От вражды до любви: руководство по применению

Глава 26

Я вывалилась из кабинки «Ракеты-убийцы» с ощущением, что мой мозг взбили в блендере, смешали с остатками сахарной ваты и заморозили. Ноги были ватными, земля под ними приятно покачивалась.

— Ну, пожалуйстаста, — жалобно протянула я, сложив ладони перед грудью в молитве, — пойдем уже домой. Я больше не могу. Еще одна карусель, и ты увидишь мой удивительный «прекрасный» внутренний мир. — и разошлась смехом, нервным и покачивающимся.

Саша, собравшись было выдать очередную тираду о пользе экстремальной встряски для метаболизма разбитого сердца, вдруг резко замолкла. Ее взгляд зацепился за нечто, приютившееся в тени между тиром и палаткой с воздушными шарами.

— О, — прошептала она с благоговейным ужасом. — Это оно. Венец творения.

Я проследила за ее взглядом. Неприметная палатка была выкрашена в темно-синий цвет, а над входом висела кривая вывеска, на которой кто-то старательно, но коряво вывел: «СУДЬБА В ЗЕРКАЛАХ. Алисия. Провидица».

— Нееееет, — простонала я. — Только не это. Саш, я умру. Лучше десять раз на «Ракете», чем один сеанс групповой терапии с призраками моего прошлого.

— Никаких «нет»! — Саша уже схватила меня за локоть с силой. — Гадать на любовь сразу после того, как тебя бросили — это как лечить рану, присыпав ее блестками. Бессмысленно, болезненно, но чертовски эффектно! Пойдем, это наш долг перед искусством абсурда!

И она, не слушая протестов, затащила меня внутрь.

Внутри пахло пылью, сушеными травами, пахнувшими как дешевый чай, и старой бумагой. Воздух был густым и неподвижным. За небольшим столиком, покрытым выцветшей скатертью с вышитыми знаками зодиака, сидела женщина лет пятидесяти. На ней было многослойное платье цвета баклажана и такое количество бус, что они звенели при каждом движении. Но ее глаза… глаза были не старыми и не уставшими. Они были острыми, как скальпель.

— Проходи, милая, — голос у Алисии был низким, бархатным, и он почему-то не звучал как заученная реплика. Она смотрела на меня не как на очередного клиента, а как на ожидаемого, даже на нежеланного гостя.

Я все еще пребывая в скепсисе от адреналина, плюхнулась на табурет напротив.

— Ну, давайте, «по приколу», — фыркнула я. — Увидим, что там у меня с финансовым положением и личной жизнью.

Алисия не улыбнулась. Она внимательно, почти по-хозяйски осмотрела меня.

— Я вижу разбитое зеркало в твоей ауре, девочка. Осколки всюду. Ими легко порезаться.

— Оригинально, — съязвила Саша сзади, скрестив руки на груди.

Гадалка проигнорировала ее. Она протянула руки через стол. — Дай свои ладони.

Я с неохотой протянула руки. Пальцы Алисии были прохладными и сухими. Она перевернула мои ладони, будто читая карту невидимой местности, и ее выражение лица изменилось. Исчезла натянутая таинственность, появилась конкретная, почти врачебная серьезность.

— Он забрал твое достоинство и ушел, даже не оглянувшись, — тихо, но четко произнесла Алисия. Ее слова повисли в воздухе. — Ты хочешь, чтобы он пожалел? Чтобы он увидел, кого потерял?

Я замерла. Воздух будто выкачали из палатки. Все саркастичные щиты рухнули в одно мгновение. Это было не общее место, не «тебя ждут перемены». Это был точный выстрел в самую больную точку. Я кивнула, сглотнув ком в горле, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Месть — плохое лекарство, — продолжала Алисия, не отпуская ее рук. — Но иногда… это единственный способ выжечь яд и начать исцеляться. У меня есть для тебя… особое предложение.

Она наклонилась ближе, и ее бусы зловеще позвякивали.

— Одна клиентка… в другом мире. Она хочет, чтобы за нее отомстили. И ты, Мила, подходишь идеально.

Я удивленно посмотрела на гадалку, и леденящий ужас пополз по ее спине.

— Откуда вы знаете мое имя? Я не говорила.

Алисия лишь неоднозначно улыбнулась, уголки ее губ подрагивали. Ее взгляд скользнул за мою спину, и даже Саша, всегда готовая на едкий комментарий, стояла не шелохнувшись, завороженная и напуганная.

Сердце колотилось где-то в горле. Это была какая-то безумная ловушка. Но жажда справедливости, это темное, уродливое чувство, которое я так старалась подавить, вдруг вырвалось на свободу. Пусть. Пусть это будет игрой, пусть это бред. Но я согласна сыграть.

— Хорошо, — прошептала я. — Я согласна.

Алисия кивнула, словно ожидая этого. Она отпустила мои руки и достала из складок платья маленький старый серебряный медальон на цепочке. Он был выполнен в виде изящного колье.

— Он удержит тебя там. Помни, твоя задача — заставить его увидеть тебя. Не просто извиниться, а увидеть ту силу, которую он не разглядел. Ту, что прячется за болью.

Алисия наклонилась, чтобы надеть медальон мне на шею. В тот момент, когда холодный металл коснулся кожи, мир поплыл. Огни палатки расплылись в цветные пятна, голос Саши, звавшей меня, донесся как будто из-под толстого слоя воды. Я почувствовала, как пол уходит из-под ног, и меня охватила абсолютная, всепоглощающая тьма.