От вражды до любви: руководство по применению

Глава 30

Время в усадьбе миссис Маргарет, этом заповеднике высокомерия и дубовых манер, текло странно: минуты тянулись как часы, а недели пролетали с подозрительной скоростью. Вот уже прошел почти месяц. За это время я, к своему собственному удивлению и легкому отвращению, освоила весь местный этикет до мельчайших, абсурднейших подробностей. Я знала, под каким углом нужно держать блюдце (ровно 45 градусов, не больше и не меньше), сколько раз помешать чай (ровно три, против часовой стрелки, дабы не привлечь дурные предзнаменования), и как именно следует опускать ресницы, дабы выразить почтительное согласие с любой мужской глупостью. Все это я выполняла безукоризненно, хоть и со скрежетом зубов, который, казалось, был слышен даже спящим на чердаке мышам.

Главным моим достижением стала невидимая, но прочная дружба с другими «узницами». Благодаря Элизабет, Кларе и Мелиссе я узнала о здешнем мире гораздо больше, чем из всех нравоучений Маргарет: о политических интригах, о том, какие герцоги скрывают долги, а какие графини пьют в одиночку портвейн, и, что самое главное, о нравах местных мужей. Постепенно «исправившийся» контингент редел: сначала уехала Клара, затем Мелисса. И вот настал день, когда свой дорожный сундук стала собирать Элизабет.

— Напиши мне, как окажешься дома, — прошептала я, обнимая подругу на пороге усадьбы.

— Обещаю, — улыбнулась та. — Только давай договоримся, следующая наша встреча будет где угодно, но только не... тут. — Она многозначительно кивнула на зловещее здание за спиной. — Мне и одного курса «как стать тенью мужа» на всю жизнь хватит.

Я проводила ее со смесью грусти и зависти. И вот, однажды утром, в мою комнату без стука вошла сама миссис Маргарет. Ее лицо было тем же ледяным маскарадом.

— Завтра с утра за тобой приедет карета, — объявила она без предисловий. — Ты отправляешься домой. — Она сделала театральную паузу, и на ее губах появилась ядовитая, змеиная улыбка. — Если, конечно, это еще можно назвать домом. Ведь скоро же там будет совсем другая хозяйка.

Я, которая как раз пыталась зашнуровать корсет так, чтобы не переломать ребра, медленно подняла на нее взгляд. Внутри все закипело, но на лицо легла маска холодной вежливости.

— Благодарю за заботу, миссис Маргарет, — сладким, как испорченный мед, голосом ответила ей. — Не переживайте, я обязательно передам ваш теплый привет моему супругу. И его... новой невесте. Уверена, ваши советы о том, как быть удобной тенью, пригодятся ей куда больше. В конце концов, быть тенью куда проще, когда тебя и в помине нет, верно?

Глаза Маргарет сверкнули опасным огнем. Она не ожидала такой прыти.

— Ты, кажется, забыла, с кем разговариваешь! — прошипела она. — Еще одно слово в таком тоне, и я напишу твоему мужу рекомендацию оставить тебя здесь еще на неделю! Или на две! Ты все еще нуждаешься в укрощении!

Я сжала губы так, что они побелели. Сейчас поддаться гневу — значит отдалить свою месть. Я сделала глубокий, театральный реверанс, полный такой фальшивой покорности, что аж воздух зазвенел.

— Прошу прощения, миссис Маргарет. Я, видимо, переволновалась от предстоящей... радости возвращения. Это больше не повторится.

Маргарет, удовлетворенно хмыкнув, развернулась и вышла, оставив за собой шлейф триумфа и дешевых духов. Весь оставшийся вечер и ночь я провела в лихорадочных раздумьях. Четкого плана у меня не было. Я представляла себе этого «мужа» — Ричарда. Высокомерного аристократа, который с легкостью избавился от неудобной жены. Что меня ждет? Будет ли он холоден? Раскаивается ли? Или, что более вероятно, он уже вовсю готовится к свадьбе? Под утро я наконец провалилась в короткий, тревожный сон, а казалось, прошла лишь минута, как уже нужно было вставать.

Собрав свои вещи в дорожный сундук, я в последний раз обвела взглядом свою скромную, аскетичную комнату. Здесь я провела месяц в аду этикета, но здесь же и нашла союзниц и закалила свою решимость.

На прощание с Маргарет ушло ровно три фальшивых реверанса и две ядовитых улыбки с каждой стороны. Наконец, тяжелая дверь усадьбы захлопнулась за спиной. Я сделала глубокий вдох свободного — пока еще не совсем — человека и шагнула к ожидавшей ее карете.

Дверца захлопнулась, карета тронулась. Впереди меня ждало очень много неизвестного. Но впервые за долгое время это неизвестное казалось мне не пугающим, а чертовски интересным. Я смотрела в окно на проплывающие поля, и на моем лице играла улыбка — не ехидная, не ядовитая, а улыбка охотницы, вышедшей на тропу войны.

Ну что ж, герцог Ричард, — подумала я, невольно поправляя складки своего, уже идеально надетого, платья. — Готовься. Твоя тихая, покорная тень вернулась. И у нее совсем другие планы.