От изгоя до фаворита (ном Книга 2)

Глава 24 Решающий бой. Продолжение

Близ границы империи Ворт

Защита боевых скакунов могло сыграть с гвардией злую шутку. Командующий имперцев приказал магам атаковать животных, что привело к массе разрывов в монолитном строе. Однако гвардейцы расступились, выпустив обезумевших жеребцов, которые начали метаться между противоборствующими сторонами, пытаясь найти выход из огненной ловушки. Что не говори, а атаки магией больше всего пугают животных.

Гвардейцы сожалели о гибели своих скакунов, но ничего с этим не могли поделать. С другой стороны, столь странная атака вражеских магов позволила гвардии прожить ещё какое-то время. Что не говори, а элита Готора ценила жизнь, хоть и была готова расстаться с ней в любой момент. В конце-концов, когда последний скакун погиб от пламени и копий, имперцы перешли в наступление. Маги были истощены, но существенный численный перевес гарантировал победу над отрядом Готора.

Бой в плотном кольце был на руку гвардейцам, по крайней мере, пока у них хватало тех, кто мог занять места павших товарищей в первой линии. Что же до имперцев, то опытные воины не спешили умереть на клинках противника, а потому битва затянулась,, хотя её итог и был предрешён .

Казалось бы стрелки могли переломить ход сражения, но лучники не могли пробить доспехи гвардейцев, а арбалетчикам требовалось видеть цель, чего в условиях полного окружения было не добиться. Да и арбалеты у имперцев были лишь немногим мощнее луков, а вести стрельбу с десяти шагов возможности не было.

Командующий армии вторжения был не в восторге от размена два к одному. Но поделать с этим ничего не мог. К тому же, зная повадки наследного принца, опытный офицер, понимал, что тот сейчас ведёт ополчение на штурм, желая присвоить себе победу, а заодно лишить своих недругов шанса указать на его вину в потере рудника и части земель на границе империи.

Мало того, сейчас уже самому командующему требовалось идеальное объяснение причин оставления лагеря. Мало было победить самому, нужна была ещё и победа наследного принца. И даже если последняя не обрадовала бы командующего, но хотя бы послужила доказательством правильности решения.

Первой неожиданностью стало то, что дозор доложил об промчавшемся в сторону границы отряде принца. Командующий даже представить себе не мог причин, по которым этот высокомерный индюк мог бежать из укреплённого лагеря, но явно эти причины были. И потому опытный военачальник сформировал из трёх тысяч бойцов заградительный отряд, который должен был не допустить прорыва к окружённым гвардейцам.

И тут произошло то, чего никто из тактиков империи не мог предсказать: на равнину вырвался крупный отряд гвардии Готора, сопровождаемый сильными магами. Откуда взялся настолько крупный отряд кавалерии на этом участке границы для командующего имперцев осталось загадкой. Более двух тысяч всадников в связке с десятками магов сами по себе куда опаснее, чем пятитысячный отряд гвардейцев. К тому же, в данный момент коннице Готора имперцам противопоставить было нечего.

Маги обрушили десятки заклинаний на заслон имперцев, доказав, что они в самом деле достойны называться лучшими в Королевстве. Огненные шары, молнии в сочетание с ураганным ветром разрушили плотный строй, позволив кавалерии ворваться в бреши и опрокинуть преградившую им путь пехоту. Однако это было лишь началом. Гвардия не стала добивать разрозненные группы пехоты, а устремилась на выручку к своим товарищам.

Теперь уже имперцы оказались на грани гибели, ведь у них не было ни единого шанса отступить из-за снующей вокруг кавалерии. Вот только кровавая бойня не устраивала ни одного из военачальников, а потому командир гвардии Готора при помощи сигнального рожка вызвал имперцев на переговоры. Отклик пришёл незамедлительно, что само по себе говорило об осознании командиром армии вторжения той ситуации, в которой он и его люди оказались.

Конница Готора разбившись на отряды по несколько сотен бойцов контролировала периметр, что позволило имперцам отступить от гвардеёцев, которых они не так давно собирались перебить. Каково же было удивление офицера империи, когда выяснилось, что переговоры будет вести тот, кто со своими бойцами не так давно мог расстаться с жизнями, а не тот, кто своевременно привёл подкрепление и фактически спас гибнущий отряд.

Всего полчаса потребовалось для того, чтобы стороны пришли к соглашению. Имперцам разрешили покинуть территорию Готора без оружия, но с сохранением боевых знамён и правом вывезти раненых и погибших бойцов. Командующий империи Ворт попытался добиться освобождения пленённых ополченцев, оставшихся в лагере у проклятого болота, но, к его сожалению, получил отказ. Он не мог даже подумать о том, что ополчение всё ещё штурмует форт, а всё подкрепление Готора защитникам форта сейчас находится здесь.

К сожалению, быстро возвратиться на подмогу к защитникам форта гвардия не могла. Для начала требовалось проконтролировать отход имперцев, а заодно сопроводить гонцов к заставам, чтобы ещё две тысячи бойцов было разоружено и выдворено за пределы королевства. Последнее было осложнено тем, что защитники застав наверняка знали о том, что бои сражение у болота ещё не завершилось.

Так же требовалось снять с погибших бойцов и скакунов броню и придать тела павших товарищей. Что же до судьбы защитников поселения, то она была в руках богов. Ведь владелец земли осознанно отправил выделенный для зачистки лагеря резерв на помощь к отряду-приманке. При этом он должен был понимать, что умчавшаяся конница также может погибнуть и какое-то время помощи не будет.

Боги, сберегите их, – мысленно молил офицер гвардии, надеясь, что защитники форта сумеют выжить и продержатся до подхода помощи. Он и верховный маг были теми немногими, кто прекрасно понимал, что без помощи этого странного барона весь отряд погиб бы, так и не сумев отбросить вторгшиеся войска с земель королевства. Сейчас же враг сдался лишь потому, что считал бой у болота проигранным.

Что же до верховного мага, то в данный момент он больше всего переживал о судьбе своей дочери, которой при всём желании не мог помочь. А всё потому, что на первое место он всегда ставил текущие интересы государства, а лишь затем интересы семьи и будущее, как государства, так и своей семьи.