Остаться нельзя вернуться

Глава семнадцатая

На каждой перемене мы с Шарлоттой готовились к суаре и к балу по моей очень настоятельной просьбе. Класс географии сегодня был свободен, и на фоне карт объединенного королевства, мира и глобусов мы приседали в разной степени почтительности реверансах, повторяя историю. Урывали время буквально по минутам, но я была уверена, что лучше так, чем совсем никак. Мне было стыдно просто думать, в какой ситуации окажется завтра Гвендолин, когда я исполню свое предназначение, не говоря уже о том, чтобы реально представить ее на суаре. Я была обязана сделать для нее как можно больше.

В конце концов, на последней перемене даже Шарлотта не выдержала:

- Гвен, хватит. Я больше не могу. А нам еще идти на занятие к Джордано после следующего урока. И я голодна, - призналась она, не очень успешно скрывая собственную стыдливость. – Если ты хочешь похудеть, это твое дело, но не заставляй меня заниматься тем же, - и она с высоко поднятой головой удалилась из класса.

Лесли все перемены была с нами, кроме большой, когда она променяла этикет XVIII века на единственное вкусное блюдо из меню школьной столовой – блинчики.

- Знаешь, а она вроде бы и ничего, - осторожно произнесла Лесли, когда Шарлотта вышла из класса. – Иногда высокомерна, но определенно лучше, чем мы думали о ней все эти годы. Может, это из-за влюбленности, о которой нам стало известно? Я даже сама стала о ней думать не как о Снежной королеве, а как об обычной девчонке, которая может страдать от безответной любви.

Позже, после последнего урока, мы с Шарлоттой и Лесли вместе выходили из класса.

- У вас такие кислые лица, будто вы на казнь отправляетесь, а не туда, где есть возможность встретиться… - Лесли поиграла бровями и хитро улыбнулась, явно намекая на Роберта и Гидеона.

И то ли от голода, то ли от переживаний за завтрашний день, за Гвен, то ли от мысли, какая сегодня меня ждет встреча с Гидеоном, я не смогла сдержать истеричного смеха. Кузина и подруга посмотрели на меня с непониманием, когда мы остановились и не смогли пройти дальше столпившихся в коридоре нескольких одноклассниц и девушек из других классов.

- Эй, а ну разойдитесь, - сказала Лесли, а Шарлотта в это время вскинула руку в приветственном жесте, увидев кого-то с высоты своего роста. И я начала догадываться кого.

- Salut, Charlotte, ça va? – раздался радостный мужской голос, и Рафаэль кинул оценивающий взгляд на всю нашу троицу, пробившуюся вперед из толпы.

- Рафаэль, ты почему здесь? – вторила ему Шарлотта такими же радостными интонациями. Когда она подошла и обнялась с молодым человеком, похожим на загорелого стюарда с круизного лайнера, то среди собравшихся девушек пронесся вздох восхищения или сожаления, сложно сказать какой именно.

Лесли схватила меня за руку, остановившись как вкопанная.

- Неужели небеса услышали меня? – произнесла она с замиранием в голосе.

- Эй, - услышала ее Синтия и недовольно сказала: - ты не одна мечтала о красивом парне. Только вот откуда Шарлотта знакома уже со вторым красавчиком, которого мы встречаем на этой неделе? Боже, какие у него ресницы! – сладко пропела Синтия. – А какие зеленые глаза, мамочки! – пискнула она в конце, заходясь в щенячьем восторге.

- А откуда Шарлотта знает его? – прошептала Лесли, повторяя вопрос Синтии, и посмотрела на меня, очевидно, лишь усилием воли заставляя оторвать себя взгляд от Рафаэля, беззаботно говорящего с Шарлоттой на билингве и успевающего кидать заинтересованные взгляды на девушек перед ним, особенно на Лесли.

- А, это, - бросила я намеренно небрежно, - это брат Гидеона, - и снова истерично хихикнула против своей воли. – Если я попрошу, чтобы ты познакомилась с ним и спросила, может ли он помочь нам определить координаты, зашифрованные в «Зеленом всаднике», насколько ты обидишься на меня? – я посмотрела Лесли в глаза и впервые сказала ей то, чего не знала Гвендолин и не могла пока узнать, но знала я. - Гидеон рассказывал, что его брат любит заниматься экстремальными видами спорта, а еще у их отчима есть яхта. Наверное, с координатами Рафаэль уже имел дело, - попытка оправдать свои слова была жалкой, но я уже предвкушала завтрашний день и возвращение Гвендолин, поэтому стала менее осторожной, а Лесли, завороженная Рафаэлем, не задала вопросов.

На лице подруги медленно расцветала коварная улыбка.

- Координаты, говоришь. Ну, - она потянулась к рюкзаку, - нам совершенно точно необходимы его знания, - достала из рюкзака блеск и нанесла его на губы.

- Прошу всех разойтись, - раздался рядом с нами голос мистера Уитмена, - не следует толпиться, - школьницы тут же ушли, остались лишь Шарлотта, мы с Лесли и Синтия рядом с нами. Здравствуй, Рафаэль. Я вижу, ты уже успел встретить знакомых, - мистер Уитмен был само добродушие. – Шарлотта, как и эти девушки, твои будущие одноклассницы. Гвендолин Шеферд, Лесли Хей и Синтия Дейл. А теперь пойдем со мной, директор Гиллз уже ждет нас.

Синтия чуть не потеряла сознание, когда мимо нее прошли мистер Уитмен - ее прошлый кумир в теле молодого учителя, и, видимо, будущий, - Рафаэль.

- Рафаэль Бертелин, - произнес он свое имя с чуть заметным, но очаровательным французским акцентом, и ресницы Синтии затрепетали только от одного его взгляда. Рафаэль знал, какое впечатление производит на девушек, и умел этим ловко пользоваться.

- Пф, - фыркнула Лесли. – Тот еще Дон Жуан, - ее пыл от предстоящего общения с Рафаэлем в поисках разгадки тайны вторых координатах поутих.