Осторожно, Врата закрываются

Глава 7. Справедливость и Долг - 04

— Донт! До-о-онт!

Алиса опасливо оглядывалась, не зная, чего ожидать. Встречные мотоциклы останавливались, фары слепили со всех сторон, Дишелл что-то объясняла, размахивая руками.

— Нараш! Нараш! — прикрикивал Сшикшонг, маневрируя сквозь толпу, но их окружали всё плотнее. 

Мотоцикл встал, застряв в пробке из донтов.

На Алису показывали пальцами, шипели и мяукали на донтокчанском. Она не представляла, как себя вести. Донты не выглядели агрессивно, они рассматривали её с откровенным любопытством, их количество пугало. Темноволосая девочка в таком же, как у Дишелл, сером комбинезоне и с красной повязкой на голове аккуратно коснулась колена Алисы. 

— До-о-онт?

Все вдруг замолчали, выжидательно глядя на Алису. Только двигатели мотоциклов оглушительно ревели. Девочка показала открытые ладони, соединила костяшки и пролепетала: 

— Лири́шш.

Алиса стянула с лица платок, улыбнулась малышке и поздоровалась:

— До-о-онт, — а потом повторила приветственные жесты и представилась: — Алиса.   

Девочка радостно улыбнулась:

— До-о-онт! До-о-онт!

Все, как по команде, снова загалдели: 

— Донт! Донт! До-о-онт!

Они показывали ладони, соединяли костяшки и называли имена, которые Алиса при всём желании не могла запомнить. Она вертела головой, улыбалась и донткала направо и налево. 

— Нараш! Нараш! — Сшикшонг снова попытался продвинуться сквозь толпу. 

Донты, нехотя, расступались. Алиса улыбалась, жалея, что телефон лежит в рюкзаке. На ходу его не достанешь, а так хотелось сделать пару фотографий.  

Толпа поредела. Сшикшонг прибавил газу, донты остались позади. Пыль снова летела в рот, Алиса на мгновение отпустила сиденье и натянула на лицо платок. Дишелл одобрительно хмыкнула. 

Вскоре закончилось поселение, мотоциклы теперь встречались реже, дома снова уступили дорогу полям. 

Алиса повернула голову к Дишелл:

— Вы видите в темноте! 

Ей следовало догадаться раньше. Донты вели ночной образ жизни, но при этом практически не освещали улицы и дома: фонарей тут не было, а в жилище Дишелл тускло горела одна-единственная лампочка. Как в таких условиях работать? Поначалу Алиса подумала, что к донтам ещё не дошла цивилизация, но всё встало на места, когда их окружила толпа. При таком освещении сложно разглядеть даже мотоцикл, не говоря уж о пассажирах. Но тем не менее, донты заметили, что в поселение приехала землянка. 

— Видим, — подтвердила Дишелл, — а ты, похоже, не очень. 

— Как донтокчанка? — усмехнулась Алиса, она заметила, что донтка любит повторять эту фразу. 

— Как донтокчанка, — согласилась Дишелл.  

Дорога стала однообразной и неинтересной. В темноте ничего не было видно. Они ещё дважды проезжали поселения, но донты больше не преграждали путь. 

Тело ныло от неподвижной позы, в горле пересохло, попа онемела, лодыжки сводило так, что хотелось стонать от боли. Алиса только теперь заметила, что пытается носочками упираться в бока мотоцикла. Видимо, подсознательно старалась таким образом сохранять равновесие. Она пошевелила ступнями, и те закололо. Как же хотелось остановиться, попить воды и размять ноги! Но Алиса мужественно терпела. И без того до города добираться четырнадцать часов, нечего тратить время на лишние остановки.

Они въехали в ещё одну деревню. Сшикшонг сбавил скорость, свернул с дороги, обогнул дома и притормозил около тропинки, ведущей в поле. Рядом из земли торчали невысокие металлические дуги. Двигатель затих. 

— Приехали! — Дишелл спрыгнула на землю.  

— В смысле, приехали? — Алиса сползла с сиденья и с удовольствием стянула с лица повязку. 

Ноги гудели и подрагивали, пальцы на руках онемели, поясница умоляла прилечь. А ещё болела челюсть, видимо слишком сильно сжимала зубы от страха. 

— Сейчас припаркуем машину и пойдём-прогуляемся к озеру. 

Сшикшонг открыл багажник, достал мешок и небольшой железный обруч. Пока он приковывал мотоцикл обручем к металлической дуге, Дишелл посвящала Алису в дальнейшие планы: 

— Арендуем лодку. Плыть-ехать час-полтора, потом пешком, потом поезд. Как и говорила-обещала, за семь часов до города доберёмся. 

Воспользовавшись паузой, Алиса отвязала одну из баклажек и с удовольствием попила. 

— Будешь? — она протянула баклажку Дишелл. 

Та недовольно хмыкнула: 

— Я донтка, тебе нужнее. 

— Вам не нужна вода? 

— Нужна, но редко. Мы же не донтокчане. 

Алиса не переставала поражаться, насколько мало знает о донтах. Хотя чего тут удивительного? Их соседи по планете о себе-то ничего не рассказывали, что уж говорить про младшую расу?

Сшикшонг закончил возиться с мотоциклом и погасил фару. Темнота теперь стала непроглядной. Алиса не выдержала, достала из рюкзака телефон и включила фонарь. Дишелл хмыкнула, но от очередного «как донтокчанка» воздержалась. 

Они пошли по тропинке через поле: Дишелл впереди, следом Алиса, за ней Сшикшонг. Невысокая трава едва доходила до колен, ветра не было, влажная жара Донтока вновь давила на плечи. «Отличное место, чтобы кого-нибудь убить-прикончить, — проворчал внутренний голос. — Стукнут по башке, заберут деньги и документы и пиши пропало». Но Алиса гнала прочь параноидальные мысли, не станут донты её убивать, не похожи они на грабителей. Да и какой смысл везти в такую даль, чтобы прикончить? Дишелл, вроде, заинтересована в том, чтобы отвести её в город. Сшикшонг, правда, слишком уж молчалив и удовольствия от поездки явно не получает, но это не делает его преступником.