От вражды до любви: руководство по применению

Глава 38

Нора бесшумно слилась с сумраком коридора, оставив меня одну у массивной двери. Я стояла, словно вкопанная, и в голове зашевелилась неприятная, ползучая мысль.

Такой шум тут творился – драка, крики, Кадмус орет… а он даже ухом не повел?

Тишина за дверью была зловещей. Неужели ему настолько на меня все равно, что он проспал целое побоище у своего порога? Или… Или он действительно так устал, что спит без задних ног, как сурок? Это надо было немедленно выяснить.

Собрав всю свою решимость, рывком распахнула дверь и ворвалась в покои, как ураган. Взгляд метнулся по комнате, выискивая цель. И нашел.

Ну конечно, он в постели… спит?

Ричард лежал на боку, закутанный в шелковые простыни, а из его уст доносилось… размеренное, довольно громкое похрапывание. Это был не нежный храп, а настоящая симфония для носоглотки с элементами свиста и бульканья.

Вот это да! — мысленно ахнула я. — Ни стыда ни совести! Я тут чуть не лишилась своих волос и достоинства, а он тут устроил концерт для одного слушателя!

Ярость, горячая и оправданная, подкатила к горлу. Я резко подошла к кровати, схватила маленькую декоративную подушку – бархатную, с кисточками – и что есть силы треснула его по голове.

— Как не совестно! Просыпайся!

Подушка издала глухой «буф» и отскочила. Ричард не шелохнулся. Его храп лишь на мгновение сменился на всхлип и продолжился с новой силой.

— А ну, кому сказала, просыпайся! — я уже совсем обнаглев, нанесла второй удар. — Мне надо устроить тебе взбучку!

Тишина. Вернее, храп. Теперь уже с легким посвистыванием.

И тут меня осенило. Это не обычный сон. Это что-то неестественное. Я с подозрением наклонилась, взяла его руку – рука была теплой, живой. Но когда я резко ее отпустила, конечность рухнула на матрас с той безжизненной тяжестью, которую не спутаешь с обычным расслаблением.

— Видимо, Имоэна чем-то его опоила. Снотворным? Скорее всего!

Теперь все пазлы сложились в единую, мерзкую картину. Имоэна хотела специально показать, что у нее с Ричардом «что-то было», создав иллюзию интимной встречи. Но она не ожидала, что я зайду дальше вежливых стуков и дам ей отпор в лучших традициях.

Или… между ними все-таки что-то было до того, как он отрубился? Это еще предстояло выяснить.

Я поняла, что узнать правду сейчас не получится. Ждать придется как минимум до утра. С тяжелым вздохом я плюхнулась в большое кресло у камина и, несмотря на бушующие эмоции, неожиданно быстро провалилась в сон, убаюканная монотонным храпом супруга.

---

Рано утром мои веки разлепились. Первое, что я увидела, – все ту же картину. Мой благоверный, распластавшись на спине, спал, и все так же посапывал, хотя и чуть тише. Утренний свет лепил его идеальный профиль, а простыня, сползшая до пояса, открывала взгляду торс, высеченный, казалось, самым искусным скульптором из мрамора. Мускулы играли под кожей даже в состоянии полного покоя.

Черт, а он чертовски красив, — с досадой подумала я, чувствуя, как предательски учащается пульс.

Но тут же, встряхнув головой, я взяла себя в руки. Красота – не оправдание для подлости! И мне в голову пришла гениальная, божественная идея. Идея мести, освежения и выяснения отношений в одном флаконе.

Я резко поднялась и вышла из комнаты. Чисто по интуиции, как бывалый следопыт, я нашла кухню. Утренняя суета была в самом разгаре.

— Девушка, — обратилась я к первой попавшейся служанке, — мне нужно ведро. С холодной водой. Очень холодной. Ледяной.

Служанка посмотрела на меня с таким недоумением, будто я попросила доставить ей живого дракона.

— Ваша светлость… зачем?.. — начала было она.

— Не ваше дело! — отрезала я с таким видом, что у служанки отсохли все дальнейшие вопросы.

Та покорно принесла небольшое, но увесистое оловянное ведро, доверху наполненное водой, в которой плавали льдинки. Я, с трудом волоча его (ведро оказалось на удивление тяжелым), с героическими усилиями дотащила его до покоев Ричарда.

Подойдя к кровати, я ехидно улыбнулась, представив, что вот-вот совершит акт возмездия, достойный упоминания в анналах сатирической истории.

— С добрым утром, дорогой, — прошептала я. — Прими мои самые теплые… то есть, ледяные чувства.

И с наслаждением, растянув момент, я вылила все содержимое ведра прямо на Ричарда.

Эффект превзошел все ожидания.

Он подорвался на кровати с таким воплем, будто на него напал отряд морозных призраков.

— АААА! ЧТО ЗА ЧЕРТ!? КТО?..

Он отчаянно тряс головой, с которого струилась ледяная вода, выплевывал капли и смотрел дикими глазами по сторонам. Его взгляд упал на меня, стоявшую с пустым ведром в руках и с сияющей, слащаво-ехидной улыбкой на лице.

— С добрым утром, милый! — пропищала я самым неестественным голосом, какой только смогла изобразить. — Ну наконец, проснулся? Я так беспокоилась! Решила помочь тебе. Ведь у нас столько всего нужно обсудить. Например, твою вчерашнюю… занятость.