Особый курс: Мыть или бить?

Глава 3

Больше всего на свете, выходя из проклятой аудитории, я боялась расспросов Эльтейн. Врать подруге не хотелось. И так скоро утону во лжи. А сказать правду было совершенно невозможно. Никто не должен был знать про то, что Логан совсем не тот, за кого себя выдает. И что в прошлом мы были знакомы. А особенно о том, что он требует от меня сейчас. Я уныло плелась по коридору на следующую пару, как будто на казнь. И молила всех богов, чтобы они помогли мне избежать допроса подруги. Удивительно, но боги откликнулись. Правда, их чувство юмора оказалось весьма… специфичным.

Коридор Академии гудел привычным хаосом: куда-то спешили студентки, переговариваясь между собой, кто-то пытался жонглировать светящимися шариками, а в воздухе витал слабый аромат подгоревшего зелья. Я свернула за угол, погруженная в свои мрачные мысли, когда вдруг мои ботинки начали… прилипать к полу. Это еще что за?..

Я остановилась, чтобы осмотреться, и это стало для меня серьезной ошибкой. Пол подо мной стал вязким, как болото, и мои ноги намертво увязли в чем-то липком и пахнущем клубничным джемом. Я дернулась, пытаясь сделать шаг, но обувь только издала жалобный чпок. Пол вокруг блестел как зеркало, покрытый густым слоем сладкой массы, будто кто-то разлил целую бочку джема.

Паника снова накрыла меня, но теперь смешанная с абсурдным желанием расхохотаться. Серьезно? Я только что пережила разговор с Логаном, впереди маячит не самое радостное будущее, а я застряла в какой-то дурацкой ловушке?

— Это что еще за напасть? — пробормотала, чувствуя, как паника смешивается с нелепостью ситуации, а из груди рвется нервный смешок. И тут до меня донесся шепот из-за угла.

— Лисса, ты точно правильно произнесла заклинание натирания паркета? — девичий голос дрожал от тревоги. — Оно должно было сделать пол блестящим, но не липким!

— Я… почти уверена, — отозвалась Лисса, но ее тон выдавал сомнение. — Может, я случайно сказала джемус вместо глемус? Ой, Мира, нам конец! Тренироваться вне лабораторий запрещено!

— А раньше об этом вспомнить можно было? — пробурчала я себе под нос. Вот влипла! Причем, в прямом смысле этого слова…

Это явно студентки второго курса решили попрактиковаться перед началом учебы в коридоре, позабыв про то, что это строго запрещено. Первый курс еще ничего не знает и не умеет. А третий уже научен горьким опытом подобных глупостей. Печально, что я угодила в эпицентр этой магической катастрофы. Да надо мной теперь все знакомые до зимы будут потешаться!

Мои ботинки теперь были погребены в клубничной липкой массе, а подол юбки медленно пропитывался сладким месивом. И я бы охотно сняла обувь, чтобы сбежать до того, как кто-то из преподов застукает меня здесь. Но… Уверенности в том, что босые ноги не постигнет участь ботинок, у меня не было.

Я попыталась еще раз оторвать ногу от пола, но только глубже увязла. Сердце колотилось — теперь от ужаса, что я так и останусь памятником посреди коридора. До тех пор, пока меня не освободит кто-то из преподавателей. Позор-то какой! Выпускница влипла как муха в клубничный джем!..

У богов точно очень своеобразное чувство юмора. Потому что в этот момент из-за угла до меня долетел очень знакомый цокот каблуков. Куратор Биара. Это конец!.. Ее шаги приближались, как барабанная дробь перед казнью. Я зажмурилась, молясь, чтобы она прошла мимо, но судьба оказалась неумолима. Видимо, в запасе у богов было для меня только одно выполненное желание. Несмотря на все мои молитвы, Биара появилась из-за угла призраком грядущих неприятностей, ее преподавательская мантия развевалась как флаг.

Куратор пребывала не в духе, и ей потребовалось лишь одно мгновение, чтобы оценить открывшийся вид:

— Делла Джеймисон! — рявкнула она, делая шаг ко мне. Зря. — Что ты… — Фраза оборвалась, потому что в этот момент нога Биары ступила на джем. Каблук скользнул, и с возмущенным воплем преподавательница рухнула на четвереньки, прямо в липкую клубничную лужу. Но хуже всего было то, что книги из ее рук тоже шлепнулись в сладкую ловушку.

Картина оказалась достойной кисти самого известного живописца. Мне пришлось зажать себе рот, чтобы не рассмеяться, но это было ошибкой. Биара подняла голову как раз вовремя, чтобы увидеть мой жест, и ее глаза буквально почернели от злости. Я поняла, что сейчас мне точно придет конец.

— Это не я! — пискнула в панике я, все еще пытаясь отодрать ботинки от пола. — Это Лисса и Мира! Они тренировались с заклинанием натирания паркета и… ошиблись!

В качестве подтверждения моих слов из-за угла донесся сдавленный визг, а потом топот. Лисса и Мира, видимо, поняли, что их раскрыли, и теперь улепетывали со всех ног. Но не тут-то было. Биара, все еще стоя на четвереньках, рявкнула заклинание, и за углом полыхнуло алым. В тот же миг двух студенток буквально вынесло магической волной из-за угла, их волосы теперь сияли неестественным зеленым светом — побочный эффект гнева куратора. Но это было еще не все: две дурочки явно позабыли о творении рук своих и тоже с размаху влетели в сладкую ловушку! Просто прелестно…

— Вы трое! — прошипела Биара, пытаясь встать, но ее руки скользили в джеме, и она с громким шлепом плюхнулась обратно, теперь уже усевшись в липкую массу. — В мой кабинет! Немедленно!

И как мы должны выполнить приказание Биары?

Я, все еще приклеенная к полу, подумала, что боги, похоже, решили, что это и есть их "спасение". Если Логан меня не добьет, то Биара точно превратит в жабу. Или еще хуже, в клубничный пирог.

В этот миг коридор неожиданно озарился мягким голубым светом. Я обернулась и увидела пожилого профессора Тильвина, декана кафедры бытовой магии, в его неизменной мантии с вышитыми звездами. Брови Тильвина взлетели вверх, когда он оценил масштабы катастрофы: я, намертво прилипшая к полу, Биара, сидящая в джеме с видом оскорбленного дракона, и Лисса с Мирой, чьи зеленые волосы теперь напоминали светящиеся водоросли.

— Ох, юные маги, — вздохнул Тильвин, потирая виски. — Самостоятельные тренировки, полагаю? И, конечно, вне лаборатории. Что на этот раз пошло не так?