Остров проклятых невест

Глава 4

Лес дышал мне в затылок.

Он обволакивал с ног до головы, как горячее мокрое полотнище, которое забыли выжать. Каждый вдох отдавался во рту вкусом земли и гниющих листьев. Платье прилипало к спине, волосы липли к коже. Ветки будто сами тянулись ко мне, не желая отпускать ни на шаг дальше вглубь этих джунглей.

Живот сводило от голода тупой жгучей хваткой, которая приходила волнами. Я ловила языком редкие капельки пота, скатывающиеся по губам, и мне было мерзко от самой себя, но жажда была хуже стыда.

Я остановилась, облокотилась о ствол ближайшего дерева. Кора была странной. Местами гладкой, местами вспученной, словно обугленной. Под пальцами пробежала лёгкая дрожь. На миг мне показалось, что дерево… дышало. Или шевельнулось. Я отдернула руку, прикусив губу. Нервы. Просто нервы. С моря до сих пор доносился далёкий грохот волн. Хотя я так далеко ушла от ручья. Может где-то рядом лагуна? Или я просто вскоре выйду на другую сторону острова.

— Ладно… надо подумать, — прошептала я, опускаясь на корточки.

Под ногами шуршал ковёр из огромных листьев. Некоторые — с мою руку, другие как плащи, в которые можно было бы завернуться. Тёмно-зелёные, с толстыми прожилками. Я нащупала один из таких, потянула на себя. Стебель хрустнул, брызнула какая-то прозрачная розовая жидкость, мгновенно взвилась в воздухе сладковатым, дурманящим запахом. Идея пришла сама собой: если я не могу найти воду, могу хотя бы попробовать её собрать. Ночью… вдруг выпадет роса? Было бы только чем её удержать…

Я хотела свернуть лист в нечто, напоминающее бутыль: сложила края, перехватила их поперёк, пытаясь сформировать аккуратный кулёк, как те, что… что? Перед глазами вспыхнула картинка: чьи-то уверенные руки, быстрые пальцы, ловко сворачивающие плотную офисную бумагу с фигурку оригами. Маленький белый дракон среди бокалов и салфеток. Приглушенный свет. Запах кофе. И моё собственное удовольствие от того… От чего?

Картинка рассыпалась, как ударенный кулаком витраж.

Я сильнее сжала лист. Толстая прожилка не поддалась, расправилась, вывернулась, и вся конструкция расползлась у меня в руках.

— Да что ж ты… — Я швырнула лист на землю. — Нужно хотя бы это… хоть что-нибудь…

Голос дрогнул. Слёзы предательски защипали глаза. Я уткнулась лбом в колени, обхватив себя за плечи, и какое-то время просто сидела, слушая, как сердце колотится где-то в горле. Нельзя. Нельзя останавливаться.

Я подняла голову, вытерла щеки тыльной стороной ладони. Лес будто стал еще темнее. Высоко над головой листья переплетались в сплошной зеленый потолок, но между ними всё же пробивались клинья света. Теперь солнце уже не стояло над головой. Оно ползло в сторону моря, окрашивая весь воздух лёгким золотым, но в этом золоте было что-то тревожное, предвещающее. С каждым шагом тени становились длиннее. И с каждым моим вздохом жар вокруг будто… отступал.

Сначала я решила, что это просто усталость. Мне казалось, что кожа до сих пор горит от солнца, и когда по спине пробежал лёгкий холодок, я даже вздохнула с облегчением. Но вскоре этот холодок превратился в стойкие острые иглы. Я остановилась, обхватила себя руками и потрясенно посмотрела на собственные предплечья. По коже пробежали мурашки. Плечи покрылись гусиной кожей. Пот, который ещё недавно казался бесконечным, вдруг перестал выступать. Тепло уходило.

Воздух стал другим. Жёстким, пронизывающим. Листья вокруг больше не шептались от тяжёлой влажности. Высоко в кроне раздался странный треск. Я подняла взгляд, там, где ещё недавно пылающее солнце прожигало листву, теперь багровыми мазками расползался закат. И вместе с этим светом меня накрыла чистая, острая паника. Ночь.

Я не знала, кто ещё бродит по этому острову, кроме таких же… как я. «Невесты». Это слово до сих пор сидело где-то в глубине сознания, как заноза. Мы что реально будем охотиться друг на друга? Но это… если рядом люди. Я опустила взгляд на амулет на груди. Он молчал. Значит, поблизости нет девушек. Если же здесь есть кто-то ещё…

Живот свело новой волной.

— Нужно найти… укрытие, — сказала я сама себе хрипло. — Сейчас. Прямо сейчас.

Я огляделась. Джунгли к этому времени начали меняться. Я не сразу поняла, что именно не так. Просто на каком-то подсознательном уровне ощутила, что всё вокруг — деревья, кустарник, даже земля под ногами — перестало быть вязким, горячим, медленным. Днём этот лес был, как раскалённое болото: тяжелый, неподвижный. Теперь же в нём появилась нереальная хрупкость. И странный пустой треск. Кроны словно поджимались к себе, листья заворачивались, ветви тянулись к стволам. Я заметила, что между деревьями появилось значительно больше просветов. Там, где ещё пару часов назад сплошной стеной стояли кусты, теперь торчали сухие, разлапистые коряги. Как будто сам лес менял форму по чьей-то невидимой прихоти.

У меня по спине пробежал холод, не имеющий отношения к воздуху. Хотя воздух явно остыл.

— Укрытие, — повторила я, заставляя себя двигаться.

Я искала глазами что угодно: низкую скалу, расщелину, упавшее дерево, пустую яму. Идея забраться на дерево посетила меня и сразу была отброшена. Если ночью действительно появятся невесты, я стану прекрасной висящей целью, которая не сможет быстро добраться до земли и сбежать.

Через несколько минут я вышла на маленькую прогалину. Здесь земля уходила под уклон, словно кто-то когда-то вырыл пологую ложбину, а потом бросил. В одном конце этой ложбины, нависая над ней, высилось гигантское дерево. Ствол был настолько широк, что троим взрослым не хватило бы рук, чтобы его обхватить. Кора тёмная, местами почти чёрная. От основания во все стороны расходились толстенные корни, словно каменные ребра.

Одно из этих «рёбер» поднялось выше других, и под ним оставалось пространство. Не совсем пещера. Не совсем нора. Скорее карман, выемка в самой земле, прикрытая корнями сверху.Я остановилась, уставилась на эту нору и почувствовала, как всё внутри сжалось.

Моё воображение услужливо подкинуло одну картинку за другой: блестящая чешуя змей, свернувшихся там кольцами; мохнатые лапы гигантских пауков; склизкие тела неизвестных созданий, любящих темноту и чужое тепло. Запах плесени и сырости ударил в нос даже отсюда.