Остров забытого бога

2

Когда-то у меня была огромная власть над людьми, и люди, которые склонялись перед этой властью. Потом эти люди бежали с острова, убоявшись моего гнева и разрушив мое святилище. Оставшись один, я ждал, сколько мог, а потом погрузился в сон. Прошли века, пока на остров явились другие люди и разбудили меня. За то, что они пришли и вернули меня к жизни, я щедро наградил их.

Указом императора семь торговых кораблей отправились на поиски новых земель. В экспедицию были отправлены неугодные императору капитаны и отданы самые ветхие суда торгового флота. В тюрьмах была объявлена амнистия для тех, кто решиться отправиться в корабельной команде экспедиции. Но настоящая амнистия и милости императора ожидают экспедицию только в том случае, если находка будет стоящей.

Император всегда был суров к своим подданным. Этот стиль правления переходил от одного императора к другому так плавно и легко, что казалось, что на троне всегда находится один и тот же император, продолженный в своих потомках: несгибаемый, суровый, когда нужно - жестокий и не знающий жалости. Настоящий тиран.

Опальные капитаны и бывшие каторжники вместе отправлялись на поиски новых земель, и, казалось, императора не волновало, найдут ли капитаны общий язык с такой командой, сумеют ли договориться, или погубят экспедицию своей несговорчивостью. Если экспедиция надеется выжить - каждый человек в команде должен чувствовать себя в первую очередь посланником империи, забыть свои амбиции и разногласия во имя общего дела. Если же судьба этой экспедиции обречена – что же, когда-нибудь император пошлет другую экспедицию... Всегда найдутся ненадежные капитаны и жаждущие амнистии преступники.

Корабли экспедиции покинули родной порт однажды весенним утром, и направились на восток. Потому ли, что и честные, но опальные граждане империи, и преступники в равной мере познали, как тяжек гнев императора, или потому, что законы выживания одинаковы и для аристократов, и для плебеев, противоречия в командах экспедиции возникали редко и разрешались без человеческих жертв. Верные слуги империи твердо решили заработать императорские милости, отыскав для империи новые земли. Во имя славы империи и императора.

Это был долгий морской поход. Порой приходилось приставать к земле и чинить потрепанные в штормах корабли, или просто запасаться провиантом и пресной водой. Золото империи, единственное, на что не поскупился император, служило лучшими верительными грамотами для экспедиции. Это, да еще то, что империя была слишком сильна, чтобы можно было уничтожать ее корабли и после этого оставаться безнаказанными, обеспечило экспедиции спокойный путь даже мимо самых воинственных земель. Ведь только один император знал, насколько малоценной была для него эта экспедиция с самого начала.

Нельзя сказать, что экспедиция не встречала подходящих земель на пути к острову, который много позже получит название остров Второго пришествия. Экспедиция видела много земель, пригодных для целей императора. Но все эти земли были уже заселены, и нужно было их брать с боем, а потом приводить к повиновению непокорное население.

Вряд ли император Ричард пятый будет счастлив получить такое неспокойное приобретение. Мятежников и в империи хватало, даже с избытком. И. потом, если быть слишком жестоким всегда, люди могут сломаться и утратить верность своему императору. А они были верны - все эти опальные капитаны и бывшие преступники. И еще, они были благодарны императору за то, что не поддался гневу, и не казнил, – а лишь отправил новые землю во славу империи.

Флаг империи уберег корабли экспедиции от нападения, золото императора уберегло людей экспедиции от голода и цинги. И вот, однажды на горизонте появилась земля, и глава экспедиции, капитан флагмана "Бригитта" Джордж Авальд, выдохнул с благоговением:

– Этого острова нет на карте. Какой он огромный!

Остров действительно был огромным. Советом капитаном было принято решение разделиться пополам и обойти остров с двух сторон, нанося на карту его границы и очертания. Бодрость духа на кораблях экспедиции достигла небывалых высот. Если остров действительно так огромен, участники экспедиции получат прощение и милость императора, а империя – новую колонию, огромную, плодородную землю. И императору, наконец, будет куда отсылать неугодных.

Прошло немало времени, прежде чем границы острова были нанесены на карту и корабли экспедиции встретились на другой его стороне. Это было благословенное место, обещавшее стать раем для поселенцев. Конечно, только при условии, если остров не населен каким-нибудь агрессивным племенем. Однако при изучении острова с моря не было заметно ни жилья, ни прочих следов человеческого пребывания. На первый взгляд остров казался необитаемым или давно покинутым.

Капитаны всех семи кораблей собрались на флагмане и долго раздумывали над тем, какое имя дать новому приобретению империи. Наконец, капитан Авальд, устав от споров, провозгласил:

– О чем мы спорим? Вместе с этим островом мы обретем не только милость императора, но и надежное убежище от его гнева. Наши потомки будут жить вдали от империи, но будут верны ей всегда, потому что в такой дали от императора невозможно строить заговоры и учинять мятеж. Назовем наш остров островом Верных, и дело с концом!

Капитаны поддержали начальника экспедиции криками одобрения. То был первый вариант названия острова, который позднее был забыт в связи с последующими событиями, и лишь в памяти первых поселенцев острова, да в корабельном журнале капитана Авальда, награжденного по возвращении в империю землями и титулом за успешно выполненную миссию, осталось это имя, данное им в эйфории открытия новой императорской колонии – остров Верных.

Было принято решение о высадке на землю. Отряд добровольцев пришлось сокращать чуть ли не вдвое, - слишком многим не терпелось в первых рядах ступить на заветную сушу. Наконец, было отобрано двадцать матросов и два офицера, возглавивших разведывательную экспедицию. Этой экспедиции предписывалось пробыть на острове сорок восемь часов, а затем вернуться с докладом на флагман. И уже после доклада разведывательной экспедиции совет капитанов должен будет принять решение о переезде на остров всех желающих, и возвращении остальных к императору с докладом о новообретенных землях.