Осторожно, Врата закрываются

Глава 7. Справедливость и Долг - 02

Алиса сидела на земле, опершись спиной о стену дома, и слизывала с упаковки питательный батончик, превратившийся в кашу. Климат Донтока безоговорочно занял первое место в рейтинге самых отвратительных и неблагоприятных. Прогулка по лесу не прошла бесследно, Алиса поначалу не заметила, что обгорела, но сейчас плечи и лицо жгло при малейшем прикосновении. Голова раскалывалась. Она выпила уже две таблетки обезболивающего, но легче пока не стало. 

«Кофе бы не помешал». 

Алиса вдруг сообразила, что впервые вспомнила о любимом напитке с того самого момента, как прошла Вратами. «Отличный способ избавиться от зависимости», — проворчал внутренний голос. 

Дишелл скрылась в доме минут двадцать назад, сказав, что ей надо подумать. Донтка оказалась в сложной ситуации, Алиса это понимала, но и не настаивала, чтобы именно Дишелл отвела её к Художнику: «Скажи к кому обратиться, и я уйду. Оставлю твою семью в покое». Но донтка упиралась, и Алиса решила подождать полчаса, а если Дишелл не вернётся, она сама отправится в поселение искать другого проводника.

Покончив с батончиком, Алиса достала телефон и запустила любимую программку-переводчик. Не мешало отвлечься от головной боли, да и почему бы не потратить время с пользой, разучив пару донтокчанских фраз? А то она знала только местоимения: «кор» — «я», «ря» — «ты», «шин» — «мы». И стандартный набор: нет, да, извините, я не говорю на донтокчанском. 

— Гнешшир кор Шиняу, — произнесла она, приблизив телефон к губам. 

Программа занимала много места и долго соображала, карикатурный зелёный человечек хлопал глазами, пока телефон обрабатывал запрос. 

Наконец на экране высветилось: «мне нужен художник», — ниже давалось пояснение: «кор — мне, я. В отрицательных предложениях ставится до глагола, в положительных — после». 

Алиса подумала секунду и произнесла: 

— Ишра. 

Человечек на экране снова захлопал глазами. 

«Отказ, — выдала программа, — используется так же в значениях: донос и/или обвинение. Примечание: ишр — нет, не». 

— Понятно, — проворчала Алиса, — значит папаша решил донести на дочурку. 

В хорошенькую семью она угодила, интересно, среди донтов это нормально или ей просто повезло? Хотя, какая, к чёрту, разница? Главное, чтобы Художник не подвёл. Дишелл с опаской произносила его имя, а Сшикшонг так вообще взбесился, услышав «Шиняу». Значит ли это, что лидера Сопротивления боятся? Хватит ли его власти, чтобы организовать Расэку побег? 

«Сама наивность, — хмыкнул внутренний голос. — Зачем Художнику спасать детектива, если можно просто выбить из тебя информацию о Вратах?»

Алиса сжала в ладони серебряный домик. И во что она только ввязалась? В висках стучало и бухало, головная боль не желала отступать. 

— Вставай, землянка! — раздался голос Дишелл. Донтка стояла рядом, держа небольшой кожаный мешок. — Пора ехать-выдвигаться. 

— Ты уверена? — Алиса поднялась, стараясь не шевелить головой, при малейшем движении стук в висках усиливался. — Может всё-таки найдём другого проводника? 

Ей было неловко, что из-за неё Дишелл портит отношения с отцом. Она не верила, что Сшикшонг выгонит дочь из дома, вряд ли обычаи донтов настолько жестоки. Но с другой стороны, у инопланетян свои причуды. 

— Это мой достойный Долг, — отрезала Дишелл, направляясь к дороге. 

Алиса подхватила рюкзак и пошла следом, из темноты вырисовывались силуэты двух железных монстров. Остановившись у них, она с содроганием посмотрела на деревянные сидения — судя по вчерашней поездке, об амортизации донты не слышали, как о шлемах и прочей защите. 

— Нам на этом ехать семь часов?! 

Донтка не ответила. Алиса отвела взгляд от мотоциклов: 

— Дишелл… 

Она осеклась, увидев Сшикшонга. 

«Приехали, — прокомментировал внутренний голос. — Придётся всё-таки искать другого проводника. С этой семейкой далеко не уедешь». 

— Дершши, — Сшикшонг протянул ей три деревянные баклажки, связанные верёвкой. —  Этого хватит, долшшно. Нет, набрали ‘о дороге. 

— Спасибо… 

Баклажки были тяжёлыми, внутри покачивалась вода. 

— Папа… — промямлила Дишелл. 

— Одну не ‘ущшшу! 

Донт подошёл к дочери и вдруг крепко прижал её к себе. Такого Алиса точно не ожидала. Дишелл всхлипнула.

— Папа… 

Сшикшонг что-то проворчал на донтокчанском и погладил дочь по косичкам. 

— Вмесшште ‘оедем. 

Дишелл улыбалась, утирая слёзы. А Алиса наблюдала за семейной идиллией, сжимая серебряный домик — папин подарок. Она бы тоже сейчас не отказалась от его объятий. Пожаловалась бы на головную боль и мерзкий климат, на интригана-Торнора, на исчезающие Врата. Рассказала бы, что донтокчане арестовали Расэка, а она отчего-то решила, что сможет его спасти. Призналась бы, что боится не успеть, боится застрять на Донтоке и больше никогда не увидеть их с мамой. 

Алиса стиснула зубы и сосредоточилась на баклажках: закинула в каждую обеззараживающие таблетки и зафиксировала боковыми стяжками рюкзака. Она справится. Осталось только добраться до города, договориться с Художником, спасти детектива и вернуться домой. Делов-то!