Останься Собой Иной

Глава 3

До рассвета мы не сомкнули глаз. Как только луч солнца скользнул по макушкам деревьев, я спустилась и проверила силки. Крупный заяц ещё пытался выбраться из западни, но я не дала ему мучиться и свернула шею. Ник спустил собаку и вещи. Я развела костёр и обмазывала специями разделанную тушку зайца.

Позавтракали мы плотно и протолкнули еду сладким и горячим чаем. Должно хватить до вечера.

Сейчас примерно четыре часа утра, наверняка люди ещё спят. Если повезёт, то можем проверить обстановку незаметно.

— Проверим сначала ближайшие дома или дойдем до людей? — я решила посоветоваться с Ником. — Если они сейчас спят, то можем остаться незамеченными.

Пока мы выходили из леса, Ник все время молчал, и я уже подумала, что он меня не услышал. Но всё это время он взвешивал все «за» и «против».

— В любом случае, если там плохие люди, то нам придётся бежать. С тележкой далеко не уйдёшь. Оставим их на окраине и проверим тот дом с людьми, — наконец выдал идею мальчик.

— Тогда найдём хотя бы несколько консерв или ещё какой еды, чтоб можно было на несколько дней затаиться в лесу, — всегда должен быть запасной план и запас еды. Голодным в лесу не останешься. Дичи полно, но костёр может выдать наше местоположение в случае слежки.

Оставив тележки, сумки и баллон на окраине леса в густой траве, мы двинулись по заброшенной деревне. Зашли в первый попавшийся бревенчатый дом. В доме было тихо и пахло сыростью. Крыша прогнила и провисла, полы скрипели, пауки таращились на незваных гостей. Проверили на цыпочках все комнаты и двинулись в самую интересующую нас часть дома. Кухня была просторной: овальный стол, семь стульев вокруг и два лежали у окна. Я открыла работающий холодильник и оттуда обдало зловонной кислятиной до тошноты, поспешно закрыла дверцу и отошла на пару шагов для передышки. Морозилку проверять пока не буду. Если повезёт, то проверим каждый угол на обратном пути.

Здесь были продукты и мебель, а значит эти люди проездом. Ну или проходом, как это теперь называется, хрен его знает. Открыли все дверцы и нашли три банки консервированной свинины, две куриные, две рыбные, три банки гречки и даже банку персиков. Захватили две закрытые пачки крекеров. О, Боже! Даже две плитки молочного шоколада. Я готова была съесть плитку здесь и сейчас, но глотая слюни, затолкала её в сумку. Распределили продукты по рюкзакам и закрыли шкафчики. Довольные находкой вышли из дома и двинулись к дому на краю деревни.

Выйдя на прямую дорогу, ведущую к дому, мы достали оружие и медленно шли, прикрываясь травой и кустарниками. Заросли могли сдать нас с головой, но другого выбора у нас не было. Каждые десять метров я снимала винтовку с плеча и осматривала дом из прицела. Но, казалось, он был пуст, в чём я очень сильно сомневалась — и не зря.

У проржавевших ворот мы остановились и долго прислушивались, пытаясь уловить хоть писк или голосок. Может та жертва, которую наверняка мучали этой ночью, подаст хоть какой-то сигнал, или может амбал снова выйдет подышать воздухом, и мы пристрелим его или возьмём в заложники.

Интересная компания из девушки хрупкого телосложения, десятилетнего мальчика и молчаливой собаки пытается захватить целую ораву мужиков, чтобы спасти возможную жертву. А может девушка была уже мертва, а крик, что мы слышали был последним? Получается, я собственноручно прикончу нас из-за жалости к другим и собственного любопытства. Супер! Но, естественно, дать заднюю я уже не могла из-за надежды на лучшее. Слабоумие и отвага в чистом виде.

Трогать ворота мы не стали, не хотели быть обнаруженными из-за скрипучих петель. Обошли дом и нашли брешь в заборе. Тут даже была видна еле уловимая примятая трава, значит их не так много, как я думала. Может три-четыре человека.

Мы подошли к дому на четвереньках очень медленно, чтобы как можно меньше быть замеченными.

— Ник, побудь здесь с собакой, если я…

— Нет! Мы пойдем с тобой! — оборвал меня мальчик шёпотом, чтобы не привлекать внимания.

— Если их там много, то нас убьют или будут мучить. Останься! И пусть у вас будет шанс убежать и остаться в живых. Я просто проведаю обстановку, и мы уйдём обчищать дальние дома. Может пересидим и дождёмся, пока они уйдут, — я не стала рассказывать Нику свои догадки о жертве.

— Нужно было сделать так изначально! — осенило Ника.

— Уже поздно.

Не дожидаясь пока Ник схватит меня за руку и утащит подальше отсюда, я устремилась к окнам. Мальчика не было видно и это хорошо. Я сидела под окном у террасы. Сердце стучало так, что казалось его слышно в доме. В ушах начал шуметь белый шум, паника подкатывала к горлу. Я покрепче сжала пистолет в руке, закрыла глаза и глубоко продышалась. Когда белый шум пропал, поднялась на ноги и медленно заглянула в помещение. Солнечный свет уже проник в дом и хорошо освещал каждый угол. В комнате никого не было, входная дверь не была заперта, это сразу напрягло — либо уже кто-то не спал, либо они были настолько бесстрашными.

Руки тряслись, ноги с большим трудом передвигались бесшумно, так и норовили запутаться. Пульс отбивал чечётку и перед каждым проверенным окном я была в предобморочном состоянии. Но все комнаты были пусты, кроме одной, той, где окна были занавешены плотной тканью. А может они и правда ушли, как только солнце коснулось горизонта? Может жертва всё ещё здесь и её можно спасти? Нужно заходить.