От звонка и после

Глава 5

Руслан

Я не понимал.

И чем дольше не понимал — тем сильнее злился.

Они зашли в класс вместе. Лера что-то тихо говорила Милене, почти касаясь её плеча. Милена слушала, кивала, но взгляд у неё был отрешённый, будто она уже приняла решение и просто доживает день.

И в этот момент меня накрыло.

Потому что раньше, если между нами что-то происходило, я всегда знал — это между нами. А сейчас там появилась третья. Свидетель. Стена.

Я стоял у парты и ждал. Не потому что хотел — потому что не мог уйти. Внутри крутилось одно и то же:

что я сделал?

когда?

почему она так смотрит?

Милена подошла ближе. Всё так же не глядя на меня.

И во мне что-то щёлкнуло.

— Милен, — сказал я.

Она остановилась.

И я пошёл дальше, чем собирался.

— Подожди, — добавил я и сделал шаг вперёд, почти перекрывая ей путь.

Лера тут же напряглась.

Милена подняла на меня глаза.

— Что? — спокойно спросила она.

Спокойствие выбивало из колеи сильнее крика.

— Ты можешь объяснить, что происходит? — сказал я уже жёстче. — Ты весь день ведёшь себя так, будто я тебе что-то должен.

— Рус, — сказала она ровно, — отойди.

И это «отойди» ударило.

— Нет, — ответил я резко. — Мы не будем делать вид, что всё нормально. Что с тобой?

Лера сделала шаг ближе к Милене.

И я почувствовал, как теряю контроль.

— Ты вообще слышишь, что я говорю? — вырвалось у меня. — Мы с первого класса рядом, и ты вдруг…

— Именно поэтому, — перебила она.

Тихо.

Но отчётливо.

Я замер.

— Именно поэтому что? — спросил я, чувствуя, как внутри поднимается злость. — Ты можешь сказать нормально?

Она посмотрела на меня так, будто я задаю самый бессмысленный вопрос на свете.

— Ты правда не понимаешь? — спросила она.

И в этот момент меня словно облили холодной водой.

Нет.

Я не понимаю.

— Если бы понимал, я бы не спрашивал, — сказал я глухо. — Ты исчезла. Ты смотришь сквозь меня. Ты…

— Рус, — снова сказала она, и в её голосе появилась усталость. — Оставь.

И это было хуже всего.

Не спор.

Не обвинение.

А усталость.

Я сделал ещё один шаг. Слишком близко.

Привычно. Так, как всегда делал, когда хотел продавить ситуацию.

— Ты не можешь просто так вычеркнуть меня, — сказал я тихо, но жёстко. — Мы не чужие.

Она не отступила.

Но между нами будто выросло что-то невидимое.

— Могу, — ответила она. — Если нужно.

Вот тут я ударился о стену.

Не в переносном смысле. По-настоящему.

Потому что всё, что раньше работало — уверенность, напор, близость — теперь не имело силы.

Я смотрел на неё и понимал: она уже не внутри этой сцены. Она где-то дальше. Там, куда меня не пускают.

— Ладно, — сказал я резко и отступил. — Делай как хочешь.

Я сел за парту, с силой отодвинув стул.

Руки дрожали. Злость мешалась с паникой.

Какого чёрта происходит?

Когда я всё потерял?

Она села рядом.

Ровно. Спокойно. Будто только что не разрушила меня.

Урок начался.

Я не слышал ни слова.

Перед глазами снова всплыло лето. Сан-Франциско. Эмили. Короткие каштановые волосы. Поцелуи, которые ничего не значили.

Я понял — если Милена знает… если она хоть что-то видела… тогда всё объяснимо.

И от этого стало ещё хуже.

Я наклонился к ней.

Почти шёпотом:

— Ты думаешь, что я…

Она резко придвинула тетрадь ближе.

И этого жеста хватило.

Я замолчал.

Потому что понял:

я могу давить сколько угодно.

Но эту стену берут не штурмом.

А я пока не знал — как иначе.