Осторожно! Напряжение.

Глава 21. Кэтрин борется с обидой

Сидни помогла мне добраться до общежития, и я рухнула на кровать, ударив по матрасу кулаком. Подвернуть ногу с растяжением означало попрощаться с танцем Виктории на благотворительном вечере. Внутри лишь теплилась надежда на то, что Клэр Дейтон оставит меня в основном составе женского танца, ведь он был почти закончен.

— Хорошо, что я увидела тебя в окно…И почему этот…Алекс толкнул тебя? Что у вас происходит вообще?! — подруга еле сдержалась, чтобы снова не выругнуться. Но обещала себе больше не сквернословить.

— Я и сама не знаю, — усмехнулась я, но слезы застилали глаза. Казалось, что мы с Алексом нашли общий язык, хотя бы понимание, но он вдруг превратился в прежнего затворника.

— Хочешь, мы ему руку повредим? — совершенно серьезно спросила Сидни, но я-то знала, что она неспособна на это.

— Сейчас я хочу отдохнуть, — ответила я, смахнув слезу.

— Уверена? Может, посмотрим кино? И где вообще Эмили?

— Она в душе, наверное.... А мне надо сделать перевязку и мысленно отругать этого мерзавца, — усмехнулась я. Иногда, даже перед Сидни не хотелось раскисать.

— Завтра сходи в травмпункт. Думаю, тебе нужна мазь и осмотр.

— Да я только сегодня оттуда. На меня наводит жуть Ридли…Бр-р-р.

— А мне он нравится, — подмигнула подруга. — Да и у тебя же теперь всё обострилось.

— Ла-а-адно. Чур ты пойдёшь со мной. Я завтра пропущу утром историю. Дашь потом тетрадь?

— Эх…Теперь придётся тоже идти. Ладно, ложись-ка ты спать, — похлопала она по кровати ладошкой. — Перевязка бессмысленна, ты же только делала. Завтра после истории я пойду с тобой в медпункт.

Она встала и взбила мою подушку, насмешливо поухаживав за мной.

— Вот…Спите крепко, Икэтэрина.

То, как другие пробовали выговорить мое полное русское имя, было чертовски нелепо, но мило.

— Спа-си-бо, — поблагодарила я на русском, и кивнув головой, Сидни ушла из комнаты почти в реверансе. Именно это ребячество и сплотило нас в средней школе. Когда под монотонный голос учителя литературы я показала «выстрел в висок от скуки» и покосилась в сторону, Сидни изображала скульптуру «Мыслителя»[1]. Мы встретились взглядами и рассмеялись, а потом стояли в наказание в коридоре и рассуждали, какой лучше своровать горшок с цветком у столь правильной мисс Жаннет. К слову, им оказалась фиалка.

Эмили вернулась из душа и поинтересовалась, где я была.

— В беседке разочарования, — с грустной улыбкой ответила я, и она не стала вдаваться в подробности, тоже любезно предложив посмотреть новый сезон её любимого сериала.

Я мотнула головой, зная о её предпочтениях в кино. Мне необходим был хороший сон, а не очередной кошмар.

***

27 октября.

Я проснулась от оглушительного грома. Распахнула глаза и на мгновение замерла, прислушиваясь к раскатам. Гром был таким сильным, что казалось, будто он заполнил собой всю комнату. За окном лил дождь, сверкали молнии. Я покосилась на Эмили и, встретившись с ней взглядом, чуть не вскрикнула. В ярком свете молний уставившаяся на меня соседка казалась пугающей. Я потянулась к ночнику, но никак не могла достать до тумбочки. Опустила одну ногу с кровати, чтобы дотянуться и ощутила резкую боль в лодыжке. Наверное, свою роль сыграла и непогода. Бабушка всегда смеялась, что мои кости и суставы чувствительны к дождю, как у старушки.

— Ты боишься грозы? — спросила Эмили.

— Нет. Просто чутко сплю. А ты что…боишься? — вскинула я бровью.

— Угу.

— Ты? Которая смотрит, как по заброшенным зданиям гуляют подростки и натыкаются на монстров или призраков? — усмехнулась я.

— Угу, — кивнула она вдобавок головой.

Я ткнула в экран, и он засветился, ослепив меня яркостью. Сощурившись, я посмотрела на время. До будильника оставалось два часа, а мне и вовсе можно было спать все пять. Но у природы были другие планы.

Я открыла WhatsApp, чтобы проверить не проснулась ли Сидни. Теперь я была согласна на просмотр фильма, но подруга была не в сети. Зато спустя пять минут мне пришло сообщение от Алекса.

— Как твоя нога?

Я вспыхнула от возмущения. Хотелось отправить стикер с пальцем вверх. Интересно, он бы понял сарказм?

— Чувство совести сжирает?

— Да.

— Правильно делает.

…печатает

…печатает

На этом наш ночной диалог закончился. Я бросила телефон в сторону и откинулась на спинку кровати.

— И почему нельзя просто извиниться? — возмутилась я, позабыв, что не одна.

— За что? — удивлённо спросила Эмили.

— Да это я так…

— Извиняться довольно сложно, — Эмили тоже приподнялась, чтобы сесть.

— И почему? Если человек точно виноват.

— Потому что порой человеку нужно сначала извести себя, наказать…Он понимает, что тот, кого он обидел, ждет не только извинений, но и каких-то поступков или вообще разрешения проблемы.

— Лично я всегда сначала извинюсь, — хмыкнула я. — А не сбегу, как трусиха…

Мало того, что мой якобы рыцарь толкнул меня…Даже это не казалось мне намеренным как то, что он трусливо сбежал от одного лишь грозного взора моей подруги. Он должен был подойти, подхватить меня на руки и отнести до общежития, чтобы мне не пришлось лишний раз ступать на больную ногу. Именно так бы и поступил прежний Алекс, который защитил меня от удара головой о мелкие камни. Меня раздражало, что он не искренен со мной, что я не знаю, какие события он переживает в одиночестве, раз уж так озлобился на мир или только меня.

***

Я надела самые широкие джинсы, чтобы было проще просунуть больную ногу, накинула вязанный мятный кардиган, который мама привезла мне в прошлый её визит, и распустила волосы, забрав пару передних прядей назад.

— Итак, Екатерина Гусева…Соберись! — взглянула я в отражение и вышла на встречу с Сидни. Как назло, к травмпункту пришлось идти через корпус E, и я не могла не заметить, что Виктория снова вывела наш состав на улицу. Внутри забушевала обида. Только теперь на саму себя, ведь первый раз оступилась именно я. Недоспала, не собралась, растерялась. Алекс не был виноват в том, что занимал мои мысли и отвлекал от того, что действительно важно. Тем не менее в том, что произошло вчера, его вина однозначно была, и я планировала изрядно помучить его своим игнором. Только вот забыла, что мы всё ещё вроде как притворяемся парой…Или…уже нет?