От "чужой" до "любимой"

Глава10: Последствия и молчание

Тишина в доме была гулкой и неестественной. Света сидела на кухне, уставившись в стол, рядом лежал её разбитый телефон. Она ждала. Ждала, когда родители вернутся с вызова к директору.

Дверь открылась, и вошли они оба. Мама выглядела растерянной и усталой, но лицо отца было тёмным от сдержанной ярости. Он снял пальто, не глядя на дочь, и бросил его на стул.
—Воронцов? — произнесла мама, обращаясь к отцу, но он её перебил.

— Вост. Фамилия Марка — Вост. Его отец, Леонид Вост, не просто партнер. Он — человек, от чьего слова зависит, будет ли наш проект здесь жить или его закроют в зародыше. Он — тот, кто может одним звонком превратить меня из перспективного сотрудника в изгоя. — Отец медленно повернулся к Свете, и его глаза были холодными, как сталь. — И ты, моя умная, принципиальная дочь, устроила мордобой его сыну. За неделю. В новой школе. В новом городе.

Он подошёл к столу и тяжёлой ладонью накрыл разбитый экран её телефона.
—Всё. С цирком покончено. Телефон — мой. Новый получишь, когда заслушишь. Если заслужишь. С этого момента ты — серая мышь. Ты ходишь в школу и возвращаешься сразу домой. Никаких прогулок, никаких кафе с новыми подружками. Твоя задача — учиться, делать домашку и не привлекать к себе абсолютно никакого внимания. Поняла?

— Но пап, это он…
—МНЕ НЕ ИНТЕРЕСНО! — крикнул отец, ударив кулаком по столу. Заскрипела тарелка. Света вздрогнула. Она редко видела его таким. — Мне не интересно, кто что начал! Интересно, что мой ребёнок, вместо того чтобы головой думать, решает проблемы кулаками! Или телефонами! Ты поставила под удар всё, ради чего мы сюда переехали! Из-за школьной склоки!

Он тяжело дышал, пытаясь взять себя в руки.
—Директор сказал, что Восты пока не подают официально. Это не доброта, Света. Это намёк. Намёк на то, что меч уже занесён и может опуститься в любой момент. И единственный способ этого избежать — чтобы ты исчезла. Стала идеальной, тихой, незаметной. Ни единого повода. Поэтому ты идешь сейчас в свою комнату, садишься за домашнее задание. И послезавтра, когда пойдешь в школу, ты от всех держишься подальше. Особенно от Райана и его компании. Если увидишь Марка — перейди на другую сторону улицы. Ты наказана. Не на день. До тех пор, пока я не решу, что угроза миновала.

Он взял со стола её разбитый телефон и сунул его в карман.
—Всё. Иди. Учись.

Света молча поднялась. В горле стоял ком. Не от обиды, а от леденящего понимания масштаба катастрофы. Она не просто ударила одноклассника. Она врезала сыну человека, который держал на крючке карьеру её отца. И теперь её свобода, её и без того шаткое положение в школе и спокойствие семьи зависели от её способности стать невидимкой.

В комнате она не плакала. Она села за учебник по алгебре и открыла его. Но буквы расплывались перед глазами. В голове крутилась одна мысль: Райан знал. Он наверняка знал, кто такой Марк Вост. Он использовал его как идеальную мишень — и как идеальное оружие. Он не просто хотел её унизить. Он хотел надеть на неё и её семью удавку ответственности, которую теперь нельзя было разорвать, не причинив всем боли.

На следующий день в школе её игнорировали уже по-новому. Шёпоты затихали, когда она проходила, но в воздухе висело тяжёлое знание: «Она та самая, которая ударила Воста». Даже Луна на перемене говорила с ней тихо и быстро, оглядываясь по сторонам.
—Отец Марка позвонил моим родителям, — шепнула она. — Вежливо, но… очень холодно. Спрашивал о твоей семье. Райан молчит, но он знает, что происходит. Он просто ждёт.

Света кивала. Она чувствовала себя как в аквариуме: все всё видят, все всё знают, а она за стеклом, лишённая даже голоса, потому что её телефон лежал в кармане отцовского пиджака. Она шла на уроки, сидела одна, ела бутерброд в самом пустом углу столовой и ловила на себе взгляды. Не насмешливые, а оценивающие. Взгляды людей, которые гадают, сколько продержится эта хрупкая тишина и когда грянет настоящий гром.

Возвращалась домой она сразу после последнего звонка. Не задерживаясь ни на минуту. Сидела в своей комнате и училась. Мир сузился до маршрута «дом-школа-дом» и четырёх стен её комнаты. Но даже в этой тишине и изоляции она чувствовала на себе давящий, невидимый взгляд. Взгляд Райана, который выиграл этот раунд, даже не появившись на ринге. Он связал её по рукам и ногам, используя самую мощную силу — страх за близких. И теперь он где-то там, за стеклом её нового, добровольного заточения, наблюдал, как его трофей сам себя хоронит.