Остаться нельзя вернуться

Глава одиннадцатая

«То, что мы видим перед собой, — только небольшая часть мира.

Все по привычке думают: «Вот он, наш мир!»

А на самом деле всё совсем не так.

Настоящий мир — в глубине, окружённый мраком,

и там хозяйничают такие вот медузы и им подобные существа.

Мы просто об этом забываем. Разве не так?

Ведь две трети земной поверхности — океан,

и невооружённым глазом можно видеть только то,

что на самом верху, кожу, так сказать.

А что под кожей — об этом мы не знаем почти ничего».

Харуки Мураками, «Хроники заводной птицы»

На улице в настоящем нас встретили нежные вечерние сумерки. Небо окрасилось целой палитрой цветов, плавно переходящих друг в друга: от оранжево-розового до насыщенного фиолетового. На миг я залюбовалась картиной уходящего солнечного дня. У меня давно не было сил и времени, чтобы постоять вот так пару секунд и восхититься небом, к тому же, весенним. Как давно она была — весна? Я улыбнулась от банальной фразы, которую обычно произносят в подобных случаях: «как будто в другой жизни». Той жизни, где сейчас должно быть первое января для меня.

Вместо нового года — апрель.

Из-за этого вспомнилась пьеса Маршака «Двенадцать месяцев». В детстве история про падчерицу с подснежниками в пересказе папы была одной из моих любимых. Я часто просила именно её в качестве сказки перед сном. И однажды на мой вопрос: «как же всё-таки звали девочку?», папа, не раздумывая ни секунды, ответил с доброй улыбкой: «Настенька».

Что же должно оказаться в моей корзине, какие цветы нужно найти, чтобы я смогла выйти из таинственного леса и вернуться к своей жизни?

Вместе с Гидеоном и Химериусом мы стояли на выложенном серой плиткой тротуаре перед церковью Святой Троицы. Буквально в двух шагах от нас находилась автобусная остановка.

— Как будем добираться? — спросила я и обернулась на всякий случай, чтобы запомнить внешний вид церкви, хотя это было излишне. Она почти не изменилась за сто лет: кирпичная кладка образовывала полосатый орнамент благодаря отделке из нежно-бежевой штукатурки; две массивные колонны переходили наверху в изящные башни, обрамлявшие центральную часть здания. В общем, перепутать её не представлялось возможным. А мне предстояло попросить сегодня Лукаса научить обращаться с хронографом, а мистера Бернхарда — вскрыть тайник в доме при первом удобном случае. Да, отличный план, чтобы всё-таки замкнуть временную петлю со списком дат и предупредить Пола, прыгнув из этой самой церкви в 1912-й.

— Сядем на автобус и доедем до Темпла, — невозмутимо предложил Гидеон.

— Зачем тебе в Темпл? — поинтересовался Химериус, который присел на задние лапы рядом со мной. Он был удивительно похож на послушного домашнего питомца, только говорящего. — Ты же возьмёшь меня с собой? Я тебе пригожусь, со мной интересно. И меня зовут Химериус. Тебя, как я уже понял, Гвендолин. Приятно познакомиться, — он говорил так быстро, что в конце не смог удержать в себе немного воды.

Я невольно улыбнулась и слегка покачала головой, чтобы дать понять, что меня зовут по-другому. Но Химериус воспринял это иначе.

— Извини, со мной иногда такое случается от волнения. Раньше я украшал водосточный жёлоб.

Гидеон заметил моё движение и точно также принял на свой счёт.

— Почему ты не хочешь поехать на автобусе?

— Наверное, потому что у нас нет с собой денег или транспортных карт? — я не сдержала ещё одной лёгкой улыбки, отмечая про себя, насколько часто улыбаюсь сегодняшним вечером. — Это же очевидно.

— А я, было, подумал, что тебя смущает наш внешний вид.

— Внешний вид? — я выгнула левую бровь. По сравнению с двадцатью годами жизни с разными глазами — поездка в старомодном платье была последним, от чего я могла смутиться. — Иногда в метро можно встретить таких колоритных личностей, что наши наряды кажутся вполне нормальными.

Тем более белое платье с ромбовидным рисунком мне понравилось.

— Тогда пойдём, у меня есть с собой и то, и другое, — Гидеон, как и несколько минут назад в церкви, подошел слишком близко и протянул ко мне руку. Как выяснилось, чтобы достать из сюртука несколько купюр и проездные.

— Мне кажется, или он просто хочет быть поближе к тебе? — насмешливо спросил Химериус. — Уже не в первый раз. Мог ведь и попросить тебя саму поковыряться в карманах.

Я пропустила реплику демона мимо ушей. Гидеон и так был ошарашен моим признанием про привидений, начинать сразу разговаривать при нём с невидимым существом пока не стоило.

Но если бы Гидеон попросил меня залезть в карман, то я могла по ошибке нащупать оружие, о котором Химериус не подозревал. Так что поведение напарника не показалось мне странным в данный момент.

— А ты подготовился, как я посмотрю, — снова улыбнулась я Гидеону.

Он пожал плечами.

— Я предполагал, что ожидать от прыжка можно чего угодно.

— Но если мы доберёмся общественным транспортом или сами оплатим такси, хранители всё поймут про деньги. Тебя не погладят по голове за нарушение правил. Они начнут копать глубже, и тогда всплывёт правда с пистолетом. Но и это не самое опасное в данной ситуации, на мой взгляд.