От чистого сердца

2

Светлана Максимова, в замужестве Драгунова, была красивой женщиной. Очень красивой женщиной по мнению многих людей, кто когда-либо с ней сталкивался. Женщина имела плотную фигуру, которая после беременности красиво округлилась, придавая её формам особенные женственные черты. Золотистые волосы были густыми и мягкими. Света никогда не носила сложных причёсок, предпочитая оставлять локоны свободно лежать на плечах. Глаза у неё были пронзительного голубого цвета, очень яркие с характерным тёмным ободком вокруг радужки. Эти глаза передались обоим её сыновьям. И в дополнение ко всему она всегда улыбалась. Жизнь Светы со всеми её сложностями и заморочками вызывала в ней улыбку, то от счастья, то от досады, заранее предвиденной ею. Ничто и никогда не заставляло её по-настоящему переживать и плакать, и порой казалось, что нет таких напастей, которые бы стёрли радостное настроение со светлого лица этой женщины.

Но счастливое существование Светланы было обусловлено ещё одним весьма важным обстоятельством: она была в счастливом браке с чутким мужчиной, который не давал ей думать о таких весьма важных вещах, как на что купить продукты и на какие деньги оплатить коммунальные услуги. Андрей заботился о своей семье, получая от Светланы, не обременённой функцией каждодневного выживания, всю полноту любви и заботы счастливой домохозяйки. И так могло продолжаться довольно долго, пока независимая натура женщины не пробудилась в ней, давая о себе знать неудовольствием от этой спокойной жизни.

Светлане захотелось перемен, и она начала за них бороться. Однако она и подумать не могла, что её противником вдруг окажется самый близкий человек. Человек, которого она однажды выбрала своим мужем.

Светлану Драгунову приняли в клинику на должность кардиолога. Так получилось, что докторов данной направленности было мало. Да и к тому же отдел интенсивной терапии нуждался в новом терапевте, после ухода в декретный отпуск Ирины Рудко. Вокруг ухода Ирины так же ходило множество слухов, щедро пускаемых Ренатой, что мол она не вернётся больше в клинику, оставшись сидеть дома с ребёнком. И как бы подобный исход событий не был похож на естественное поведение Ирины, всегда на сто процентов отдающейся работе, находились те, кто верил словам Ренаты. Анну Котову, как старшую медсестру и близкую подругу Ирины это чрезвычайно злило. Она даже хотела пригласить Талию Юнайкс в сестринскую на чай, чтобы та в своей острословной манере вновь осадила нерадивую медсестру, которую хлебом не корми дай посплетничать. Однако, как объяснил Елисей Анисимов, Талия натерпелась столько душевной боли и отчаяния в стенах медицинских учреждений, что её никакими силами не заставишь туда прийти. Те пару раз, что она посещала их клинику, были проделаны по её доброй воле.

И всё же после того, как Талия ловко осадила Ренату парой фраз, девушка была вне себя – это было заметно. Анна была довольна не только тем, что несносный хирург-развратник Анисимов встретил любовь себе по рубашке, но и тем, что в лице этой женщины приобрела новую подругу.

И всё же теперь Анне приходилось справляться со всем в одиночестве. Но не долго продолжалась её одинокая битва в вотчине. С появлением Светланы в клинике в качестве не просто жены хирурга Драгунова, но уже в роли специалистки и работницы, Анна ощутила что-то светлое и тёплое, вдруг разлившееся по коридорам медицинского учреждения. Её стало тянуть вновь и вновь к кабинету Светланы, чтобы переброситься с ней хотя бы парой слов, которых ей после ухода Ирины очень недоставало.

Светлана волновалась в первые недели. Прошло так много времени с выпуска из университета. Она недополучила должную практику, а последние месяцы занималась самообучением, в чём честно призналась главному врачу, придя на собеседование непосредственно в его кабинет. Тот и рад был её видеть, но всё же принимал решение с расстановкой, понимая резонность слов женщины. Ему нужны были доктора, позарез нужны. И это создавало проблему. Так что он дал Светлане испытательный срок, назначив для неё в качестве куратора пожилого кардиолога – Погодина. Тот был предпенсионного возраста, но исправно приходил на работу в выцветшем коричневом костюме и остроносых ботинках. Мало кто знал, сколько боли, горя и сложностей пережил этот человек за свой век, но все его одинаково уважали за кротость и добродушие, с которым тот их встречал.

Погодин выучил множество молодых специалистов, так что со Светланой, горящей желанием работать, проблем не будет. Она просто будет наблюдать за тем, что делает доктор Погодин, советоваться с ним, читать статьи, опубликованные от его имени, и всё у неё сложится удачно.

Персонал клиники встретил новую сотрудницу с интересом и опаской. К ней присматривались первое время, боясь делать поспешных выводов. Ренате вроде и хотелось пустить что-то острое по клинике на тему семейного подряда от Драгуновых, но она не решилась. Андрей, это не лёгкий на подъём Елисей, это совершенно иной тип мужчины. Когда он смотрел на кого-то своими чёрными, как декабрьская ночь глазами, никто не знал, что в этот момент творится в его душе. И положа руку на сердце, Рената бы призналась, что отчасти побаивается Драгунова. Так что перед тем, как разевать рот на его жену, она бы сотню раз подумала прежде сего необдуманного поступка.

Ника за стойкой регистратуры встречала Светлану с неизменной улыбкой. Она помнила какие вкусные торты и пироги та пекла, находясь дома, и передавала их через мужа коллегам в угощение. Женщины обменивались коротким диалогом вполне себе стандартных фраз, но от этого обеим становилось легко на душе.

Даже всегда серьёзный Олег улыбался при виде светлой головки и полненькой фигуры новой докторки из отдела кардиологии. Он уважал Драгунова, и с этой призмы шли отсветы принятия и уважения к Светлане. А той было без разницы смотрят ли люди на неё, как на обособленную личность либо же как на жену хирурга Драгунова. Самое главное – её мечта сбылась. Она шла по коридорам клиники в белоснежном халате, до своего кабинета, где её ждала настоящая работа, за которую она получит деньги и благодарности от добрых пациентов. А если пациенты окажутся злыми… Что ж, об этом Светлана старалась не думать.