Остров Зверя

21.Когда страшно спать одной

Вещи Барни наверх склона отнёс сам, за два захода, но сначала помог подняться мне. Он тащил меня как на буксире, крепко держа за руку. Оставил сверху и спустился за вещами.

Когда машина тронулась, я поняла, что мне очень хочется снять мокрый купальник, от которого подо мной образовалась лужа. На мокром кожаном сиденье было неприятно сидеть. Из сумки я достала футболку, надела, расстегнула мокрый верх купальника и вытащила его через ворот футболки. Хотелось переодеть и низ.

- Ты можешь остановиться ненадолго? Я переоденусь, - попросила я.

- Конечно, - Барни взглянул на мои голые ноги в мурашках и притормозил посреди дороги.

Я открыла тяжёлую дверь джипа, вышла, и первым делом вытерла своим пляжным полотенцем лужу. Потом опоясалась полотенцем с намерением переодеться. Барни тактично вышел из машины и отошёл в сторону. Когда же я перестала барахтаться в своих одеждах и наконец закончила процесс, я пошла поискать, куда делся мой водитель.

Барни стоял метрах в двадцати от машины в поле и рядом с ним стояла большая белая собака, та самая. Казалось, Барни разговаривает с ней. Он обернулся и посмотрел на меня, потом махнул мне рукой, приглашая подойти. Я медленно пошла к нему. Собака, или волк, не знаю, кто это, но оно не трогало Барни. Увидев моё приближение, она села. Сейчас было понятно, насколько собака была огромная. В сидячем положении её голова оказывалась напротив пояса Барни.

Но он был спокоен, поэтому я продолжала приближаться. Собак я не очень понимала всегда, поэтому опасалась. Но, что-то читала о том, как надо знакомиться с собакой, поэтому на расстоянии пары метром присела на корточки и протянула руку ладонью вверх, предлагая себя понюхать. Собака встала, подошла и понюхала мою рук, потом «улыбнулась», показав зубы, обернулась на Барни и пошла от нас, периодически оглядываясь. Вскоре она скрылась в траве.

Я встала с корточек.

- Может быть она была чьей-то? – предположила я, - она совсем не боится людей.

- Наверно, - задумчиво пожал плечами Барни, смотря в том направлении, куда она ушла.

Потом посмотрел на меня.

- Мне кажется, тебе не помешал бы стакан виски. Заедем в каменный дом. Покажу тебе комнату.

- С пластинками? – грустно улыбнулась я, попытавшись пошутить.

- С пластинками, - Барни приобнял меня и повёл к машине.

- Она вроде не голодная? – думала я о собаке, - не худая вроде, не голодает.

- Она помесь с волком, охотится.

- Понятно.

Мы сели в машину. Теперь, переодевшись, я наконец немного согрелась. Ехали молча. Впечатлений у меня сегодня, пожалуй, было слишком много.

Солнце садилось, когда мы заехали во двор. Было спокойно и тихо, на втором этаже горел свет.

- Флойд дома, - пояснил Барни, поймав мой взгляд.

Мы припарковали машину и прошли в дом. Я пошла в направлении комнаты, которая была нам с девчонками предложена в прошлый раз. Там всё так же и было, только постели аккуратно заправлены. Барни зашёл со мною.

- Предлагаю тебе оставить тут вещи и пойти поужинать.

- Хорошо, - я бросила свою сумку на ту кровать, на которой спала в прошлый раз и вышла за Барни.

Вместе с ним мы прошли в большую кухню, совмещённую с гостиной. Я присела за стол по праву гостьи, а Барни с видом исследователя заглянул в холодильник. Скоро передо мной стояла огромная миска салата, большой, начатый кусок мяса, вероятно говядины, хлеб, тарелка с нарезанным сыром нескольких видов и виноград.

С характерным звуком звякнули два стакана, в который Барни плеснул виски.

- Я так понимаю, что мы остаёмся тут и мне за руль сегодня уже не надо, - он стукнул своим стаканом о мой и отглотнул немного.

Я последовала его примеру. Обжигающая жидкость протекла в горло и пошла внутрь меня, согревая всё по пути.

Барни удовлетворённо улыбнулся краем губ, увидев, как я это сделала и нарезал мне мяса от большого куска. Предложил соус. Салат я положила сама. Мясо оказалось на удивление нежным.

- Всегда боялась готовить говядину, сложно сделать так, чтобы мясо было не жёстким, - поделилась я.

- Ахе мастер по приготовлению мяса.

- А кто сегодня готовил девчонкам?

- Наверно По. Не знаю. Они отвечают за результат, а кто и когда именно что-то делает, разбираются сами.

- Молодцы. А кто убирается в домах? Тут и на берегу?

- Порядок наводит? Две женщины из деревни. Два раза в неделю.

- А ты, или Руди, работаете? Флойда чаще всего не бывает, а вы вдвоём почти всегда с нами.

- Работаем. Но можем делать это не каждый день. Вот закончится ваше пребывание тут и тогда нам придётся навёрстывать упущенное, как у вас говорят.

- А если мы решим стать невестами, выйти за вас замуж и никуда не уедем? – решила смоделировать ситуацию я.

- Тогда увидите, как мы работаем каждый день и придётся ждать нас с работы. Хотя я могу работать и дома, просто за компьютером. Но наша работа, как я говорил, это просто чтоб скучно не было, чтоб смысл был какой-то. То есть заниматься любимым делом и получать за это деньги. На те деньги, которые я получаю от своей работы, не получится содержать два дома и помогать деревне.

Еда и особенно виски, расслабляли, снимая нервное напряжение сегодняшнего дня. Барни видел, как я успокаиваюсь и, подозреваю, мои щёки раскраснелись, судя по тому, что мне казалось, что они горят.

- Ты отошла от встречи с акулой?

- Наверно да, но в воду меня теперь не загонишь. И не надо убеждать, что они на нападают.

Барни молча улыбнулся.

- Я когда-то посмотрела фильм Челюсти, так я потом в Геленджике купаться боялась.

- Где?

- Это у нас, на Чёрном море. Там конечно же никаких аул нет и не было, но сама толща воды меня пугала. Не днём, конечно. Днём там шумно, много людей купается, все кричат, визжат, дети прыгают в воду, ни одна дурная акула такого не выдержала наверно. А вот вечером, или ночью я не могла войти в воду. Мне просто представлялась огромная туша и челюсти.