Острые грани любви

Глава 3.2. О вилках и слишком узких юбках

— А ты, Лиза?

— Что, простите?

Я точно пропустила хороший кусок разговора, пытаясь найти выход из кринжовой ситуации.

— Я спрашивал о твоих планах. На будущее. После окончания школы.

— А, планы... ну да.

​Петр с интересом разглядывал меня.

Я выдохнула, замялась. Рассказывать о своих идеях взрослым — это всегда риск нарваться на тошнючую лекцию.

— Ну, археология — это точно не моё. Пыль и черепки — вайб мамы с папой. Я больше по визуалу.

— По визуалу? — Петр Семенович приподнял бровь.

— Я люблю рисовать одежду, придумывать фасоны.

— Интересно. Ты хорошо рисуешь?

— Неплохо. Я хочу стать дизайнером, создать свою коллекцию одежды и свой бренд.

— Коллекция «Рваный люкс». Очень смело, — фыркнул Влад.

​Это он сейчас на мою юбку намекает, вернее, на то, что от нее осталось? Я вздернула подбородок, клянусь хвостом Фантика - он об этом пожалеет.

— Это называется кастом. И вообще, творческий поиск, — я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно более снисходительно, как взрослый объясняет простое непутевому ребенку. — Тебе в твоей выглаженной базе этого не понять.

​Петр Семенович усмехнулся, переводя взгляд с сына на меня.

— Я перестал понимать вас, молодежь. Старею, наверное. Но дизайнер-модельер — отличная идея, Лиза. Очень творческая профессия.

— Ага, с воображением у меня все ок, люблю эксперименты, — я улыбнулась, а Влад прищурился.

— У меня хорошие знакомые работают в модной сфере, я мог бы...

— Нет, спасибо! — перебила я чуть резче, чем следовало.

— Самостоятельная? Похвально, — мужчина одобрительно кивнул. — Но если понадобится помощь, любая, всегда можешь на меня рассчитывать.

— Это моя дорога. Я сама хочу.

— Мне нравятся целеустремленные люди. Дерзай.

​Персонал двигался бесшумными призраками. Девушка открыла крышку с рыбным блюдом, красные ломтики исходили паром и кружили голову умопомрачительным ароматом.

— Лиза, ты просто обязана попробовать этот шедевр. У нашей кухарки запеченная семга выше всяких похвал...

​Его прервал звонок.

— Кушайте, не ждите меня.

Петр Семенович вышел, а я осталась один на один с Владом.

— Нужно поухаживать за тобой, «сестренка», — он положил мне на тарелку пару кусочков и кивнул на приборы.

​Я уставилась на многодетное семейство вилок, как на своего врага: маленькие и побольше, с углублением и сплющенными краями, двухзубые и совсем зубастые. Вот же зараза. Я прикусила губу. И какую выбрать? Влад ждал, не сводя с меня глаз. Я цапнула наугад ту, что ближе ко мне.

— Вообще-то это вилка для фруктов, — он ухмыльнулся. — Как тебе, не жарко теперь, ветер по низу гулят?

— Вообще не выкупаю, о чем ты, — я покраснела до корней волос, поправила под столом край юбки и потянулась к другой вилке.

— А это десертная.

​Я отдернула руку. Трындец. Аппетит пропал.

— Вообще-то я терпеть не могу рыбу. От слова совсем.

— Да что ты?

— Ну хватит! — встала, поворачиваясь к душниле непострадавшим боком.

Я собиралась уйти.

— Не беги. Иди потихоньку, — шепнул Влад и придержал меня за руку, — а то они будут греметь на весь дом.

— Греметь? Что?

— Кости твои.

​Блеснули два ряда белоснежных крепких зубов. А мне впервые захотелось убить. Или по крайней мере ткнуть эту смазливую пачку в тушеную свинину — там ему самое место. В этот момент вернулся Петр Семенович, и я выдохнула.

— Простите, ребята, был срочный звонок, не мог не ответить.

— Петр Семенович, я пойду. Спасибо, ужин и правда был, ммм, незабываемый.

— Так скоро уходишь? — хозяин удивленно заморгал. — А как же десерт?

​Словно по невидимой команде принесли сладкое. Меня передернуло, как только я представила, что сейчас опять нужно будет сыграть в дурацкую игру «угадай ложку».

— О нет-нет, я просто лопну. Пуф! — попыталась выжать из себя улыбку, кажется, вышло криво.

— Тогда побудь с нами за компанию. Я еще не узнал, как твои мама с папой?

— Ладно, — пришлось согласиться. Петр Семенович не виноват, что его сын мудак.

— Тебе говорили, что ты очень похожа на мать?

- Говорили.

- Такая же красавица.

​Влад с удивлением уставился на отца. Чайные глаза с темной каймой у зрачка остановились на моем лице. Чтобы как-то скрыть нервозность, я сунула в рот кусочек помидора.

— Так что родители? Чем заняты?

— Да как обычно, работают, — я пожала плечами. — Раскапывают стоянку позднего палеолита, кажется.

​Мои отец и мать были помешаны на двух вещах: друг на друге и на работе.

— Значит, всё по раскопкам? — мужчина откинулся на спинку стула, и его взгляд стал задумчивым. Он некоторое время молчал. — Твой отец, Саша — человек редкой породы. Знаешь, ведь я обязан ему жизнью.

​Для меня это было новостью. Мама мельком упоминала, что папа когда-то помог старому другу, но подробностей я не знала. Я отставила чашку с чаем. Влад перестал ковырять в тарелке.

​— Мы с Сашей одно время увлекались альпинизмом. Зеленые были, горячие. На дорогое снаряжение и опытных гидов денег еще не заработали. В тот раз мы полезли в горы в самый неудачный сезон. Погода сменилась быстро, и глазом моргнуть не успели. Жуткий холод, бешеный ветер. Но молодая кровь и глупое упрямство гнали нас вверх. Есть такая пословица: "Дешевая рыбка - плохая юшка." В какой-то момент мы остались без страховки, без снаряжения. Саша выбрался бы сам, он находился в выигрышной позиции. А я... Будто в замедленной съемке я видел, как лечу вниз, слышал крик Саши: «Петр!» .

Мужчина замолчал и покачал головой.

- Можно сказать, мне повезло, я успел схватиться за небольшой выступ. Но весь удар пришелся на левую сторону: рука и нога были сломаны, от боли в ребрах я едва не терял сознание. Я висел над обрывом, цепляясь за уступ одной правой, и очень ясно понимал, что встреча со смертью отложена всего на пару минут.