Осторожно, меня две! Перезагрузка

Глава 3. Свидание вслепую и «пополамщик» обыкновенный

Вечер пятницы я планировала провести в позе эмбриона под одеялом, заедая стресс мороженым. И посмотреть сериальчики вместо моей неудачной личной жизни оффлайн. Но у моего двойника зрели коварные планы насчёт меня.

Яна сидела на диване рядом, листая ленту в моем телефоне. Своими призрачными пальцами она не могла касаться экрана, поэтому мне приходилось работать «подставкой для гаджета» и тыкать туда, куда она укажет.

— Нет, — Яна скривилась. — У этого взгляд, как у побитого спаниеля. Будет ныть.

— Смахнуть влево, — послушно выполнила я.

— Этот фотографируется с рыбой. У мужчин, которые держат в руках мёртвых животных, проблемы с эмпатией. Влево.

— Так рыба это его трофей с рыбалки! — рассмеялась я.

— Но ты же не хочешь стать, как эта рыба, его трофеем? — отрезала Яна.

— Этот? — я робко указала на симпатичного парня с гитарой.

— О боже, Аня! — простонала Яна. — Романтик без определённого места жительства? Тебе Вадика мало было? Нам нужен ресурсный самец. Хищник. Или хотя бы тот, кто способен оплатить ужин без кредитки.

Она ткнула призрачным ногтем в фото парня в костюме на фоне какой-то высотки.

— Вот. Кирилл. Написано «Предприниматель». Взгляд наглый, часы дорогие. Берём. Пиши ему.

— Я не умею писать первой... — начала я.

— Пиши: «У тебя глаза человека, который знает, чего хочет».

— Это пошло!

— Это работает. Пиши, пока я не вселилась и не отправила ему твоё фото в стиле ню.

Я написала. Кирилл ответил мгновенно. Через десять минут у меня было назначено свидание в кофейне «Мистер Капучино».

— Кофейня? — фыркнула Яна. — Мелковато для предпринимателя. Но ладно, для разведки сойдёт. Собирайся. И надень то платье с вырезом. Товар нужно показывать лицом.

*******

Кофейня «Мистер Капучино» оказалась хипстерским местечком с кирпичными стенами и ценами, от которых у меня дёргался глаз.

Кирилл уже ждал. В жизни он выглядел... компактнее, чем на фото. Но улыбался он широко.

— Привет, Аня! — он привстал. — Отлично выглядишь. Садись. Я уже заказал нам чай. Зеленый. Он полезнее.

Я села, тоскливо глядя на чайник. Я хотела кофе. И пирожное.

Яна, невидимая для всех, кроме меня, повисла вниз головой под потолком, зацепившись ногами за люстру в стиле лофт. Её платье (которое она наколдовала себе) не подчинялось закону гравитации.

— Чай? — прокомментировала она сверху. — Он заказал чай, не спросив тебя? Тревожный звоночек, дорогая. Это называется «контроль».

— Расскажи о себе, — сказал Кирилл, разливая кипяток. — Чем занимаешься?

— Я менеджер...

— Понятно, — перебил он. Ему явно было неинтересно. — А я вот развиваю свой бизнес. Криптовалюта, инвестиции. Сложная тема, женщинам обычно не понять.

Он откинулся на спинку стула и начал вещать. О биткоине, о том, как он «поднялся», и о том, как несправедлив этот мир к талантам.

Я кивала, стараясь выглядеть заинтересованной.

Яна сверху начала зевать.

— Он душный, Аня. У него аура цвета заплесневелого сыра. Спроси его про деньги. Мне интересно, насколько он жаден.

— Кирилл, — вклинилась я в паузу. — А... ты часто ходишь на свидания?

— Бывает, — он поморщился. — Но сейчас с девушками сложно. Все такие меркантильные стали. Феминизм этот... Раньше женщина была хранительницей очага, скромной, тихой. А сейчас? Всем подавай айфоны, Мальдивы... Кстати, ты не против, если мы счёт пополам разобьём?

Я поперхнулась чаем.

— Что?

— Ну, пополам, — он улыбнулся, как ни в чем не бывало. — Я просто принципиально не плачу за девушек на первом свидании. Это моя проверка. На меркантильность. Если девушка готова платить за себя — значит, ей нужен я, а не мой кошелёк. Логично?

Яна, которая до этого лениво качалась на люстре, вдруг камнем рухнула вниз. Она приземлилась (пройдя сквозь стол) прямо перед носом Кирилла и уставилась на него с выражением брезгливого ужаса.

— Аня, — её голос прозвучал в моей голове, как сирена воздушной тревоги. — Если ты сейчас согласишься, я тебя прокляну. Честно. Я нашлю на тебя диарею.

— Ну... я понимаю, — промямлила я вслух, стараясь быть вежливой (привычка — вторая натура). — Равноправие, Европа...

— Именно! — обрадовался Кирилл. — Ты, я смотрю, адекватная. Не то что моя бывшая. Та вообще требовала цветы дарить. Представляешь? Веники мёртвые! Зачем тратить деньги на то, что завянет? Это же нерационально!

Яна медленно повернула голову ко мне. Её глаза полыхнули жёлтым огнём.

— Он не просто душный. Он жмот обыкновенный, подвид вульгарис. Всё, моё терпение лопнуло.

— Яна, нет! — мысленно взмолилась я. — Не надо сцен! Мы просто допьем чай и уйдем!

— Чай? — усмехнулась она. — О нет, дорогая. Я голодна. Переход между мирами жрёт уйму энергии, а ты кормишь меня зелёным кипятком и нытьём этого неудачника. Подвинься.

— Я не хочу! — я попыталась сопротивляться.

— А я тебя не спрашиваю.

В этот раз всё было иначе. Раньше она спрашивала разрешения или я сама уступала. Сейчас она просто... вышвырнула меня.

Щёлк!

Резкий удар в солнечное сплетение. Меня словно пылесосом высосало из тела.

Секунду спустя я уже висела над столом, прозрачная и беспомощная, глядя на себя со стороны. А моё тело, которое только что виновато сутулилось, вдруг расправило плечи.

Яна (в моем теле) медленно, с хищной грацией перекинула ногу на ногу. Она провела рукой по волосам, и этот жест был настолько полон уверенности, что Кирилл запнулся на полуслове.

— Кирилл, — произнесла Яна моим голосом, но с интонациями мурлыкающей кошечки. Но этот голос звучал на октаву ниже, с бархатной хрипотцой. — Ты абсолютно прав. Мёртвые цветы — это пошлость.

Кирилл расплылся в улыбке, не замечая, как изменился мой взгляд.

— Ну вот, я же говор...

— Поэтому, — перебила Яна, властно щелкнув пальцами, подзывая официанта. — Мы будем тратить деньги на то, что приносит истинное удовольствие и энергию. Еду и вино. Гарсон!