Особенности заботы профессора Северуса Снейпа

Глава 11. Родительский день

Гарри пролежал в больничном крыле ещё полтора дня, но толком не вспомнил, что происходило. Он смутно помнил, как ночью над ним склонялась мадам Помфри, ещё по палате ходили неизвестные волшебники — целители из больницы святого Мунго. Что с ним произошло, никто ему толком не объяснил. Дамблдор сказал, что на него наложена порча, которую обязательно снимут.

— О, — сказал Гарри, осматривая забинтованную руку. — Это что-то не очень серьёзное, да? Вроде сглаза?

— Да, — помедлив, мягко сказал директор. — Наверное, кому-то не понравилось, что ты слишком хорошо летаешь на метле.

Наутро его пришли навестить половина Гриффиндора, Хагрид, Люпин, Сириус в обличье пса и Полумна. Гарри обратил внимание на то, что Снейпа не было. Впрочем, трудно было представить, что тот захочет прийти к Гарри в госпиталь, даже если узнает о произошедшем. Скорее уж росточек Невилла научится играть в квиддич. Мальчик покинул больничное крыло на следующий же день, локоть снова перестал болеть, а дальнейшие события и вовсе выбили из его головы мысли о сглазе.

Сириус сказал ему, что они с Дамблдором готовятся подавать иск о признании крёстного невиновным. Для этого они наняли сильного колдуна-адвоката из Германии, Фридриха Герехтихкайта, и проводили много времени с ним и Люпином в кабинете директора. Гарри знал об этом, следя за ними по Карте Мародеров. Он волновался. На его состояние стали негативно влиять и дементоры, постоянно кружащие вокруг школы — обстановка стала депрессивной и нервозной. Но изматывающие тренировки по квиддичу не оставляли много времени на размышления — он сразу проваливался в сон, едва опустившись на подушку, а ожидание зимних праздников немного поднимало настроение.

На отработку к Снейпу он пришёл вечером в день выписки. По его мнению, зельевар вёл себя слегка нестандартно. Но Гарри не мог понять, в чём именно. Отношение Снейпа к нему вроде бы не изменилось, но мальчик по-прежнему замечал его изучающие взгляды. Мальчику показалось, что Снейп осматривает его с головы до ног; к тому же, зельевар два раза за вечер просил показать ему руку, а потом ещё несколько раз словно случайно к ней прикоснулся. Снейп был какой-то изнемождённый, с кругами под глазами, как будто не спал ночами. И без того тощий, зельевар как будто ощутимо похудел.

— Мы будем готовить зелье для мытья полов Хогвартса, — сухо сказал он мальчику. — Вот ингредиенты, приступайте.

Они встали у соседних котлов и приступили к работе. Работа проходила в полном молчании. Снейп ничего не сказал до самого конца отработки, а потом просто кивнул в сторону двери, отпуская мальчика.

— До свидания, сэр, — сказал Гарри, не оборачиваясь.

Он знал, что не услышит ответ. Но взгляд, который бросил на него Снейп, показался ему обеспокоенным. Однако, наверное, было странно так думать, учитывая, что зельевар даже не приходил к нему в больничное крыло — хотя Рон ему сказал, что в тот вечер, когда ему стало плохо, Снейп его искал.

***

Тем же вечером Минерва Макгонагалл подготовила свой кабинет к очередной встрече с Гермионой Грейнджер. Она старалась не выделять никого среди детей, но девочка была её любимицей. Минерве не суждено было стать матерью, поэтому эти нерастраченные покровительственные чувства находили выход в общении со студентами, особенно с Гермионой. Минерва понимала, что у девочки блестящее будущее, и была рада видеть, как студентка смотрит на неё с ответным уважением и опирается на её советы.

Взмахом палочки Минерва зашторила окна, накрыла стол с горячим шоколадом, бутербродами, пирожными и превратила кресла в пуфики. Потом произнесла нужные заклинания, и большие зеркала на шкафах превратились в экраны, похожие на магловские телевизоры. Минерва наконец-то сняла свою остроконечную шляпу, опустилась на один из пуфиков и уставилась на экран, где несколько волшебников, эльфов и гоблинов в дорогих чёрных костюмах напряжённо спорили о чём-то.

Через несколько минут в дверь тихо постучали.

— Наконец-то, мисс Грейнджер, — мягко сказала Макгонагалл. — Я уже начала смотреть без вас.

— Извините, — смутилась Гермиона. — Я задержалась с Гарри и Роном.

Макгонагалл с удовольствием отметила про себя, что девочка смотрит на неё с робким почтением.

— Всё хорошо. Присаживайтесь.

— Профессор…

— Да?

— Я тут подумала — может, мы пригласим Полумну Лавгуд в наш клуб? Я её встретила в коридоре, мне кажется, ей одиноко.

— Зовите, конечно, — охотно отозвалась Минерва. — Можете ещё кого-нибудь привести.

Гермиона просияла и скрылась за дверью. Она быстро вернулась с заинтересованной Полумной и слегка смущённой Джинни Уизли. Закрыв за ними дверь, Гермиона указала на ручку палочкой, и на двери отобразилась надпись: «Всемирная ассоциация интеллектуальных ведьм Хогвартса «Шабаш». С мальчиками не входить».

— Как здорово, — радостно сказала Полумна, оглядывая помещение. — Надо только развесить талисманы для защиты от мерщерогих кизляков.

И девочка, не теряя больше времени, принялась за работу. Тем временем, Минерва, Гермиона и Джинни взяли себе по тарелке и опустились на пуфики. Сквозь стену к ним пришла Серая Дама, привидение Когтеврана, и скромно устроилась в углу.

— Кто ведёт? — нетерпеливо спросила Гермиона, глядя на магический экран.

— Пока знатоки. Команда гоблина Эрквуда очень сильна, — отметила Минерва.

— Давайте отправим сову со своим вопросом! — заговорщески воскликнула Гермиона с блестящими глазами и подпрыгнула от нетерпения. — Я такое спрошу! Сам Мерлин не отгадал бы.

— Мерлин отгадал бы, — пропела Полумна, вешая очередной талисман на ручки шкафов. — Впрочем, я могу спросить у него лично.

Джинни удобно устроилась на пуфике и открыла журнал «Ведьмины секреты», взяв его из стопки на столике. Столик с бешеной скоростью ездил по комнате сам по себе, предлагая им горячий шоколад, сладости, журналы и даже карты Таро. Макгонагалл скептически относилась к картам, но решила положить их, на случай, если девочки заинтересуются. В конце концов, дружеское неформальное общение со студентками тоже полезно, если ты их преподаватель. Так она сможет осторожно приглядывать за ними и выяснять, что их тревожит.