Особенная в академии драконов

Глава 25. Тайное становится явным.

Глава 25.

Тайное становится явным.

Только прибыв в академию, я собиралась сначала немного отдохнуть, но меня остановил Влас:

— Отдохни, а чуть позже я к тебе приду. Отправимся в ещё одно красивое место.

Я согласилась и пошла в сторону комнат. Но по пути я попалась на глаза Виссариона, и он сказал:

— Не хотел бы тебя отвлекать от отдыха, но также и мне нужно поговорить с тобой.

Я ответила:

— Ничего, поговорю с вами и потом отдохну.

Ректор кивнул и показал рукой в направлении своего кабинета. И мы направились туда.

Но как оказалось, там нас уже ждал Харитон.
Мне было интересно о чем они хотят со мной поговорить, и почему тогда не сказали это, допустим когда мы были на тренировке.

Я прошла и присела на кресло.
Виссарион и Харитон сели напротив.

Переглянувшись друг с другом, немного помолчали. Что показалось мне странным. Но потом все же Виссарион заговорил:

— Тебе не знакома эта вещь?

И Харитон, сняв кулон положил передо мной.

И Ректор, положив рядом свой, уточнил:

— Либо же эта.

Я посмотрела на два кулона. Про один мне уже говорил Дерил. А на втором тоже была надпись, только "Х от Г".
И меня посетила мысль. Неужели это от матери? Неужели это и есть вещи, которые мне нужно найти?

Я захотела взять кулоны в руки, но на полпути остановилась.
Но Харитон сказал:

— Возьми, посмотри.

И я потянулась. Сначала взяла амулет Ректора. Он был в виде ромбика. И я заметила, что две части этого ромба открываются. Неужели там есть что-то внутри?

Я слегка надавила и кулон открылся.
Внутри была маленькая нить. И я такую уже видела. Это воспоминание.

Как же мне хотелось посмотреть, но я понимала, что не имею права.

После чего посмотрела кулон Харитона. Он был похожий, но слегка другой форму. В виде куба.
Я так же приоткрыла его и увидела нить.

Тихо вздохнув, я поспешила себя взять в руки. Посмотрела на преподавателей, сказав:

— Очень красивые кулоны. И весьма необычные. А что за нити внутри? Но в общем-то, я никогда не видела этих кулонов и совсем не знаю про них.

Виссарион, взглянув на меня, сказал:

— Дотронься до нити.

Я не спешила этого делать. Да и совсем не понимала почему вдруг он позволяет посмотреть его воспоминание.

Но он убедил:

— В этом нет ничего секретного. Просмотри два воспоминания и после мы зададим тебе вопрос.

Я, конечно же, заинтересовавшись, потянулась к первому кулону и дотронулась до нити.

Прикрыв глаза на долю секунды, вновь открыла.

И перед моими глазами был все тот же кабинет, только слегка другими предметами и их расположением. На диване, рядом друг с другом сидел молодой Виссарион и...мой отец.

Отец говорил:

— Вис, с Гелией все в порядке. Она скоро вернётся. Но я не могу сказать, что после её возвращения тоже все будет в порядке.

Вис напрягся, посмотрел на него и спросил:

— А что произойдёт? Скажи мне, брат. Вдруг я смогу помочь?

А? Брат? Он ведь просто так его назвал таким прозвищем? Они просто хорошие друзья?
Сколько же вопроовс к тебе у меня, отец... Я обязательно верну тебя.

Хорс тем временем улыбнулся, ответив:

— Ты же понимаешь, что, если я так говорю и не отвечаю на твои вопросы, ты не сможешь помочь. Никто не сможет.
Мы сами должны пройти через это. Таковы последствия.

Но пообещай мне только одно.

Виссарион вопросительно посмотрел на отца.

А он продолжил:

— Когда все пойдёт плохо, уходи. Я не смогу ответить на твои вопросы даже тогда. А я не хочу, чтобы ты отчаивался когда...

Виссарион переспросил:

— Когда? О чем ты? Что должно случиться?

Отец, сделав вдох, лишь сказал:

— Просто уходи. Вместе с Хари. Не стоит смотреть и пытаться что-то сделать. Пусть у тебя все будет хорошо, брат.

И после этого воспоминание развеялось.

А я про себя подумала:

"Не ужели Виссарион и Харитон что-то да знали. Отец поведал им, что что-то случится, но не сказал, что. Так почему, когда мне рассказывали про, весь этот случай и змея, говорили так, будто он чужой. Словно он монстр.
Хотя... Он ведь ничего не объяснил, что они могли подумать".

Воспоминание развеялось, и я открыла глаза.

Хотела для виду спросить, что это было и кто эти люди, но Харитон не позволил и сказал:

— А теперь посмотри второе.

Мне ничего не оставалось, как действительно взять нить.

И я вновь увидела воспоминание.
В кабинете находились Харитон и моя мать.

Гелия говорила:

— Брат, у меня к тебе будет просьба.

Он улыбнулся и спросил:

— Какая? Говори же, я сделаю все, что в моих силах.

Она продолжила:

— Постарайся долго не грустить. Если все пойдёт как нужно, то пройдёт время, и ты все узнаешь. Всё станет на свои места. Я надеюсь, что мы ещё с тобой...

Харитон с обеспокоенным видом посмотрел на сестру и спросил:

— Почему ты говоришь загадками? Что-то случилось? Почему я буду грустить? Мы с тобой что? Договори фразу.

Гелия улыбнулась и ответила лишь:

— Ты все обязательно узнаешь, но не сейчас. Я не могу сказать, не спрашивай.

Я тебя люблю, Хари. И береги себя.
Выполни обязательно мою просьбу. Не забудь про это.

И это воспоминание тоже стало исчезать.

А я все также думала о том, почему они все же не сказали, как есть. Лишь загадки. Или может они просто не имели права говорить. Тогда почему для меня отец все же оставил письмо и воспоминание. И благодаря им я все поняла.