Остались только мы?

17 - Живы

План воплотили в полном объёме. Первые полчаса люди действительно лежали где упали. Даже не шептались. Просто приходили в себя и молчали. Только Командир достал из кармана бандану и плотно замотал ей левую руку, постоянно морщась от боли. И лишь Сапёр обратил на это внимание.

Вопреки тому, что Дреккер всё это время думал о том, что нельзя расслабляться и нужно дозарядить магазины, а только после валяться, все слишком устали. Даже он сам. Поэтому его ударная деятельность, после перевязки, ограничилась лишь удручающими размышлениями о своей участи. Теперь не оставалось никаких сомнений. Не дойдёт с очень большой вероятностью, как и Пират. Значит, требовалось продвинуться как можно дальше. А уже потом решить, кому передать драгоценный диск и все инструкции. Внизу всё ещё бесновались Спящие. Зато закончился дождь.

В такие моменты однозначно следовало радоваться, что твари не имели пальцев, а значит старая добрая лестница становилась непреодолимым препятствием. Так и вышло. Конечно, позже у них возникнет важный вопрос: а как спуститься вниз? Ведь там всё заполнено монстрами. Только это будет потом. Для начала… они выжили. Пока этого вполне хватало, чтобы спокойно отдохнуть.

Продолжая соблюдать тишину, Арбалист по отмашке раздал имеющиеся ягоды, что помогло ещё немного повысить боевой дух. Кто бы мог подумать, что такая банальная вещь окажется серьёзной радостью для взрослых мужчин? Маленькие радости на каждый день. Только Пират не стал есть. Просто некоторое время смотрел на ягоды отсутствующим взглядом, а после ссыпал их в предложенный пулемётчиком мешочек и убрал в нагрудный карман.

Дождавшись, когда чудовища, наконец-то, впадут в свою спячку, люди помалу начали свою тихую деятельность. Сперва провели осмотр внутренней части башни. Выходить на опоясывающий её балкончик пока не спешили. Укрепления, явно возводили наспех, а позднее основательно доработали и создали некое подобие минимального комфорта. Нашлись сгнившие остатки стульев, какие-то ящики, труха от ведра. В углу стоял небольшой столик с радиостанцией. Её кто-то варварски разломал, вырвав провода и разбив всё, что только можно. По углам валялись гильзы. Затем выжившие нашли особо ненадёжные или скрипучие места наверху, запомнили их и держались подальше. Хотя бы не давить всем весом.

Финалом их своеобразного отдыха стало решение вопроса с патронами. Доступные боеприпасы пересчитали, а имеющиеся магазины снарядили. Все манипуляции производились неспешно и как можно тише. Никаких громких лязгов затворов и прочее. Для сохранения тишины к каждому оружию брался отдельный патрон, который вставлялся прямо в ствол через окно выброса гильз. Постреляли, конечно, изрядно, но пока всего хватало. И рюкзаки стали несколько легче. Как всегда, нашлись свои плюсы.

— Закат через четыре часа, — шёпотом сообщил соратникам солдат. — За это время нам нужно уйти отсюда как можно дальше.

— Нам ещё вниз как-то надо сползти с нашими-то баулами, — напомнил ему Сапёр. — Это будет непросто.

— Это будет долго, — вздохнул командир, понимая, что потеря времени может оказаться ощутимой. А перемещаться ночью — не самая лучшая идея. Даже с учётом того, что у людей снова была фора благодаря обрушению моста. Та фора, о которой знал только он. Каждый день лидер группы просыпался с мыслью, что нужно всё рассказать остальным. Они имели право знать. Правда, имеющиеся протоколы не терпели иного толкования, кроме написанного. Полная секретность до самого конца пути.

— Слишком долго, — сказал Арбалист, поднимаясь на ноги и подойдя к столу с обломками радиостанции. Что-то там выбирал. Сапёр и Дреккер непонимающе переглядывались, но соратнику доверяли.

Закончив свои поиски, здоровяк вернулся в импровизированный круг с какой-то катушкой. Выглядела она увесисто. На молчаливые вопросы от спутников пулемётчик подбросил предмет в руке.

— Уберу их от башни.

Прежде чем кто-то успел сообразить, что происходит, Арбалист вышел на балкончик, чуть не наступив на осколки от линзы прожектора, что валялся тут же.

Все, кроме Пирата, бесшумно появились за широкой спиной товарища. При этом ни Дреккер, ни Сапёр не пытались остановить здоровяка. Не из страха, а из доверия к тому, с кем пройдены многие и многие километры.

Прикинув расстояние, траекторию и прочие важные моменты, шахтёр размахнулся и зашвырнул катушку в сторону моста. Не дожидаясь приземления снаряда, он тут же спрятался за бортами балкончика. Попадание вышло достаточно метким. Бобина звонко ударилась о металлическую конструкцию моста, создав достаточный уровень шума для Спящих.

Поднялся вой, заставивший всю группу юркнуть обратно внутрь башни. Даже смело вышедший наружу пулемётчик вполз в помещение. Слышать этот звук, который мог легко стать последним, что они услышат, настолько близко люди уже отвыкли.

Даже ставший спать больше прочих Пират проснулся, попытавшись схватиться за пистолет-пулемёт. Его знаком остановил лидер команды. Стрелять ещё рано. Все четверо не сговариваясь схватились за оружие и обняли его как самое ценное в их жизни. Некоторые монстры, пробегая мимо, бились об опоры башни, заставляя сидящих наверху каждый раз вздрагивать от страха. Если башня рухнет, то люди не просто окажутся среди монстров, но и будут при этом почти беззащитны из-за травм.

Несмотря на постоянную тряску, убежище выстояло.

— Мы ещё живы, мужики. Мы ещё живы, — бормотал Сапёр, закрыв глаза.

Дреккер молча скрипел зубами, а Арбалист зажал уши руками и зажмурился, словно сейчас это всё быстро закончится. К счастью, этого не случилось. Наверху пришлось сидеть ещё не меньше часа. Этот отрезок времени определённо не стоило считать самым лучшим в жизни четвёрки. Как потом выяснилось, — игра стоила свеч. Враги в основной своей массе убежали к мосту, освободив спуск вниз. Отдельные особи, конечно, стояли достаточно близко. Прикинув на глаз расстояние, выжившие решили, что первый спустившийся попробует поймать момент, чтобы ликвидировать угрозу.