Остров Зверя

16. Как не стать рыбкой

Океан светился, люминесцировал, освещая внутри всё в нём происходящее.

Я, словно заворожённая, смотрела на это снизу, из толщи воды. Я не нырнула, не утонула, я была рыбой. Странное чувство, быть в теле другого существа и мыслить как человек. Хорошо хоть управлять своим рыбным телом я могла интуитивно. Меня слегка болтало: с поверхности до кораллового рифа долетали на глубину волны. Но если прижаться за стенку рифа, то можно было спрятаться от этого «ветра».

Вокруг меня бурлила и кипела жизнь. Рыбки всех цветов и мастей шныряли туда-сюда, а некоторые выглядывали из анемонов, похожих на морские астры, и прятались обратно. Я узнала только кого-то, похожего на Немо. Знала б про такую оказию, погуглила бы местных морских обитателей. А то как-то невежливо выходит, не знаю никого.

Ох, очень надеюсь, что это сон, просто такой вот реалистичный. Потому что становится страшно при мысли, а вдруг это не сон.

Я спустилась ниже, желая спрятаться от качающих меня движений воды, наклонилась вниз и замерла, наткнувшись взглядом на мёртвенно глубокие глаза-бусины. Рот-скальпель был приоткрыт и гибкая резиновая змея медленно выползала из своей норы. Эту рыбу я знала. Это – мурена. Я почувствовала себя кроликом перед удавом, который не может сдвинуться с места от леденящего ужаса. Но в этот момент кто-то, или что-то толкнуло меня в бок и буквально вынесло вверх.

Аааа, этого я знаю, мне про него рассказывали, я его гуглила. Размером с человеческую ладонь, губки дудочкой и щиплется. Ещё, походу и толкается.

Было что-то в нём неуловимо знакомое. Но я устала от этой экскурсии, мне страшно. Я хочу проснуться. Тень накрыла меня, загородив от светящегося планктона, проплыла надо мною, махнув чуть ли не перед моим носом своим длинным хвостом. Наверно какой-то скат.

Не хочу, мне это не надо, я хочу проснуться. Из глубины моего хлипенького скользкого тела рвался крик, но рыбы молчат, они не могут издавать звуки.

Я очнулась в кровати, села, рукой поймав своё прыгающее сердце. Вся мокрая от пота, с тяжёлым дыханием. К чёрту такие сны, не буду больше никогда их заказывать. Встала с кровати, подошла к окну, которое на океан. Светало. Небо окрасилось жёлто-кремовым на срезе горизонта. Сна не было ни в одном глазу. Я скинула ночнушку на тонких бретелях и проскользнула в длинный сарафан с широкой юбкой. Вряд ли кто-то меня сейчас увидит, а я схожу к этому океану, пошепчусь с ним.

Обуваться я не стала. Деревянный пол не был холодным, железные ступени решетчатые слегка резали подошву ног, зато песок принял мои ноги как родной. Он был прохладен, но податлив, давая моей ступне погрузиться в него ровно настолько, чтобы не утонуть и оттолкнуться. Он шуршал, словно нашёптывал какую-то местную песню. Мы с ним вполне сдружились бы. А ведь когда-то он был лавой.

Я оглянулась на свои следы, они словно строчка, чернели яркими запятыми на менее ярком чёрном листе. А впереди приближался ко мне утренний прибой. Волны, растянутые вдоль берега, лениво скручивались в пенные трубочки, и с хлопанием плюхались на берег, отползая и шепча что-то своё.

Позволила воде коснуться моих ног. Вода размывала песок вокруг пальцев и закапывала меня глубже и глубже. Я отшагнула назад. Вроде и тихо, а вроде бы и ветер заглушает шум шагов, но я его почувствовала. Даже можно было не оглядываться.

- А ты почему не спишь? – спросила я Барни, когда он обнял меня сзади и уткнулся своим подбородком мне в плечо.

- Я напугал тебя, прости.

- Не напугал, я почувствовала, что ты идёшь.

- Нет, я про твой сон.

- А, про это… Это же не сон, да?

Мне на удивление было не страшно моё осознание и это откровение. Главное, что сейчас я стою на песке ножками, а не плавничками.

- Да, - тихо ответил Барни.

- Ну и как вы это делаете?

- Мы в сговоре с духом вулкана, богиней Пеле.

Я думала, что он улыбается и шутит, вывернулась из его объятий и внимательно посмотрела в его лицо. Но нет, он не шутил. Я передёрнула плечами, потому что мне вдруг стало холодно.

Взгляд его был спокоен.

- Ну да, ты в этом как рыба в воде, а я новичок. Но ты дал мне попробовать. В первый раз с конями, второй – с рыбами. И знаешь, мне нравится быть человеком.

Он опустил глаза в песок.

- Ясно. Тебя это пугает?

- Нет. Не знаю. Да, может быть пугает.

- Извини. Не хочешь, не буду больше так делать.

Голос его был смиренен и тих, лицо полно раскаянья. Ну как на такого сердиться?

Я повернулась лицом к океану и вернула руки Барни на свои плечи. Он тихо хмыкнул мне в волосы и обнял меня покрепче.

- Мне хорошо с тобой, - сказал он в мои волосы.

- Даже когда я – рыба? – не удержалась я от иронии.

- Даже когда ты рыба.

- А что было бы, если б меня мурена съела?

- Ты бы почувствовала боль и страх рыбы. Это может быть травматично для психики человека.

- Но человек не умирает?

- Нет. Он возвращается в себя.

- Вы все втроём можете так делать? Или тут остров весь такой?

- Мы втроём.

- Почему?

Барни вздохнул тяжело.

- Договор с Пеле.

Я раздражённо стукнула ножкой и Барни ослабил объятия. Но я замерла и его руки вернулись обратно.

- Ты хочешь уехать домой? – тихо спросил Барни, словно через силу.

- Нет, - призналась я, - просто не хочу стать снова какой-нибудь рыбкой.

- Хорошо.

Мы долго стояли вот так, пока волны не стали подмывать наши ноги и топить нас в песке, потом мы пошли в сторону дома.

- Едем сегодня в деревню? – с тревогой в голосе спросил Барни.

Было видно, что он беспокоится за меня и моё настроение.

- Да, едем, только когда Галка проснётся. Сейчас слишком рано.

- Пойдём на качели? – робко предложил этот большой как медведь мужчина.

Я не смогла сдержать улыбки.

- Да.

Он улыбнулся с облегчением.

Мы снова сидели на тех самых качелях, только в этот раз я уснула, положив голову на его колени. И на этот раз никаких снов, лишь большое мужское тело рядом, от которого шли нежные флюиды заботы.