От ненависти до любви один буйабес

Глава 8. (от 20.09.2020)

Перед учебой я поблагодарила Илью за завтрак и пожелала хорошего дня. Мужчина написал мне то же в ответ и прислал улыбающийся смайлик. Интересно, улыбающийся смайлик что-то значит?

Нет, наверное, смайлик с сердечками вместо глазок – намек, а улыбающийся так, ерунда.

В институте все заметили, что я буквально расцвела и похорошела. Парочка молодых преподавательниц даже поинтересовались, не беременна ли я. Очень интересная версия, конечно, но нет.

Отношение Глеба ко мне заметно изменилось. Я все реже видела его с другими девушками, а точнее вообще не видела, потому как любые попытки повиснуть на нем он пресекал на корню.

Частенько парень пытался начать разговор в компании, где была я, иногда подходил лично и спрашивал о какой-нибудь ерунде. Я бы даже поверила, что у него появились какие-то чувство, но взгляд….

Смотрел он на меня все так же безразлично, испытывая лишь азарт. Его задетое мужское эго явно болезненно пульсировало и требовало отомстить той, кто его ранила.

Но что я сделала? После четырех лет тотального игнора переключилась на другого мужчину? Я имею право на счастье. Мы друг другу ничего не обещали, детей совместных у нас нет. Какие ко мне претензии?

Девчонки по секрету рассказывали, что от других девчонок слышали, что по институту кто-то распускает слухи, что я активно отшиваю Глеба Столыпина. Я! Простая серая мышка! Его! Короля института!

Короче говоря, мальчик пытался восстановить репутацию.

Но мне на его репутацию было все равно. Я общалась с ним так же, как с остальными. А когда граница разумного нарушалась, просто улыбалась и уходила.

С каждым днем мне все сильнее нравился Илья. Он звонил, писал, интересовался моей учебой и ни на чем не настаивал. В институте решили устроить внеплановый зачет, так что до самой субботу я оказалась прикована к учебникам.

Мужчина эту новость воспринял адекватно. Пообещал сильно не тревожить и не отвлекать, только в среду еще раз завез завтрак и, пожелав удачи, уехал по делам.

Из-за загруженной недели субботу я ждала вдвойне сильнее. Хотелось поскорее сдать пресловутый зачет и уехать с Ильей в Петропавловскую крепость. Тем более, что погода сегодня очень располагает.

– Списывать никто не пытается! – раздался громкий голос ректора, который почему-то решил лично присутствовать на зачете. А какой смысл? Он все равно письменный…. – Из аудитории все уйдут ровно со звонком.

Полтора часа были настоящим адом, потому как работу я закончила минут за сорок, а потом сидела и откровенно скучала, ловя на себе недовольные взгляды ректора.

– Жемчугова, чего не пишем? – каждый раз, подходя ко мне, спрашивал он.

– Так написала уже.

– Пишите еще! Знаний в голове настоящего врача должно быть много.

Короче говоря, исписала я шесть тетрадных листов. Бедная Лидия Андреевна, которая будет проверять всю эту бурду.

Со звонком все выдохнули и, оставив листочки на партах, вышли из аудитории. Тут же начались бурные обсуждения, зашуршали шпаргалки, предусмотрительно спрятанные в карманы.

Конечно, не обошлось без возгласов «Блин, перепутал!» или «Ну где ты раньше был со своими советами?!». В общем, все как всегда.

– Варь, давай поговорим, – на улице довольно сильно меня схватил за локоть Глеб. Я тут же вырвалась и отошла на шаг в сторону.

 – У тебя что-то срочное? Мне просто идти нужно, – вдалеке я заметила Илью, который ставил машину на сигнализацию и приближался к нам.

– Слушай, а че ты из себя недотрогу корчишь? Я ведь знаю, что ты меня любишь.

– У тебя недостоверная информация, – совершенно спокойно ответила я. Не дрогнуло ничего. Ни сердце внутри, ни мускулы на лице. – Если ты хотел поговорить об этой ерунде, я лучше пойду.

– Куда? Опять к этому старику? Ты думаешь, кто-то поверил, что ты с ним из-за великих чувств? Могла бы и кого-нибудь поприличнее найти, чтобы меня на ревность вывести.

– Кхм, – за спиной Глеба показательно кашлянул Илья. Мужчина снял солнцезащитные очки и чуть наклонил голову вбок, окидывая презрительным взглядом моего одногруппника. – Сам поймешь, что нужно смыться или объяснить? – властный поставленный голос Ильи заставил даже меня вжать голову в плечи, на нас стали оборачиваться студенты.

– Слушай, дядя, иди куда шел! Она меня любит, а ты ей нафиг не нужен, – я увидела, как Илья сжал челюсти и резко схватил парня за шиворот кофты, оттаскивая от меня.

– Варь, маленькое уточнение. Ты его любишь? – я отрицательно мотнула головой. – Тогда иди в машину.

– Илья, не нужно, – залепетала я, но мужчина сунул мне ключи в руки и подтолкнул под спину.

– Я скоро приду.

Поскольку двигаясь к машине, я находилась спиной к месту инцидента, видеть ничего не могла. А когда дошла и сняла ее с сигнализации, Глеб уже сгибался пополам от боли, а Илья совершенно спокойно что-то ему говорил.

Вообще драки и рукоприкладство я не одобряю, но Илье в данном случае была очень благодарна. Во-первых, он вступился за меня, не дав втоптать в грязь и опорочить репутацию. А, во-вторых, с Глебом только так и можно. Моих вежливых объяснений он не понял, может хоть так запомнит….