Особенности заботы профессора Северуса Снейпа

Глава 1. Ньют Саламандер и его странности

Минерва Макгонагалл всегда любила учиться и продолжала это делать до сих пор. Новым увлечением стала психология. Минерва даже поступила во Французский магический университет. Большую часть времени она изучала ставшую одной из любимых науку дистанционно, в своём кабинете в Хогвартсе после занятий и многочасовых проверок домашних заданий. Ох, как полюбила она эти вечера с тёплым чаем, в который сами по себе прыгали чайная ложка и кусочки лимона. А два летних месяца она проводила во Франции.

У Минервы было много планов на изменение жизни в Хогвартсе. Она видела, как ученикам не хватает поддержки. Многие из старшеклассников, особенно из неблагополучных семей, ближе к последнему курсу были в растерянности и депрессии — Хогвартс, который всегда был домом и лучшим временем жизни для многих, вдруг переставал таким быть. Детям предстояло двигаться вперёд, но куда, и как теперь найти новый дом, как избавиться от щемящей тоски по старому? Макгонагалл были понятны и знакомы эти чувства. Она не исключала, что, оставив престижную работу в министерстве, сама в своё время вернулась в Хогвартс во многом из желания вернуться домой.

Но она, много лет наблюдавшая за одними и теми же проблемами, просто не могла с ними смириться. Во-первых, её смущала вражда детей с разных факультетов — уже давно было пора прекратить эти соревнования. Во-вторых, в Хогвартсе полностью отсутствовала система поддержки детей из неблагополучных семей или же страдавших от травли. Заручившись поддержкой старого друга, Ньюта Саламандера, Макгонагалл решила это исправить. Теперь она станет неофициальным психологом Хогвартса. И, первым делом, займётся проблемными отношениями преподавателя и студента, за которыми с самого начала следила с приподнятой бровью.

Но давайте с самого начала…

***

…Северус Снейп увидел письмо для мальчика почти сразу же, как зашел в кабинет Макгонагалл обсудить кое-какие детали их взаимодействия в преддверии нового учебного года. Но в кабинете её не было, лишь её перья в бешеном темпе выводили аккуратным почерком послания для будущих первокурсников, а затем эти письма сами по себе прыгали в конверты. На подоконнике их уже ждали несколько сов, а в кресле сидела главный домовой эльф Хогвартса — очень мрачное создание по имени Хадли Хохотушка, непонятно каким образом получившая такое имя. У камина прямо в воздухе переливался чёрными чернилами полный список детей, которые должны получить письма. И, как только где-то далеко ребёнок вскрывал конверт и дочитывал письмо до конца последнего предложения, напротив его имени в воздухе сама по себе ставилась зелёная галочка, а потом ещё одно перо делало запись в специальном журнале. Чуть дальше, в углу переливался красным цветом и мигал список детей, которые не получили письма. И там была сейчас только одна строчка: «Гарри Поттер. Чулан под лестницей, ул. Тисовая, 4, Литтл Уингинг, графство Суррей».

Не сводя глаз с этой строчки, Снейп положил на стол Макгонагалл пергамент. Что же, этот день должен был когда-то наступить, да и он знал, когда он наступит.

— «Чулан под лестницей», — произнес сидящий в кресле в ожидании Макгонагалл Флитвик, которого Снейп не сразу заметил. — Кто бы мог подумать… Гарри Поттер и чулан под лестницей.

Снейп отвернулся от алых букв.

— Вот уж я не думал, коллега, что он окажется в таких условиях, — продолжил Флитвик. — Эти маглы, видимо, обращаются с мальчиком крайне скверно. Никогда не слышал, чтобы дети жили в чулане. Возможно, нам следует об этом сообщить в отдел магического правопорядка?

Снейп не ответил.

— Ох, разрази меня гоблин, Северус, — сказал вдруг профессор заклинаний. — Вы только посмотрите на это.

Флитвик указывал маленький ручкой на портрет Макгонагалл, стоящий у книжного шкафа. Декан Гриффиндора на своем портрете была наполовину собой, наполовину — кошкой, особенную изюминку картине придавали розы на фоне и надпись: «Минерва Макгонагалл, которая гуляла сама по себе. С любовью, гриффиндорцы-выпускники».

— Если бы мне подарили такой портрет, полагаю, я бы тоже не стремился находиться в кабинете, — заявил Флитвик без тени злости.

В этом были все отношения Снейпа с Флитвиком. Нет, зельевар никогда не стремился вести светские беседы с преподавательским составом. Некоторые его боялись — особенно прорицательница Трелони, — некоторые недолюбливали. Но Флитвик, к собственному небольшому удивлению Снейпа, периодически мог что-то сказать зельевару, и, пожалуй, не ждал, что получит ответ. Создавалось впечатление, что низенький профессор-полугоблин был, что называется, себе на уме — его как будто мало интересовало, что о нем думают остальные. Но временами Снейпу казалось, что Флитвик не так прост, как кажется.

Вторым человеком, периодически заговаривающим с ним, был лесничий Хагрид. Великан был настолько наивным, что, пожалуй, искренне верил в свою возможность наладить отношения со Снейпом. На все язвительные слова Снейпа он лишь растерянно хлопал глазами, как ребёнок, которого неожиданно толкнул в коридоре мальчик, которому тот улыбнулся. Снейпа это периодически сильно раздражало — он в принципе не мог долго находиться в обществе малосообразительных людей. А однажды произошёл и вовсе из ряда вон выходящий случай — Хагрид прислал ему подарок на Рождество, как и всем остальным преподавателям.

— Дичь, — мрачно сказала Хадли Хохотушка за спиной Снейпа, когда зельевар с кислым лицом распаковывал в Большом зале деревянную скрипку с ладонь, сделанную Хагридом лично.

Скрипка часами сама по себе играла с помощью магии, а точнее — издавала ужасные звуки. Хадли выразила мнение, что ничего ужаснее она не слышала, щёлкнула пальцами и исчезла. И Снейп ей немного позавидовал.

…Он вышел из кабинета Макгонагалл, так ничего и не ответив Флитвику, дошёл до части территории школы, с которой уже можно было трансгрессировать, и исчез. Зельевар сам не знал, почему делает это. Город Литтл Уингинг встретил его прохладой, тишиной и одинаковыми домами с коричневыми крышами. Практически сразу он увидел неподалеку пожилого волшебника в синей пижаме, который пристально рассматривал карту в своих руках и периодически спорил со своим карманом. Естественно, Снейп сразу понял, что это был маг. И больше — что именно это был за маг.