Осторожно, злой босс

22 глава

После китайцев Дмитрий Романович вёл себя на удивление тихо. Даже свой обычный перерыв с двенадцати до двух пропустил, так и не выйдя из кабинета.

К вечеру я уже начала не на шутку волноваться. За весь день он не показался ни разу, не ел, даже чай попросил ему не приносить. Моё воображение рисовало страшные картины того, что могло произойти внутри.

Поэтому, уходя домой, я робко постучалась в дверь его кабинета.

- Да? – звучало как-то устало и тихо, относительно обычного голоса начальника.

Немного приоткрыв дверь, я всунула свою голову в кабинет, и увидела, как босс лежал на диване с фоторамкой в руках. Он выглядел очень задумчиво.

- Дмитрий Романович, я пойду? – несмело спросила я. Я всё ещё не верила произошедшему, что меня не только оставили на работе, но и сделку из-за меня заключать не стали.

Он поднял глаза на меня, и замер, рассматривая.

- Мне можно идти? – спросила я ещё раз, подумав, что, может быть он просто не расслышал.

- Да, идите. Завтра к девяти. Не опаздывайте.

Кивнув, я покинула офис. На стоянке меня уже привычно ждала машина с Герой, и я с радостью впрыгнула в просторный салон, предвкушая вечер, который впервые за две недели был у меня свободен.

Дома, вдоволь наигравшись с Машей, я наконец-то не торопясь укладывала её спать.

- И жили они долго и счастливо. – Дочитала я сказку, и отложила книгу в сторону. – Ну всё, пора спать – я поцеловала дочь в лоб, готовясь встать с кровати и уйти на кухню.

Так как квартира была у нас однокомнатная, то по ночам кухня была моей территорией, где я обитала, чтобы не разбудить дочь.

- Мам, а где мой папа? – спросила меня Маша, и я замерла. Она уже спрашивала меня подобное ранее, но всего пару раз, и она была помладше, так что её было легко отвлечь от разговора.

Конечно, она видела, что многие дети гуляют на площадках и игровых со своими отцами, да и Матвей, сын соседки, часто рассказывал Маше о своём папе. Хоть Света с мужем и были в разводе, но сына он не бросил, и достаточно часто проводил с ним время.

- Ты разве не помнишь? Я тебе уже рассказывала, что твой папа живёт в другой стране.

- А в какой другой стране? В Африке?

- Африка – это не страна, а континент.

- Я не знаю, что такое контимент. – Маша смешно сморщила свой носик, исковеркав незнакомые слово, и я не смогла сдержать улыбку.

- Есть моря и океаны, они отделяют земли друг от друга. Вот такие земли называются континентами.

- Ладно. Он уехал, потому что не захотел меня любить? – спросила дочь, и её вопрос просто вышиб у меня весь воздух. Как она могла так думать? Разве её можно было не любить?

- Нет, ты что! Когда ты родилась, тебя сразу все полюбили, потому что ты хорошенькая, как маленькая куколка, и очень милая. Просто так бывает, что взрослые не могут быть вместе. Это мы с твоим папой не смогли ужиться, поэтому ему пришлось уехать.

Кажется, Машу удовлетворил такой ответ. А возможно, этому поспособствовало то, что она была действительно уже сильно сонная.

Она кивнула, и, отвернувшись к стенке, сладко засопела уже через пару минут, пока я сидела и гладила её по спине.

Я ничего не могла с собой поделать, но слёзы катились по моим щекам одна за другой.

Я переживала за то, что не могла дать своей дочери всего того, что она заслуживала, и из-за своей глупости и мнительности лишала её обычных детских радостей.

У неё не было своей комнаты, она не ходила в детский сад, у меня не было денег на то, чтобы часто радовать её игрушками. Я лишила её отца, возможности иметь полную семью. Но я знала, что по-другому я просто не могла.

Всё, что я могла на данном этапе ей предложить, это безграничную любовь, которая была у меня внутри. Я никогда в жизни не жалела, что родила Машу, она была центром моей вселенной, смыслом моей жизни, моим лучиком света. И я готова была сделать всё, чтобы она больше даже мысли не допускала, что кто-то может её не любить.

Занимаясь самобичеванием, я перебралась на кухню, чтобы не разбудить дочку своими всхлипами.

Заварила ромашковый чай, чтобы немного успокоиться перед сном, и села на старую табуретку, смотря в одну точку.

От звука дверного звонка я вскочила очень быстро. Кто мог прийти в такой час? Только бы снова не он. Его визиты в последнее время стали слишком частыми, и это начинало меня пугать.

На лестничной площадке, как назло, кто-то опять выкрутил и украл лампочку, поэтому из-за кромешной тьмы в глазок ничего не было видно.

Я старалась не издавать громких звуков. Сейчас гость подумает, что дома никого нет, и уйдёт. Но в следующую секунду зазвонил уже не звонок, а телефон, который был зажат у меня в руках.

А вот это было плохо. За дверью наверняка было слышно звук.

- Вероника Юрьевна, открывайте, я же слышу, что вы у двери. – Это был голос моего начальника, и он раздавался из-за двери, а я с удивлением смотрела на телефон, где высвечивался номер Дмитрий Романовича. Зачем он пришёл? Что ему было нужно?