Особенности заботы профессора Северуса Снейпа

Глава 22. Мисс Томпсон

Снейп зашёл в учительскую будучи не в духе. Он хлопнул дверью и двинулся к своему месту, а его чёрная мантия зловеще колыхалась следом. К своему недовольству, он обнаружил на той части стола, где он обычно сидел, магическое украшение — декоративную металлическую конструкцию в виде болота, вокруг которого прыгали крохотные лягушки.

— Это ещё что? — спросил Снейп, поморщившись.

— Это украшение принесла мисс Морриган Томпсон, наш временный преподаватель заклинаний, — не глядя на него, ответила Макгонагалл, пролистывающая свой блокнот. — Ты считаешь его нецелесообразным?

— Отнюдь нет. Если цель была — заставить кого-то из преподавателей выброситься в окно. Я уже почти готов это сделать.

Макгонагалл не улыбнулась, а продолжила листать блокнот с записями — по-видимому, психологических сеансов. Остальные тоже были заняты своми делами — Хагрид в углу, весьма комично выглядящий в очках, вязал шарф для одной из своих тварей, Стебль поливала цветы, Трелони смотрела в прозрачный шар, не двигаясь и не моргая. А Люпин ободряюще улыбнулся Снейпу (тот, конечно, не ответил на улыбку).

— Потерпи немного, — тихо произнёс Люпин. — Я уверен, мисс Томпсон не захочет надолго тут остаться.

Это ещё почему? Но тут в учительской появилась сама временный преподаватель. Шаркая туфлями, которые ей были слишком велики, она, ничуть не смущаясь, прошла за стол и села напротив Снейпа.

— Спасибо, что подождали меня, — заявила она, хотя её, как про себя заметил Снейп, никто и не ждал. — Немного задержалась, корректируя расписание. Вижу, у вас в Хогвартсе не очень любят порядки.

Снейп приподнял бровь. Помона Стебль села рядом с новенькой и бросила взгляд на пергаменты в её руках, а потом воскликнула:

— Но ведь это моё расписание!

— Верно, — не моргнув глазом, ответила мисс Томпсон. — Помона, в вашем графике был жуткий беспорядок. Вам не стоит меня благодарить.

У Макгонагалл от этих слов на лбу появились три складочки, Хагрид выронил спицы, а Люпин поднял глаза и посмотрел на Снейпа, чуть заметно покачав головой. Снейп даже не сразу понял, что, сам того не ведая, он переглянулся с оборотнем.

— Э-э-эм… спасибо, — проговорила Стебль, уже вся багровая.

— Пожалуйста, — сказала мисс Томпсон и посмотрела на остальных. — Ну что, может, начнём собрание?

— Мы ждём профессора Дамблдора, — процедила Макгонагалл.

— Да? Хорошо. А пока его нет, я бы хотела поговорить о дисциплине, — мисс Томпсон поправила большие очки, украшавшие её бледное тощее лицо с тонкими бровями и жидкими каштановыми волосами, забранными в хвост. — Точнее, я бы хотела поговорить о дисциплине, которой нет. Я всего несколько дней здесь, а уже оставила после уроков нескольких человек. Фреда и Джорджа Уизли из Гриффиндора, пятый курс. Ещё одного пятикурсника Гриффиндора — Ли Джордона. И Гарри Поттера — Гриффиндор, третий курс. Минерва, а нельзя ли взглянуть на некоторые ваши записи по поводу психологического состояния детей?

— Разумеется, нет, — отрезала Макгоногалл. — Это абсолютно конфиденциальная информация.

— Жаль. Мне кажется, обнародование некоторых сведений могло бы нам помочь.

— Мне так не кажется, мисс Томпсон, — ледяным тоном произнесла гриффиндорский декан.

Но у мисс Томпсон не поубавилось уверенности в себе. Она скосила глаза, поглядывая на блокнот на той странице, где Макгоногалл как раз описывала проблемы первокурсника, который боится высоты, чтобы составить для него индивидуальную программу занятий по полётам на метле. На другой странице было написано про маглорожденную третьекурсницу с параноей — ей постоянно казалось, что её собеседники — не те, за кого себя выдают, а просто принимают Оборотное зелье. Страхи разрослись до таких масштабов, что девочка стала сомневаться в реальности происходящего вокруг себя и задумалась о том, не находится ли она сама и все остальные под какими-то чарами. Волшебный мир, обрушиваясь на ребёнка, может подтолкнуть его к разным мыслям. Заметив взгляд мисс Томпсон, Макгоногалл с каменным лицом захлопнула свой блокнот.

Снейп ничем не выдал своё наблюдение за происходящим. К счастью, Люпин задал мисс Томпсон тот же вопрос, который интересовал и его:

— А за что вы наказали Гарри Поттера?

— Он засыпал на уроке. В итоге мне пришлось попросить его выйти из класса и поставить ему неуд. Вы знаете, я считаю, что детей надо приучать к строгой дисциплине с самого начала, какими бы знаменитыми с самого детства они ни были.

— Но ведь, если мальчику стало плохо, его надо было отвести в больничное крыло, а не наказывать, — спокойно предположил Люпин.

Мисс Томпсон поправила очки.

— Вы знаете, Ремус, я хорошо знакома с психологией подростков.

— Вот как. Что же, это похвальная рекомендация. У вас есть дети? — дружелюбно поинтересовался Люпин, весьма располагая к разговору.

Снейп продолжал слушать.

— Нет, но я читала много книг на эту тему, — сказала мисс Томпсон. — И глубоко убеждена — им не будет идти на пользу, если потакать их капризам. Знаете, они не ценят, когда видят доброту по отношению к себе. Извините, а где здесь дамская комната?

— Вон там, — любезно подсказала Макгонагалл, показывая не в ту сторону. Оттуда можно было дойти только до дальнего туалета, пройдя весь этаж.

Когда новая преподавательница, шаркая туфлями, закрыла за собой дверь, Помона Стебль громко вздохнула, Аврора Синистра хмыкнула, а Хагрид бросил спицу на стол с громким возгласом:

— Вот ведь, да! Принесла нелёгкая…. Как будто нам было мало, да, василиска год назад.

Северус, сам того не осознавая, снова позволил себе переглянуться с Люпином, но быстро отвёл глаза. Кем бы ни была эта мисс Томпсон, его не покидало ощущение того, что она невзлюбила его ребёнка. И Снейп, в свою очередь, сам проникся к ней антипатией.