Остановка "Любовь"

Даже не мечтай (автор Таня Лашина)

Представляем пятый рассказ автора Тани Лашиной!

Даже не мечтай

Все события и персонажи вымышленные, любые совпадения с реальными людьми и событиями случайны.

Он ворвался в пространство у стойки ресепшена, как ураган, сметающий всё на своём пути. Нагло, с размахом звезды, устроился перед сотрудником отеля, даже не удостоив меня взглядом. Я же стояла здесь всего секунду назад, пока он не подскочил и не оттеснил меня в сторону, заняв собой всё пространство.

Первые секунды я просто остолбенела от такой беспардонности. Кажется, даже рот от возмущения открыла, но слова застряли в горле. Возможно, простояла так с глупым видом слишком долго. Парень за стойкой, опомнившийся раньше меня, словно умолял взглядом не устраивать сцену со звездой. В его глазах читался неподдельный ужас — страх перед гневом знаменитости, способной одним словом разрушить его карьеру.

Но сердце ёкнуло — я узнала его мгновенно, и это узнавание отозвалось во мне странной смесью восторга и разочарования. Мне не нужно было всматриваться в черты человека, фильмы с участием которого я знала почти наизусть. Каждая линия его лица, каждое движение, его руки... Боже, эти руки! Я могла часами следить за ними на экране, представляя, как они касаются не актрисы, а меня, с той нежностью, которую он так гениально изображал. Из соцсетей, где я тайком за ним подсматривала, знала, что Курт мой ровесник, не женат, пропадает в спортзале, с головой погружен в любимую работу. Он сам вылепил себя таким — неотразимым, брутальным, идеальным. И теперь половина женского населения планеты вздыхает по Курту Кая, звезде турецких сериалов, поклонницей коих я недавно стала.

И вот я здесь, на турецком побережье, в роскошном отеле. Решила, наконец, сбежать от всех и всего. И, надо же, какая ирония! Судьба с её извращённым чувством юмора привела меня на другой конец света, чтобы столкнуть нос к носу с тайной мечтой.

Больше десяти лет я организую концерты и фестивали высшего уровня в стране. Обожаю свою работу. Это непередаваемое чувство — когда всё, что ты вынашивал месяцами, собирал по крупицам, объяснял своей команде, срабатывает идеально. Когда по взмаху твоей руки происходит магия, сотни людей работают как один, а зрители реагируют именно так, как ты задумал. Я бы не променяла это ни на что. Винила ли я работу в том, что у меня нет семьи, детей? Возможно, глубоко внутри, в те самые тихие, уязвимые вечера, когда пустота в квартире становилась почти осязаемой. Но это был мой осознанный выбор. Я хотела отдаться карьере и дарить радость другим. И до сих пор этого хватало. Счастливы клиенты — счастлива я. И, замечу, не только счастлива, но и финансово независима.

По работе я повидала много звёзд. Но у меня никогда не возникало желания подбежать за автографом или селфи. Звёзды для меня — обычные люди. Со многими я знакома лично, мы дружелюбно общаемся. Зачем мне фото с незнакомцем, пусть и известным на весь мир? Я предпочитаю делать вид, что не узнаю их, понимая, что и им так спокойнее, особенно на отдыхе, когда хочется уединения. Но, по моему мнению, подобное их поведение не приемлемо.

Перебрав в уме все эти мысли, вдоволь насладившись видом спины перед собой, я решила постоять за себя, сделав вид, что не знаю никаких таких звезд, как Курт Кая.

— Простите за прямоту, — голос прозвучал твёрже, чем я ожидала, наполненный холодной сталью решимости, — но я здесь стояла. И мы ещё не закончили наш разговор с этим молодым человеком. Думаю, Вам стоит подождать своей очереди. — Я сказала это на своём далёком от идеала английском, глядя в затылок этой зазнавшейся звезде. Парень за стойкой побагровел так, что это проступило даже через его смуглую кожу. Кажется, он перестал дышать.

— Вы что, не узнали меня? — Он повернулся, и его невероятные карие глаза уставились на меня. Они были ещё более пронзительными вживую, глубокими, но в них не было и тени тепла, которое я так любила в его героях. Он окинул меня наглым взглядом с ног до головы. Этот взгляд был словно холодный душ, смывший последние остатки благоговения. Ну да, я не икона стиля. Моей фигуре далеко до его подружек и партнёрш. Она у меня самая что ни на есть обычная. Непокорная рыжая грива собрана в небрежный пучок, на лице минимум косметики — для перелёта самое то. Я на отдыхе, мне не до боевого раскраса. И одета попроще, для удобства. Короткие шорты и растянутая майка — идеально, чтобы отдохнуть от строгих костюмов и вечерних платьев.

— А с чего бы мне Вас узнавать? Мы знакомы? — я изобразила удивление, сдобренное порцией высокомерия, заставляя себя смотреть прямо в эти надменные глаза, чувствуя, как внутри всё сжимается от противоречивых чувств.

— Нет, не знакомы. Но я уверен, что сотрудники отеля с радостью обслужат меня вне очереди. А ты пока можешь подождать в сторонке. — Он снова повернулся к стойке, отмахиваясь от меня, словно от назойливой мухи. Мол, диалог окончен, сиеста для плебеев началась.

Внутри у меня всё закипело, гнев смешался с разочарованием, создавая гремучую смесь. — Похоже, Вы меня не расслышали. Я здесь была первой, а Вы грубо прервали наш разговор. Поэтому предлагаю Вам извиниться и присесть на тот диванчик, чтобы дождаться своей очереди с комфортом. — Господи, он оказался совсем не таким! Неужели этот моральный урод так гениально перевоплощается на экране в того самого идеального мужчину, о котором вздыхают миллионы женщин? Во мне что-то оборвалось — наивная, восторженная девочка, жившая внутри, сжалась в комок и тихо заплакала.

— Дамочка, вы что-то недопонимаете. Меня здесь обслуживают без очереди, когда я этого пожелаю. — В его голосе зазвучали нотки раздражения. Моя персона явно начала действовать ему на нервы, и в этом была пусть маленькая, но победа.

— Слушайте, если у Вас денег чуть больше, чем у меня, это не значит, что персонал должен падать перед Вами ниц, отодвигая меня. Я тоже заплатила за свой отдых. Я такой же клиент, как и Вы. Нет, даже лучше — более воспитанный и приятный. — Я с лёгкостью, от которой сама удивилась, сдвинула этого опешившего актёришку в сторону и уверенно заняла своё место у стойки. Моё тело действовало на автопилоте, ведомое многолетним опытом выстраивания личных границ в мужском мире бизнеса. Бедный Джан, так звали парня у стойки, кажется, покрылся испариной. Он явно боялся оказаться виноватым и потерять работу. И я его понимала — с этой горы мышц станется уволить любого, кто посмел перечить.