От ненависти до новогоднего чуда

Восьмой класс

Лена смотрела в зеркало и плакала. Всех ее одноклассниц мальчики пригласили на школьную дискотеку. Даже Машу, которая всегда держалась особняком, пригласил кто-то из параллельного. К Лене же не подошел никто. Она смотрела на свое отражение и ненавидела себя.

«Почему у меня такие большие губы? Почему такой длинный нос? Почему уши так ужасно топорщатся? Почему я такая страшная? Неудивительно, что я никому не нравлюсь», – девочка всхлипывала, желая лишь одного – разбить это зеркало. Разбить все зеркала мира, чтобы никогда больше не видеть свою уродливость. Девушка так стыдилась себя, что не могла ни с кем говорить об этом. Ни с мамой, ни с лучшей подругой Милой.

Проплакав почти час, Лена умылась, накрасилась, накрутила волосы, надела синее блестящее платье до колена и прихватила с собой белые туфли на невысоких каблуках. К Лениному сожалению, пропустить дискотеку она не могла, потому что Людмила Викторовна, завуч по воспитательной работе, попросила ее спеть сегодня. Лена занималась вокалом с начальной школы и пела на всех школьных мероприятиях.

Спортзал, где проходила дискотека, встретил Лену приглушенным светом и гомоном подростков. Здесь были учащиеся восьмых и девятых классов. Каждый из классов насчитывал по три параллели, так что народу кое-как удавалось протолкнуться на импровизированной площадке.

Лена осторожно обходила и расталкивала людей по пути к сцене. Вдруг заиграла медленная композиция. Поддавшись какому-то душевному наитию, Лена посмотрела влево и увидела, как Стас обнял Лику из девятого класса и что-то говорил ей с улыбкой, наклонившись к ее щеке. Проглотив возникший ком и подавив накатившую тошноту, Лена двинулась дальше, заставляя себя больше не смотреть на Стаса.

– Странный у тебя парень, – сказал Ратмир, звуковик из класса Лики, подошедшей восьмикласснице.

– Какой парень? – не поняла Лена.

– Ну, Стас. Ходит и всем угрожает, что переломает все кости и повыбивает все зубы тому, кто хотя бы заговорит с тобой, а сам меняет уже третью девчонку за вечер.

– Ч-ч-что он делает? – Лене показалось, что она начинает задыхаться.

Восьмиклассница, чувствуя поднимающийся гнев, размашисто зашагала к Стасу, грубо оторвала его от прижимающейся Лики и повела в сторону коридора.

Спрятавшись под одну из лестниц, где никого не было, Лена набросилась на одноклассника.

– Меня никто не пригласил, потому что ты запретил?

Стас со скучающим видом спрятал руки в карманы джинсов.

– Запретил. И что с того? – лениво протянул он.

– И что с того? И ЧТО С ТОГО?! – Ленина ярость вырвалась наружу. – Кто дал тебе право решать, кому можно меня приглашать, а кому нельзя?!

– Я. – Стас устремил прямой взгляд на одноклассницу. – Я дал себе это право.