Особый вайб злодейки

Глава 7

Плеск воды отвлёк меня от вязания, когда я, сидя в кровати, невольно углубилась в свои мысли.

— Сеньора, — позвала Линда. — Вы бы поменьше спорили с ним, иначе слухи всякие ходят о монсеньоре Матео, говорят, он вхож к самому королю.

— Он тот, кто управляет из-за спины монарха, — вздохнув, я признала очевидное. — Воевать с ним — себе дороже. В этом ты права.

— Задобрите его, ведь ваши края плодородны, энкомьенды приносят много провизии и хлопка, а к северу Ново-Кордильер найдены серебряные рудники.

— И именно там совсем недавно разграбили очередное святилище Виракочи. Инки будут мстить за надругательство над местом преклонения божествам.

— Ханнан Пача, — ответила Линда. — Боги небесные.

— Ты что-то об этом знаешь?

— Я родилась здесь, — она вздохнула, намыливая вторую руку. — Инки — высокоразвитая цивилизация, поклоняющаяся множеству богов, в том числе звёздам, которые неизвестны нашим учёным. Жрецы инков ведут звёздный календарь, чтобы знать, когда сеять и когда собирать урожай. Это очень ценные знания, которые нам тоже стоило бы изучить. Но, к сожалению, борцы за чистоту нашей веры не допустят, чтобы хоть крупица этих знаний просочилась в Старый свет.

Тотчас в комнате повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь плеском воды и тихим гулом сквозняка.

— Поразительно, как они догадались выращивать овощи на террасах в горах, — сменила тему я.

— Вода, она стремится в низину с гор, оттуда, где замерзают ледяные шапки. Вы не представляете, какие это мудрые люди.

Вздохнув, я посмотрела на пряжу в моих руках, созданную из хлопка. А тот в свою очередь был выращен на энкомьендах семьи де Сота. Не будь нас здесь, эти люди жили бы себе и дальше, не зная бед.

— Киноа, топинамбур, кукуруза, — перечисляла Линда между делом. — Помидоры, перец и бататы, агава и бобы, урожай, достойный королевского стола. Монсеньор бесспорно знает, зачем он сюда прибыл.

— Бесспорно. — Я отложила вязание в плетёную корзинку и аккуратно поправила спицы, чтобы не спустить последние петли. — Но я не вижу возможности с ним сотрудничать. Он захватчик, и я ему нужна лишь в роли послушной марионетки.

— Но если ничего не предпринять, то ваши враги добьются своего, — тихонько шепнула она и тотчас умолкла, словно боялась своего голоса.

— Говори.

Встав, я прошла к кадке, чтобы подать простынку для вытирания. Окончив мылить верхнюю часть туловища, Линда посмотрела на меня вопросительно.

— Я не тороплю, подошла, чтобы ты не кричала.

Отведя взгляд, я уселась на стул и тихонько вздохнула.

— Мне надо знать всё, чтобы принять правильное решение в этот раз. Поэтому, прошу, расскажи мне всё. Я тебя не предам.

История шла совершенно по другому сценарию. Что-то я не припомню такого разговора между нами. И именно поэтому интуитивно чувствовала: нужно дознаться всей правды, которую она может мне сообщить, какой бы чудовищной та ни была.

— Идальго, — шепнула Линда. — Они что-то затевают.

— Что тебе известно?

— Могу лишь поклясться своей жизнью, — произнесла она, и я уловила в её глазах страх, не виданный никогда ранее.

— Не нужно говорить так. — Я вздрогнула, припоминая прошлое. — Просто скажи, что ты увидела, о чём подумала. Мне важно знать всё.

— Они покидают крепость в сопровождении стражников и зачастили на энкомьенды. Или же всё дело в новом святилище…

— Имеешь в виду золото? — развивала я мысль. А в голове стали всплывать краткие воспоминания увиденного. — И правда, Виракоча — одно из главных божеств пантеона инков, сотворитель мира, а золота привезли, — но тут я поправилась, — точнее, привезут в два раза меньше. Они перепрячут часть богатств? Но зачем? Им нужна будет плавильня и новое клеймо, чтобы переправить награбленное на континент в обход учёта. Квинто реал, пятая доля полагается королю от всех завоёванных богатств. Описи золотого имущества строжайше регламентированы, а за процессом переплавки следят люди короля, они неприкосновенны и путешествуют вместе с монахами, которые в свою очередь тоже следят за долей завоёванного имущества, отведённой для церкви.

— Поэтому и могу лишь поклясться, интуиция мне подсказывает — назревает нечто страшное.

И в этом она бесспорно права, но рассказать ей всё, увы, не могу.

— Я верю тебе.

Медленно поднявшись со стула, я прошла к окошку и застыла, прислушиваясь к шорохам и непривычным звукам. Ругань, лязг и странное шорканье, словно с каменной поверхности соскребали слой за слоем.

— Что там происходит?

— Не ходите, — взмолилась Линда. — Они уже начали действовать.

— Кто они?

— Я не знаю, сеньора. Но вот о чём хочу вам рассказать. Ваше чёрное траурное платье, в котором вы провожали сеньора Векила, а затем и «mala mujer» Ильву, оно исчезло.

— Украли.

Увы, мне не впервой слышать об этом. В прошлый раз я узнала об этом только тогда, когда стала его искать, чтобы проводить супругу Льеро Черро в последний путь.