От развода до свадьбы. Свадьба

Глава 2

— Так-так-так, значит, это правда… — убитым голосом уронила бабуля.

— Вит?! Таня! Как ты могла? — вторила ей мама с надрывом.

Но я не поняла, о чем именно она меня спрашивает. Как я могла — что? Увести у неё Вита или привести его в дом к мужу?

— Здрасти, — ни капли не стушевавшись, поприветствовал всех мой «грузчик».

Я была готова провалиться сквозь пол и лететь сквозь этажи прямиком в подвал. Не было сил смотреть на стоявшего с видом оскорбленной добродетели Андрея, на скорбную складку между бабушкиных бровей и опущенные уголки её губ, на глотавшую слезы маму. Я испытала испанский стыд и окончательно утвердилась в своём желании сбежать от них всех как можно дальше.

Вот ведь как бывает. Мои родные добились своими действиями противоположного от желаемого эффекта. Я обошла Вита, открыла гардеробную и достала с полки самую большую сумку, кинула в неё что-то из обуви и отправилась в ванную собирать предметы личной гигиены, а главное — свою дорогую уходовую косметику. Все молча и чётко. Мозг работал как отлаженный механизм, хотя руки подрагивали.

— Кто вы такой, молодой человек? — раздался строгий голос бабушки.

Я дернулась, чтобы выбежать на защиту Вита, а потом остановила себя: что я делаю? Он знал, на что идёт, и сам прекрасно справится. Это с Андреем я постоянно была начеку и бросалась грудью на его обидчиков, даже не давая ему шанса постоять за себя. Поняла это только сейчас и, горько усмехнувшись, покачала головой. А Вит — не Андрей. Если моему мужу всегда нравилось прятаться за моей спиной и он воспринимал мои действия как проявления любви, то Вит сто процентов меня за такое не похвалит.

— Знакомый вашей внучки. Меня зовут Виктор Андреевич, а вас? — спокойно ответил он моей бабушке, подтверждая мысли о нем.

— Это клиент «Чародейки». Вит мне вчера картину повесил, — не смогла промолчать мама, внося в обстановку новые непонятки.

Я живо себе представила, о чем тут же подумали бабушка и Андрей.

— А меня зовут Елизавета Матвеевна, — коронным голосом большой начальницы сообщила бабуля. — Объяснитесь зачем вы здесь?

— Пришёл помочь Тане донести вещи, — ответил Вит беззаботно.

Он бабушку совсем не боялся и просто развлекался, пока я складывала сумку.

— Вы сотрудник этих новомодных фирм «Муж на час?» — холодно уточнила бабушка. — Куда произвести оплату? Можете быть свободны, я переведу деньги в полном объёме, но дальше мы справимся сами.

Я выронила из рук духи прямо в раковину, и она раскололась. Уродливая трещина расчертила белый фаянс, прямо как измена мужа мою жизнь. Очень символично. Я снова усмехнулась — теперь зло — и сгребла в пакет оставшиеся флаконы.

— Вит — мой друг, он здесь по зову сердца, а не за деньги, — отрезала, выйдя в коридор и, протиснувшись между мамой и Андреем, пошла в комнату за остальными вещами.

— Тань, бери только самое нужное, остальное купим, — крикнул Вит, зачем-то подливая масла в огонь.

И он, конечно, разгорелся. Андрей закончил прикидываться страдальцем и вскипел.

— Ты кто такой, вообще?! А ну пошёл вон из моей квартиры! — раздался его рык.

Сейчас до драки ведь дойдёт!

Я быстро скинула всё нижнее бельё в сумку, даже без пакета.

— Это не твоя квартира, слизень нищий, — процедил Вит.

Он голоса не повышал, но я прекрасно расслышала его слова, потому что прозвучали они в гробовой тишине, которая следом взорвалась женскими голосами.

— Андрей, вызывай полицию! — гаркнула бабушка.

— Вит, ну зачем вы так?! Таня с Андрюшей ведь скоро помирятся! — мама в своём репертуаре и вообще все неправильно поняла.

Я сорвала с вешалок костюмы, платья, юбки, блузки, как попало затолкала в сумку, сунула сверху пару коробок с туфлями — больше не влезло — и поспешила вернуться на «поле боя». Растолкала родственников и уронила сумку перед Витом.

— Я всё. Пойдём отсюда.

Вит поднял сумку, но перед тем как выйти, посмотрел поверх моей головы, кажется, на бабушку.

— Знаете, я думал, мне с родственниками не повезло, а глядя на вас, понял, что они у меня замечательные. Что бы я ни делал, они всегда встают за меня горой. Спасибо вам большое, Елизавета Матвеевна, и вам, Ирина Михайловна, за это осознание.

После этих слов он закинул сумку через плечо, взял меня за руку и подтолкнул к двери, чтобы вышла первой. Я покидала квартиру в полной тишине — ни бабушка, ни мама не нашлись с ответом — и думала о том, что впервые в жизни за меня кто-то заступился. И это, оказывается, очень приятно.