От "чужой" до "любимой"

Глава 9: Кровавая сцена

Спустя неделю после инцидента со стулом в школе вокруг Светы выросла невидимая, но совершенно непроницаемая стена. Она была не из криков или оскорблений — из молчания. Райан, казалось, изменил тактику. Прямые нападки прекратились, но его влияние работало исподволь, как яд.

Одноклассники, которые ещё недавно с любопытством косились в её сторону, теперь делали вид, что её не существует. При её появлении разговоры в группах затихали, а когда она проходила мимо, взгляды немедленно отводились в пол или в окно. С ней не здоровались, не передавали записки, не спрашивали домашнее задание. Она стала призраком, невидимкой, на которую было наложено негласное табу. Единственным островком нормального общения оставались Луна и её подруги из параллельного класса — Джейси, Эмили и Элис. Райан, по какой-то своей, только ему ведомой причине, не переносил «войну» на свою кузину и её близкий круг. Это было единственным правилом в его жестокой игре.

Однажды утром Света проспала. Виной тому был долгий, тяжёлый разговор с мамой накануне вечером, который закончился слезами и хлопнувшими дверьми. Она влетела в школу уже после второго звонка и, запыхавшись, остановилась у двери кабинета алгебры. Учительница, строгая мисс Вуд, лишь покачала головой и махнула рукой:
—Опоздала, Светлана. Свободных мест нет. Садись туда, — она ткнула ручкой в единственный свободный стол в самом конце класса, у окна, за которым сидел парень.

Света покорно прошла между рядами, чувствуя на себе десятки колючих, скользящих взглядов. На парте, куда её посадили, лежала стопка потрёпанных учебников, а рядом сидел тот самый «сосед». Его звали Гарри. Весь класс дразнил его «Ботаником» или «Профессором». Парень был погружён в свой мир: всклокоченные волосы, очки в толстой оправе, сползающие на кончик носа, и старый свитер с катышками. От него исходил едва уловимый запах пота, пыли от бумаг и чего-то химического. Он не поднял головы при её приближении, уткнувшись в конспект, испещрённый сложными формулами.

Света молча села, отодвинувшись на максимальное расстояние. Ей было неловко и неприятно. Не из-за него лично, а из-за всего: опоздания, унизительного внимания класса, этого вынужденного соседства, которое тут же заметили.

И особенно заметил Райан. Он сидел через два ряда, развалившись на стуле. Когда Света села, она почувствовала его пристальный взгляд. Она не обернулась, но кожей ощутила, как в воздухе повисла тишина нового спектакля.

Из периферийного зрения она заметила, как он негромко что-то сказал Марку, сидевшему рядом. Потом достал телефон. Мисс Вуд в этот момент повернулась к доске, объясняя новую тему.

Света старалась сосредоточиться на уравнениях, но её грызло предчувствие. Оно не обмануло. Через пять минут её телефон, лежавший в кармане, беззвучно завибрировал раз, другой, третий. Потом замигало уведомление из общего школьного чата, куда её добавили в первый день.

С леденющим чувством в груди она открыла Telegram.

В чате, где обычно обсуждали домашку и расписание, уже бушевали сообщения. Поводом было одно фото. Небрежный, снятый сбоку кадр: она и Гарри за одной партой. Угол обрезан так, чтобы было видно её профиль, смущённо отведённый в сторону, и его неопрятную фигуру, погружённую в книгу. Фотография была подписана с убийственной иронией:

«Тренды этого сезона: переездные принцессы находят свой стиль. И свою пару. Кажется, у нас в школе зарождается новая звездная парочка #КрасавицаиЧудовище #НовенькаяОсваивается»

Автор поста был скрыт, но Света не сомневалась ни секунды. Комментарии сыпались как из рога изобилия. Смеющиеся смайлы, поддакивающие «ого!» и «лол!», чьи-то ехидные «мило!». Никто не вступился. Никто не написал «это жестоко». Страх перед Райаном и его окружением был сильнее.

Жар стыда и ярости охватил её с головы до ног. Она сжала телефон в руке так, что пальцы побелели. Рядом Гарри, всё ещё ничего не подозревая, что-то усердно выводил в тетради. Он тоже был жертвой, просто разменной монетой в этой игре на её унижение.

Она подняла глаза и прямо через класс встретилась взглядом с Райаном. Он не улыбался. Он смотрел на неё с холодным, удовлетворённым интересом, как учёный, наблюдающий за успешным экспериментом. Его сообщение было ясно: «Я могу унизить тебя, даже не прикасаясь к тебе. Я могу сделать так, что над тобой будет смеяться вся школа. Ты не здесь хозяйка. Ты — мой проект».

Света медленно опустила взгляд на телефон. Сотрясаемая от гнева, она хотела написать что-то резкое в ответ, выложить всё, что она о нём думает. Но её пальцы замерли. Это именно то, чего он ждал — истерики, срыва. Это дало бы ему новую пищу для насмешек.

Вместо этого она сделала нечто другое. Она сохранила скриншот поста с подписью. Потом отправила его в личку Луне с коротким сообщением: «Новая тактика. Фотошоп и клевета. Оригинально, не правда ли?»

Затем она выключила телефон, сунула его в самый дальний карман рюкзака и, превозмогая дрожь в коленях, заставила себя снова смотреть на доску. Она не плакала. Она просто сидела, выпрямив спину, и смотрела в пространство где-то над головой мисс Вуд, чувствуя, как внутри застывает не ярость, а что-то твёрдое и холодное, как сталь. Он хотел её сломать публичным осмеянием. Но в этот момент, глядя в никуда и стиснув зубы, Света дала себе клятву. Она не даст ему этого удовольствия. Она найдёт способ ответить. Не эмоциями, а действием. Тихим, точным и неожиданным.

А пока что стена вокруг неё стала ещё толще. Но она тоже становилась твёрже. Теперь это была не стена страха, а стена решимости. Очень, очень холодной решимости.

Травля продолжалась. На следующий день в чате появилось новое фото: Света, идущая по коридору, и на том же плане, в двух метрах, Гарри с грудой книг. Подпись: «Совпадение? Не думаем. Идут на свидание в библиотеку? #Неразлейвода». Днём позже — гифка, где она случайно уронила ручку, а Гарри, сидевший через проход, наклонился её поднять. Подпись: «Романтика в стиле тиктока. Он подбирает её вещички! #ВлюблённыйБотаник».