Остров забытого бога

4

Остров оказался очень богатой колонией, что не могло не радовать императора и верхушку империи. В империи о Восточной колонии говорили со странной гордостью, как о породистом животном или любимом деле, приносящем огромный доход. Так и было, доход Восточная колония империи и императору приносила весьма приличный. Поэтому положением дел в колонии были довольны все... кроме колонистов.

За прошедшее с начала заселения колонии время на острове Второго пришествия образовалась практически независимая от империи государственная структура. Император, в основном из-за отдаленности Восточной колонии, не мешал колонистам организовывать свой быт и свою государственную машину так, как им покажется более разумным. Это был мудрый ход со стороны императора: он давал колонистам столько свободы, сколько они сами были способны взять. Лишь бы только аккуратно платили налоги.

Огромный остров был поделен на административно-территориальные единицы и по своей структуре представлял модель империи в миниатюре. На острове были герцогства, баронства, графства и даже три маркграфства. Из пограничных владений, призванных защищать империю от вторжения чужаков, маркграфства превратились в поселения при портах, и владельцы этих селений (те самые маркграфы) имели немалую прибыль от владения портами, а так же немалые затраты на этих портов содержание.

Вопрос с пиратами решился как-то сам собой. Сначала пираты опасались трогать колонию империи, затем попытались грабить прибрежные районы и уходящие с острова Второго пришествия корабли, но почти сразу же отступили с потерями, получив нешуточный отпор. На острове Верных поселились люди решительные и блюдущие святость своих собственнических прав.

Позднее пираты выяснили, что жители острова Второго пришествия с распростертыми объятьями принимают любых гостей, если тем есть чем заплатить за гостеприимство. Любое из пиратских судов могло зайти на остров Второго пришествия под чужим флагом и позвенеть награбленным золотишком. В этом случае дорогие гости со всей мыслимой быстротой получали любые требуемые товары, снасти и маленькие радости, каких может пожелать душа морского волка... Плати деньги и получай честный товар.

Невозможно сказать однозначно, что было причиной такого неразборчивого гостеприимства - изначально ли миролюбивый нрав местных жителей (которые прежде великолепно сумели защитить свою собственность от морских грабителей с оружием в руках), или прибыль, которую остров хотел получать от торговли с пиратами, ведь золото в руках грозы морей звенит ничуть не хуже, чем золото в любых других руках.

Остров Второго пришествия процветал. Всего было вдоволь в этом благодатном краю. Даже налог империи в то чудесное время казался не страшной, непосильной ношей, а лишь умеренной платой за спокойствие и обособленность островной колонии.

Так было, пока очередной совет лордов не избрал очередного (а избирался он пожизненно) главу администрации острова, представляющего и олицетворяющего своей персоной верховную власть на острове Второго пришествия. Официально же титул правителя был скромен, - он назначался всего лишь мэром Форвард-сити, столицы острова. Но какую огромную власть имел на самом деле обладатель этого скромного титула!

В этот раз совет лордов собирался в большой спешке. Причиной этой спешки стала внезапная смерть бывшего мэра Форвард-сити, герцога Лоттари. Скончавшийся мэр был уже очень немолод и давно поседел от тяжести власти, лежащей на его плечах. И все равно его кончина стала для всех неожиданным и не очень приятным сюрпризом (смерть мэра означала некоторое время безвластия, что всегда нежелательно, когда у приближенных к власти возникают хоть малейшие политические разногласия, а возникают они всегда).

В последнее время из влиятельных властелинов и политиков особенно выделялся один. Немолодой, но при этом невероятного очарования и силы влияния немалой мужчина: герцог Рэйнфилд. В народе любили герцога за его своенравный, твердый характер и умение держать слово (никто никогда не мог сказать, что герцог Рэйнфилд когда-нибудь нарушил свое слово).

Можно сказать, что главная причина выбора совета лордов была проста до банальности и к политике имела отношение очень маленькое: никто даже не пробовал составить конкуренцию лорду Рэйнфилду в соперничество за титул мэра. Это было невозможно. Мудрые лорды смирились с неизбежным и подставили герцога Рэйнфилдского над собой полноправным владыкой.

Все, и властители, и подданные, радовались новому, сильному и влиятельному властелину. Сначала все шло заведенным путем – лорд Рэйнфилд вникал в дела Форвард-сити и всего острова в целом, а люди привыкали к новому лидеру.

Харизма этого человека была чрезвычайной, каждое его слово, каждую улыбку встречали крики одобрения и аплодисменты поклонников. Герцог нес бремя своей популярности с немалым достоинством, и в одном из своих заявлений отметил, что собирается пошатнуть и измерить все устои острова Второго пришествия.

Это произошло на второй год правления лорда Рэйнфилда. Остров процветал. Император был доволен вестями из восточной колонии и слегка посмеивался над тем неистовым преклонением, которое островитяне оказывали своему лидеру. И, наконец, это их внутреннее дело, даже когда эти подданные империи предпочитают своему императору местного князька, – императора это не очень волновало. Пока люди острова доказывали свою верность империи тем, что платили налоги в казну императора.

В Рэйнфилдском герцогстве, между тем, началось грандиозное строительство. Мэр Форвард-Сити решил обустроить и приукрасить свое родовое гнездо. Проекты его нового жилища были грандиозны. Средства на строительство герцог в буквальном смысле "выжимал" из своего процветающего герцогства, словного плодоносными землями.

Строительство нового герцогского дворца едва не положило начало разлада между герцогом Рэйнфилдским и его старшим сыном, Роджером. Юноша, оставленный управляющим, чтобы, как выразился его отец, "уже сейчас учиться заботиться о своем герцогстве", считал затеянную отцом стройку бессмысленной и вредной. Все попытки Роджера воззвать к разуму отца заканчивались ничем.