Остров, где обретают крылья

Пролог

Альтернативная Англия, середина 19 века

Я вернулась домой раньше запланированного.

Поездка загород мне наскучила. Я получила два неприличных предложения, от которых с яростью отказалась, и, так как сама не любила забавы, принятые в высшем свете, предпочла удалиться, зная, что оставшиеся два дня гости будут обсуждать меня. Я к этому почти привыкла, хотя главным было слово «почти».

Три года назад, когда мой отец ещё был жив, он заключил одну из самых выгодных сделок, как он считал. Он купил мне титулованного мужа. И с тех пор я стала вхожа в эти круги, вот только своей я там так и не стала. Во мне было много «слишком».

Слишком низкое происхождение.

Мой отец был мулатом, родившимся в деревне рыбаков на крошечном острове. Он вырвался оттуда, случайно попав на проходящий мимо корабль. Через шесть лет он стал на нём самым молодым капитаном, а ещё через несколько лет у него было достаточно денег, чтобы открыть крошечную торговую компанию, которая в следующие десять лет превратилась в крупнейшую в стране. И отсюда вытекает ещё одно «слишком»…

Я была слишком богата, и это побуждало людскую зависть.

Низкое происхождение и деньги, может быть, и могли бы мне помочь, но… Ко всему этому я была красива и, что сказать, даже наивна. Глядя на себя каждое утро в зеркало, я находила там нежнейшее создание: чистую алебастровую кожу, золотистые волосы, спускающиеся по спине густой волной, алые губы и огромные фиолетовые глаза. Это было настолько необычно, что люди не раз шептались, что мой отец в своих странствиях продал душу — и свою, и… мою.

Я была не просто слишком красива для этого общества, но и слишком другая… Я любила читать книги о дальних странствиях, героях и богах; мечтала однажды отправиться в дальний путь, но отец был непреклонен. Он выбивал себе место в этом мире не для того, чтобы я отсюда сбежала…

Вот только после его смерти, полтора года назад, выяснилось, что ничто и никто меня с этим местом больше не связывает. Даже мой собственный муж…

Детей у нас с ним не случилось. В этом он винил меня, я же думала, что для того, чтобы они у нас появились, нам следовало бы проводить больше времени вместе. Но он был всегда для меня занят, особенно после смерти отца, ведь он перенял бразды правления его торговой компанией. И я уважала его за это — за его ответственность, решимость, хоть мы теперь в лучшем случае виделись всего раз в месяц. И это бы меня устраивало, если бы не щемящее душу одиночество. Я хотела ребёнка, чтобы он любил меня так же, как и я могла бы его полюбить.

Лелея эту мысль, я вернулась в наш столичный особняк раньше назначенного срока и даже не заметила, как побледнела прислуга, как она старательно отводила взгляды, пока я поднималась по лестнице…

Дорога была утомительна, и я ужасно хотела принять ванну до того, как вернётся супруг.

— Скажите его светлости, когда он вернётся, что я хочу с ним поговорить, — сказала я экономке, которая молча следовала за мной. Она то и дело набирала воздух в грудь, намереваясь что-то сказать, но не решалась. Может, она хотела просить об отгуле? Так размышляла я тогда…

— Как прикажете, ваша светлость, — выдохнула она в тот момент, когда из смежной с моей спальней комнаты раздался заливистый женский смех.

— Что это? — удивилась я и, не сомневаясь ни секунды, направилась к дверям.

Вспоминая об этом сейчас, я поражалась своей наивности и глупости. В моей голове даже не мелькнула мысль остановиться.

— Госпожа, — экономка в последний момент рванула к дверям, — вам туда нельзя.

— Почему? — искренне удивилась я. — Это мой дом.

Она не решилась коснуться меня, а я не стала останавливаться, толкая дверь и… замирая.

Мой супруг был в постели, но не один, а со своей кузиной.

Их голые тела сплетались в вечном танце, пока я поражённо смотрела на них и не верила в происходящее. Никогда, даже на одну секундочку я не могла представить такое.

— Клейтон? — поражённо прошептала я, и мой тихий возглас, словно колокол, раздался в комнате. Они замерли, устремляя свои змеиные взоры на меня.

— Поди вон!

Первое, что сделал мой супруг, — рявкнул на меня. Его лицо исказилось ненавистью и злостью, отчего я отшатнулась, но не ушла. Я не верила своим глазам. Мой супруг всегда был спокойным и собранным. Настоящим аристократом…

— Клейтон, объяснись! Как это понимать? Джоан? — я переводила взгляд с одного на другого и не могла сдвинуться с места. Я была так поражена, что, казалось, мир вокруг меня замер. — Как же так?

— Что тебе непонятно? Неужели Клейтон за три года брака не познакомил тебя с настоящей прелестью семейной жизни? — усмехнулась темноволосая девушка, томно откидываясь на подушки.

Она не была красавицей, но всегда отличалась уверенностью, часто переходящей в наглость, что будоражила умы. Ей это спускали с рук и даже больше — ею восхищались. Похоже, не только наши знакомые, но и мой супруг…