Остров Согласия

Глава 18

Последнее утро началось для Кана непривычно поздно. Айю всё ещё сладко спала, после… довольно бурной, но не менее сладкой ночи. Выйдя в холл, Кан ментально прислушался. Оказалось, близнецы сегодня в Приюте не ночевали, зря он старался, выстраивая защиту вокруг постели.

Мурлыкая что-то себе под нос, Кан нашёл на верхней полке красивые тарелки, поджарил мясо и овощи, с улыбкой сервировал стол, представляя, как будет угощать Айю. Постоянно прислушиваясь к спящей девушке, Кан заметил, что она проснулась, почувствовал какое-то недовольство в её эмоциях. Которое быстро сменилось на почти блаженство, стоило Айю посетить умывальную комнату. Кан улыбнулся, ещё раз оглядел стол, и отправился пожелать доброго утра своей любимой жене.

Когда Кан вошёл в комнату, Айю уже сидела на кровати и тёрла кулачком глаза. Сонная, растрёпанная, как всколоченный воробушек. Настолько милая и домашняя, что так и хочется растормошить, потискать. И Кан потискал. Потом поцеловал. Потом обнял покрепче, и ещё поцеловал... Прошептал её имя, зарывая пальцы в волнистые волосы... Жарко выдохнул, опуская руку вдоль прогнувшегося навстречу ему позвоночника... И она ответила такими же жаркими ласками. Так же задыхается от счастья. Так же растворяется в нем, полностью отдавая гулко стучащее сердце. И так же не может насытиться близостью…

Когда разомлевшая Айю задремала, доверчиво уткнувшись носом в его подмышку, Кан тоже прикрыл глаза.

Так-то лучше. А то взяла привычку — дрожать от страха при моём приближении. И что за глупости ты там себе напридумала?

Услышав крадущиеся шаги босых ног, Кан открыл глаза. Оказывается, он задремал, и не услышал, ни как Айю встала с постели, ни как принимала душ. Теперь она остановилась посреди комнаты, увидев, что он открыл глаза, и улыбнулась ласково, как рассветное солнце. Умытая и причёсанная, она была настолько красива, что даже мужской хвост из волос не прятал её красоты. Свежий румянец лишь слегка напоминает о горящих щеках, томно пылающих совсем недавно. И эта утренняя бодрость выглядит настолько призывно, что хочется…

Бездна! Есть-то как хочется!

Кан вскочил с постели, в последний момент еле успев прикрыть обнажённые бедра покрывалом.

— Я в душ! Я быстро! Ты подождёшь меня?

— Я там подожду, — пряча смех, Айю показала рукой на дверь.

Чмокнув её, куда попал губами, кажется в висок, Кан скрылся в умывальной комнате.

Когда Кан вышел, услышанные эмоции девушки слегка насторожили его. Айю сидела за обеденным столом, низко опустив голову и закрыв лицо руками, плечи мелко подрагивали, как от рыданий. Но в мыслях её было не огорчение, а … смятение?

— Айю… — Кан встревоженно положил руки ей на плечи, и вдруг взгляд его упал на обеденный стол, с такой любовью сервированный им для неё совсем недавно. Сейчас на столе ровной стопкой стояли чисто вымытые тарелки, а поверх лежала записка.

«Господин Хранитель! Мы до глубины души тронуты Вашей заботой о нас. Второй завтрак, приготовленный лично правителем, после усиленной тренировки оказался весьма кстати. Примите наше восхищение Вашей прозорливостью! Особенно восхищает то, с какой любовью и заботой был сервирован стол. Впрочем, вкус блюд так же не уступал своей изысканностью. Примите нашу искреннюю благодарность. Дин. Рин.

Приписка. Айю, клянёмся, все было невероятно вкусно и красиво!»

— Вот же паразиты! — только и смог сказать Кан, а Айю перестала сдерживаться и захохотала в голос, вытирая непроизвольно выступившие слезы.

Неожиданный сигнал колокола заставил их быстро проглотить наскоро приготовленный — завтрак? обед? — и направиться к центру зала. Близнецы появились перед самым носом Смотрителя, будто ожидали его, стоя под дверью. С совершенно невозмутимыми лицами они заняли свои места за ритуальным столиком.

Смотритель вошёл особенно торжественной походкой, хотя, казалось, куда уж больше? В этот раз на подносе стояла всего одна чаша, покрытая перламутром. Когда солнечный луч, питавший чашу своей энергией, схлынул, Смотритель обвёл четвёрку внимательным взглядом и провозгласил:

— До сих пор, вода, которую вы пили, предназначалась для получения или усиления некоторых способностей. В этот раз я предлагаю вам избавиться от одной какой-либо черты характера, которая вам мешает, которую вы считаете лишней. Но учтите — каждое ваше желание будет касаться всех четверых.

— Но мы же не Хранители? — рискнул подать голос Дин.

— Ваши Доли крепко связаны. Вам суждено находиться рядом, помогать и оберегать их, до тех пор, пока они носят титул Хранителей. Так что, подумайте, от чего бы вы хотели избавить вашу четвёрку.

Айю и Кан раздумывать не стали, только согласно переглянулись.

— Глупые страхи, — выпив свою долю, Айю передала чашу Кану.

— Глупая ревность, — Кан сделал глоток и передал чашу Дину.

Тот на какое-то время задумался, затем сделал глоток.

— Напрасные надежды, — и передал чашу брату.

— Гм, тогда и бесплодные сожаления, — закончил эстафету Рин.

Приняв пустую чашу, Смотритель не ушёл, как обычно, а продолжил: