Остров Согласия

Глава 11

Но во время обеда, опять, что-то пошло не так. Айю, нахмурившись, сосредоточенно разглядывала свою тарелку, забывая, зачем её перед ней поставили. Дину пришлось несколько раз окликать её, напоминая, зачем она здесь. Кое-как доев, Айю осталась сидеть за столом, задумчиво водя пальцем по столешнице.

Пока Дин мыл посуду, Кан, искоса поглядывая на Айю, вполголоса расспрашивал Рина об их тренировках, и уже начал планировать следующее занятие — ведь им нужно учиться противостоять магии, но Дин неожиданно воспротивился.

— Это конечно, интересно, Хранитель, но придётся отложить до утра. Айю совсем забросила свои тренировки, а мы дали слово предыдущему Хранителю.

Кан сразу же нахмурился, вспомнив, с какой нежностью этот парень нёс Айю на руках. Всё-таки, решил действовать? Думаешь, сможешь отнять её у меня?

— Зачем Хранительнице тренировки? Разве у неё мало охраны? — сквозь лёгкий прищур, глаза сверкнули холодом изумруда.

— Хранительнице они, может, и не нужны, но для Ани навыки самообороны необходимы, — уверенно заявил Дин.

— Я думаю, ей стоит забыть о прошлой жизни, — недовольно поджал губы Кан. — Наследница и Хранительница — это разные статусы. Вряд ли ей придётся теперь покидать стены дворца.

— А ты у неё спросил, Хранитель? — Дин готов защищать её даже от Кана, совершенно позабыв о разнице в их статусах. — Или тебе не интересно, что она думает по этому поводу?

— Что? Вы о чём сейчас? — очень вовремя очнулась от своих мыслей Айю.

— Ты совсем запустила свои тренировки. Может, стоит продолжить? — голос Дина звучит почти равнодушно, а вот глаза…

Айю бросила на Кана чуть смущённый взгляд, но ответила Дину.

— Ты прав, конечно, я слишком расслабилась.

— Айю, зачем тебе это? — сердито вмешался Кан, — девушке не приличествует такое поведение.

— Извини, Кан, я обещала папе.

— Что именно?

— Что никогда не выйду из Дворца без, хотя бы, одного телохранителя, и буду постоянно улучшать навыки самообороны.

— Когда мы вернёмся с Острова, твой статус изменится. Теперь я отвечаю за твою безопасность, и я не вижу необходимости в твоих тайных прогулках.

— Кан? Разве я вещь? — Айю удивлённо подняла брови, но говорила холодно и спокойно. — Я не хрупкая ваза, которую передают из рук в руки для украшения комнаты. И мои новые обязанности не означают, что я должна забыть своих родных и друзей. И давай договоримся сразу: вопросы, касающиеся лично меня, я буду решать сама, по своему усмотрению.

— Динннь! — словно хрустальный колокольчик звякнул у обрядового столика.

Все повернули головы, но успели заметить лишь золотую искорку, опустившуюся на мрамор столешницы. И всё. Больше ничего не происходило. Первым отмер Дин.

— Вот только не надо трагедии, мелкая! — сразу повеселен он. — Идём жирок растрясать, а то, с твоей любовью к сладкому, ты скоро в колобка превратишься.

— Я не мелкая! Ина моложе меня на год! — привычно огрызнулась Айю, поднимаясь из-за стола.

— Ага! И выше на пол головы, — так же привычно подначил Дин.

— Какие пол головы? Всего на три пальца! Ты сам мерял!

— Кто же виноват, что твои пол головы укладываются в мои три пальца!

Айю с телохранителями направились к выходу, но у самых дверей девушка обернулась к Кану, старательно давящему ревнивого огнедышащего дракона у себя в душе.

— Кстати, Кан, я должна передать матушке Юла, что дайн Нак больше не появится у неё в гостинице? Пусть скажет людям, чтобы не ждали больше помощника судьи[1]?

— Я… Мне нужно подумать об этом.

Это всего лишь тренировка. Такая же, как множество других... Он ничего не сможет сделать. У него просто не будет возможности… И я не пойду следить за ними. У меня есть другие дела... Например, подумать о нашей двойной жизни с Айю.

Когда-то давно, не без помощи любимой сестрёнки, он очень легко уговорил себя, что его переодевания и прогулки под чужим именем необходимы ему для изучения людей, которыми ему когда-то придётся управлять. Он так старательно убеждал себя, что накопленный опыт поможет ему в принятии решений и, став Хранителем, он будет безупречно соблюдать все приписанные правителям правила, что и сам поверил, но…

Самые яркие, самые живые его воспоминания связаны с Музыкантом и их прогулками по вечернему городу. А самое большое удовлетворение от сделанного он получал именно в гостинице Бина, когда слышал искренние благодарности за свою помощь. И второе «но».

Кан устало опустился в кресло, чувствуя себя последним болваном.

В дядюшкином кабинете, переданном ему с нескрываемой радостью, он легко нашёл потайную комнату, с полной коллекцией одежды Клана Законников. Сначала Кан подумал, что это дядюшкина шутка, признание, что он знает о переодеваниях Кана. И только теперь Кан подумал, что двое детей и жена за стенами Дворца появились у бывшего Хранителя не вчера.