Остара. Узы крови

Глава 1. Закрытые воспоминания

13 лет назад

-Доротея Саллизард!Сколько раз просить не оставляй сестру без присмотра.

Ворчала с крыльца мама, когда я вытолкнула тяжелую дверь и выбежала из дома, перепрыгнув три ступеньки крыльца.

- И куда это ты собралась? Обед уже готов!-все так же громко говорила она, но по мере удаления от дома, голос постепенно затих и пропал.

Я бежала сквозь кусты и деревья, поднимаясь выше на склон. Под грязными сапогами приятно шелестели уже опавшие золотые и багряные листья, те, что не спрятались под склоном в ковре тумана. Спустя 10 минут мое дыхание сбилось, а ноги заныли в коленках от угла подъема, из-за чего я потеряла скорость. Пытаясь отдышаться я приостановилась у высоко дерева. Вдохнув полной грудью холодный осенний воздух, я старалась перевести дух и успокоить внутренний комок тревоги, который рос одновременно с надеждой. Меня отвлек звук крякающих уток, что пролетали под облаками клином, только напоминая о неизбежном, что время вышло, но мне нужно было еще, всем нам.

Легкий пар вышел из рта и я проследила как он удаляется вверх. И тут же меня поразила идея. Я достала перчатки из карманов своей теплой зеленой парки и надела их, натянув покрепче на пальцы. Зацепившись за ближайшую ветку, ногой искала какой-нибудь выступ и нашла небольшой спил, куда и разместила правую ногу, а подтянувшись руками, достала левой ногой до ветки повыше.

Я старалась крепче держаться за мокрые скользкие ветви, видно недавно прошел дождь и древесина не успела просохнуть, сапоги тоже ездили по мокрой коре словно горячий нож по маслу. Я лезла выше и выше, пока не преодолела кроны небольших деревьев, чтобы мне открылся завораживающий вид. Холм спускался к побережью и давал взор на беспокойный океан, вдали волны качались, сменяя друг друга в ритмичном движении. А у самых берегов течение брало разбег назад набирая все больший оборот, чтобы на стремительной скорости вернуться высоко и смертоносно, нанося удар и разбиваясь о черные скалы берега. Картина передавала мое внутреннее состояние так, словно не я одна сейчас испытывала это напряжение. Воды уходили далеко в горизонт, встречаясь с пасмурным, затянутым густыми тучами небом. Где-то вдали уже шел дождь. Я старалась изо всех сил вглядываться, словно произойдет чудо и Он появится. Я верила, что Он появится.

-Ну давай. Ты должен.- трясущимися губами произнесла я не сводя глаз с океана. Отец был моряком и всегда возвращался в первый месяц осени, а потом снова уходил по весне. Завтра мой 11 день рождения и он никогда за годы службы не пропускал этот день.

От порыва холодного ветра у меня заслезились глаза, а может и не от ветра. Я отпустила руку, чтобы протереть глаза и стянула зубами варежку, которая медленно упала на землю, ударяюсь об коряги. Картинка стала нечеткой, а в дали показалось что-то темное и большое. Оно быстро приближалось по направлению к берегу. На секунду мое сердце замерло и я широко улыбнулась, подпрыгнув от восторга, ведь я была права. -Папа!- закричала так, словно он меня услышит. Но это был не корабль, я быстро проморгалась, не понимая предмета моего внимания, оно приближалось ритмичными рывками. Я решила забраться на ветку выше, чтобы лучше разглядеть, переставила ноги, как вдруг ветка по до мной хрустнула и опора на которой я стояла, пропала.

От страха я сильнее вцепилась руками, но под весом тела, пальцы начали соскальзывать. Барахтаясь на высоте 40 футов все мысли от страха спутались, а желудок уже рухнул куда-то глубоко. Я барахталась ногами, пытаясь зацепиться за соседние ветви или за ствол дерева на крайний случай, но никак не получалось дотянуться, я соскальзывала ближе к краям ветки. Если я сейчас упаду, это конец? Я бы могла попробовать позвать на помощь, но кто меня услышит так далеко от дома. Тем более от городка, мы единственные живем на окраине поодаль города. Мне стало настолько страшно, что единственное о чем я думала это мама и папа. Я хотела к ним.

Слезы бежали ручейками по розоватым холодным щекам, обжигая мою кожу. Я хотела домой, но этот момент сейчас все и решит. До меня дошел хруст. Один, второй и ветка в моих руках предательски треснула. Мы летели вниз, а крик вырвался из моих легких и я зажмурилась. Время словно замедлилось в падении, все мои воспоминания проскользнули в голове. Мама беременная Эммой, папа катает меня на спине, притворяясь дельфином. Мы с Эммой играем в прятки на корабле и как папа по возвращению подхватывает меня и крепко сжимает в своих больших и сильных руках.

Мне показалось, будто сейчас меня так же сжимали огромные руки. Падение резко прекратилось и наверное мне действительно показалось, потому что руки пропали, а меня рывком дернуло еще раз вниз, послышался треск ткани. Было страшно открывать глаза, поэтому по очереди с прищуром открыла сначала один, потом второй. Я зависла лицом к земле на расстоянии вытянутой руки, кажется я на чем-то висела, а после и вовсе плюхнулась на живот во влажную листву. В ушах стоял звон, такой, что меня укачало, голова шла кругом. Поэтому я не разобрала странный шум где-то над головой, как когда мы с мамой встряхиваем простыню перед сушкой. Только темные пятнышки в глазах пропали, вместе с ними ушел и шум.

Что. это. было? Я жива… пролежав еще пять секунд в таком положении, я медленно вставала на четвереньки, а после прямо уселась, поднимая голову, я хотела увидеть по какой причине сейчас произошло то, что я еще жива.

Я раскрыла широко глаза, не веря, не понимая, но могу поклясться как видела, что в облака, широко расправив крылья влетел и исчез… дракон.

***

В полумраке спальни каменного замка, свечи освещали большую кровать с балдахином, расшитую золотыми узорами по белому шелку в виде птичек . По синему, широкому ковру, обрамленным серебренными листьями, были разбросаны множество игрушек. Деревянный меч с резьбой и королевским гербом лежал у двери. На его гладком лезвии были небольшие затрещины, видимо от ударов по такой же деревянной лошади-качалке, у которой теперь вдоль спины грубо виднелись засечки и царапины. Маленькие игрушки воинов разбросало по полу, когда безжалостная рука, сметала их со стола с картой. Рог, щит, поводья, большой синий летучий змей в виде кита и прочие игрушки лежали ближе к сундуку, что поблескивал в свете огня. Он был набит и другими вещами, до которых так и не добрались. Окна были настеж раскрыты, но свет луны не мог пролиться сквозь тяжелые тучи и лишь ветер играл с тонкой тюлью, развеивая по полу, почти до голых ступней мальчика. Он сидел на коленях у высокой кровати, и сложив руки перед собой, выкрикивая и надрываясь в нежные простыни с толстыми покрывалами, сжимал ткани от горя в маленьких ручках.