От сотворения Трех Лун

Глава 49. Театр двух актеров

- Мамулечка! Мама, ты где? Привет! – улыбающаяся Лина вихрем влетела в квартиру.

- Дочка? А ты как здесь? – встревоженное лицо выглянувшей из кухни женщины тут же озарила счастливая улыбка. – Ой, загорела-то как! Волосы отросли. Худющая стала, в чем душа только держится. Иди скорее обниму! И ведь, стрекоза, даже не предупредила, что приезжаешь!

Елена Семеновна крепко прижала к себе дочь и та, словно маленькая, радостно уткнулась в материнское плечо, жмурясь от щекочущей светлой прядки, выбившейся из тяжелого пучка волос, и вдыхая родной запах, который до предательски защипавших вдруг слез захотелось сохранить в памяти именно таким.

- Линочка, у вас же билеты только на конец следующей недели. Случилось что-то? – от внимательного материнского взгляда не ускользнули ни некая жесткость, затаившаяся на дне «голубых озер», опушенных светлой бахромой ресниц, ни что-то незнакомое в манере держаться.

- И да, и нет, - этого вопроса Лина ждала и тщательно отрепетировала перед Сергеем свою версию. – У нас там такая невероятная находка, что еще месяц придется возиться! В общем, мам, мы с Сереньким всего на пару часов! В институт мы уже наведались. Сейчас соберем еще вещи и снова на поезд.

- Да, как же? – Елена Семеновна растерянно опустила руки. – Отец на объект уехал буквально за полчаса до тебя. Расстроится, что не увидитесь.

Лина состроила печальную мордашку, за которой даже чуткое сердце матери не смогло бы разглядеть истинных чувств и эмоций. На отъезд отца и был тонкий расчет! Ведь Инид идеально определил момент возвращения ребят – мама Сергея как раз торопилась на работу и просто физически не успела бы задать всех интересующих ее вопросов, а Лина сразу заявила, что ей проще будет сыграть свою роль в отсутствии отца, обладающего неприятной для ребят способностью чувствовать ложь с самого первого слова.

- Жалко, конечно. Но ведь это же моя мечта, мам! И с первой экспедиции такая удача.

- Твой профессор, наверное, горд за столь талантливую студентку, - улыбнулась Елена Семеновна.

- О, ты даже не представляешь насколько! – от воспоминаний о том, кем на самом деле являлся некогда любимый преподаватель, невольно передернуло.

- Ой, а что же я стою? – спохватилась женщина. – Дочь всего на час приехала, а я даже чайник не поставила! Ты же голодная, а у меня ничего подходящего в закромах.

- Не то, чтобы голодная, но твои руки способны из всего сделать пищу богов, - Лина мечтательно закатила глаза, - поэтому съем, что угодно!

- Сейчас что-нибудь придумаю. Мы тут с отцом, пока тебя нет, холостякуем… готовим не особо часто… - Елена Семеновна засуетилась и скрылась на кухне, где тут же забренчали тарелки и кастрюли. В спешке она не заметила, каким сияющим и немного печальным взглядом проводила ее дочь.

Только сейчас Лина поняла, насколько соскучилась по родителям и той нормальной жизни, которая была у нее до этой экспедиции. Тогда все это казалось скучным и унылым, а душа просила приключений, открытий и невероятных тайн, захватывающих дух. Горькая усмешка мелькнула на губах – какой глупой она была! Вот бы открутить время назад и не знать всего того, что они с Сереньким знают сейчас! Без опаски любоваться звездами, не вглядываться в лица людей в ожидании проявления истинной сущности серых и взахлеб мечтать в полной уверенности, что впереди еще столько всего будет.

- Мам, я в душ, - крикнула она, боясь, что мама неожиданно выглянет из кухни и застанет ее в глубоком раздрае – тогда вопросов не избежать и выстроенная совместными усилиями версия посыплется.

- Иди, доченька. Смой с себя дорогу, а я быстренько.

Когда посвежевшая и повеселевшая Лина в длинной лимонного цвета футболке и накрученном на голову полотенце прошлепала босыми ногами на кухню, на столе ее уже ждали чашка свежесваренного кофе и горка пышных оладушек.

- О, мама, как ты успела? – она схватила с тарелки горячий оладушек и отправила в рот, жмурясь от удовольствия.

- Заведешь семью и узнаешь сама, - Елена Семеновна чмокнула ее в нос и открыла духовой шкаф. – Вот и твоя любимая фриттата, прыгай за стол.

Уговаривать Лину не пришлось – она забралась на стул с ногами и с аппетитом принялась уминать «пищу богов». Елена Семеновна села напротив и, подперев рукой подбородок, с блеском в глазах наблюдала за неожиданно повзрослевшей дочерью.

- Тук-тук, гостей принимаете? – в незакрытую входную дверь просунулась Серегина голова. – О, какие у вас божественные запахи!

- Сереженька, проходи, пожалуйста, и скорее за стол. Мама, наверное, уже убежала на работу и не успела тебя даже покормить?

- Я уже мальчик взрослый и есть самостоятельно научился, - беззлобно пошутил парень, - но ради вашей еды, Елена Семеновна, готов снова впасть в детство.

- Балда, - засмеялась женщина и поставила перед ним вторую формочку с фриттатой, - налегай, а то, чувствую, моя дочь скоро закончит со своей и отберет твою порцию.

- Ну уж нет! – Сергей решительно взялся за вилку. – Я Линке все что угодно отдам, но еда от вас – это святое!

Лина фыркнула, но промолчала – друг явился на удивление вовремя, и собирающаяся было задать парочку вопросов мама отвлеклась на его шутки и рассказы о буднях экспедиции. От нее требовалось только кивать и вставлять периодически междометия, наслаждаясь переливами маминого смеха и легкой, совершенно семейной обстановкой.

- Аленький, а мы не опаздываем? – заданный невинным тоном вопрос мгновенно вернул ее с небес на землю.

- Да, пожалуй. Спасибо, мамуль, все было очень вкусно. Сейчас закину пару вещей в сумку, и я готова.

- Так и поедешь в футболке и с полотенцем на голове? – еле сдерживался от смеха Сергей.

- Ха-ха-ха, очень остроумная шутка, - Лина одарила его уничтожающим взглядом и скрылась за дверями своей комнаты.

- Ох, Сережка, как ты эту мадаму терпишь? – притворно вздохнула Елена Семеновна, убирая со стола посуду.

- Сам не знаю, - в тон ей ответил парень, - но лучшее ее никого на свете нет.