как раскладывают хлеб…
— Анастасия Дмитриевна, вы не показывали рисунки?
Настя надеялась, что их не заметят.
— Нет.
— Ты вчера говорила про диагностику моторных навыков…
— А… Пойдёмте посмотрим, что там.
— Федя, договорись с ними, прошу тебя, — услышала Настя за спиной едва слышный шёпот.
— Пока никак. Они уже знают про мух.
— Их сейчас почти нет. С тараканами же ты договорился…
— Я с ними неделю договаривался. И искал вкусную помойку, — Федя вылизывал ложку.
Настя спешно вывела комиссию в коридор.
— В начале года… — начала говорить Настя.
— А ничего, что у вас ребёнок в шкафу сидит? – спросила одна из женщин.
— Пантелеймон, ты там отдохнул?
— Упадёт, — ответил он.
Как будто всего остального было мало. Пришла Елена Михайловна.
— Настя, вы не брали из кабинета основную программу? – строго спросила она.
— Там в тетради написано, что я взяла, верну к ве… — начала Настя. В этот момент ей на голову что-то упало. Настя подняла и почувствовала назойливое щекотание.
Она совершенно неприлично начала задыхаться и выбежала в коридор. Только там она заверещала. За ней заверещали дамы из комиссии.
— Безобразие! Как такое можно было допустить?! – добавила свою возмущённую ноту Елена Михайловна.
Пантелеймон втихую выбрался из шкафчика и пробежал в группу со словами:
— Ещё упадёт.
Только его не слышали.